Представьте: ты заходишь в «Диснейленд», но вместо аттракционов там — полки с продуктами. И билет нужен на каждую картошку отдельно. Примерно так ощущает себя любой русский иммигрант в супермаркете США. А если ты мама комика Незлобина, привыкшая к нашим «Пятерочкам» и «Магнитам», то впечатления становятся еще острее. Александр, уже успевший заскучать по родительскому быту (или просто любящий подколоть родных), замутил спонтанный влог, который превратился в жесткий экономический ликбез.
Он просто взял камеру и повел маму за покупками. Получилось драматичнее, чем любой сериал.
Первая же остановка у стеллажа с овощами вогнала женщину в ступор. Молодая картошка, которую в России можно смело брать по 80-100 рублей за кило, здесь стоила как чугунный мост — около 400 рублей. Но это были еще цветочки. Дальше — хлеб. Обычная булка, без бриллиантов и золотого напыления, потянула на 600 рублей по курсу на момент съемки. Мамин вердикт был краток и эмоционален: «С ума сойти» . Причем, по ее ощущениям, сам хлеб какой-то «ненастоящий», пластилиновый, что ли. Но раз уж пришли — надо брать.
Следом под раздачу попали гигантские коробки хлопьев. «На кого это вообще рассчитано? Зачем выпускать такие домища?» — это был риторический вопрос, не требующий ответа. Сметану, сыр и авокадо тоже оглядели с пристрастием. Последний отправили обратно на полку с железным аргументом: «В этом месяце уже ели, лимит исчерпан». Чувство юмора у них семейное.
Самое пикантное случилось у витрины с сыром гауда. В какой-то момент Незлобин вбрасывает маме факт, от которого у любого законопослушного обывателя дергается глаз: оказывается, в Лос-Анджелесе кража на сумму до 950 долларов — не уголовка, а так, легкое недоразумение . С одной стороны, жесть. С другой — комик, глядя на ценник, совершенно серьезно предлагает маме просто взять сыр и уйти. Не дошли до греха, но момент был снят на видео. Вопрос «как вообще выживать в таком городе?» повис в воздухе.
Что в итоге в корзине и почему это дорого
Набрали по минимуму: стейки, пару тюбиков пасты, масло, «безлактозку», хлеб с корицей (изюм, видимо, для настроения), сыры и сметану. Базовая история, ничего экстравагантного. На кассе озвучили 92 доллара. Это если в рублях — около девяти тысяч двумястами.
Чтобы вы понимали контекст, согласно последним данным Бюро статистики труда (BLS) за март 2026 года, продовольственная инфляция в районе Лос-Анджелеса только за год выросла на 3.2% . Плюс сам по себе Лос-Анджелес — это термоядерная смесь из цен. Недавние опросы показывают, что в Калифорнии домохозяйство спускает на еду около 300 баксов в неделю, это почти на 30 долларов больше, чем в среднем по Америке . Поэтому чек Незлобина — это еще не шик, а суровая реальность.
Незлобин, подводя черту этому походу, выдал формулу абсолютного знания. Маме не нравится этот магазин не потому, что хлеб дорогой сам по себе. А потому что ТАМ КАЖДЫЙ раз расстраиваешься заново. Ты не купил продукты — ты купил эмоциональную боль. Каждый ценник — как укол. Картошка — укол. Хлеб — ребёнок плачет. Сметана — депрессия.
Грустный финал и квартира на Патриарших
Сквозь юмор в этом ролике лезет тоска. Мама Незлобина — это символ всех мам, чьи дети уехали. Она до сих пор не смирилась. И новость прошлого года о том, что Саша продал последнюю «двушку» на Спиридоновке (рядом с Патриаршими, дом 1933 года постройки) — до сих пор как нож в сердце . 75 метров, которые были последним якорем.
— Ну, ты не хочешь возвращаться? — звучит в видео эта фраза с такой надеждой, что хочется отвернуться. Она переживает за внучку: «Ты изменил судьбу дочери. Родина-то у тебя другая».
Но сын не едет. Он честно платит за картошку 400 рублей и строит планы на туры по местным закусочным. Свобода, блин.