Итак, Ронан О’Райли лишился кораблей, но не расстался с мечтой о собственном радио. Британские власти всё ещё не собирались разрешать вещание кому попало. Пиратские станции плодились уже на суше, их закрывали, они открывались снова. Пиратов ловили в сараях, преследовали в полях. Всё это было весело, но мелко.
Конфискованные голландцами суда Caroline и Mi Amigo гнили в порту. Наконец в 1972 году кредиторы отчаялись получить долги и пустили оба корабля с молотка. Caroline пошла на лом, а вот Mi Amigo… О, с ним получилось интереснее!
Судно купила судоходная компания. Потом оказалось, что купила она его не для себя, а действуя в интересах клиента – молодого голландца Герарда Ван Дама. Тот смущенно пояснил, что деньги (2400 фунтов) ему дала любимая бабуля. А потом из-за спины Ван Дама вышел он – Ронан О’Райли.
До сих пор точно неизвестно: то ли он изначально стоял за этой сделкой, то ли вовремя подсуетился. Герард Ван Дам потом признавал, что О’Райли дал ему «какие-то деньги», а он взамен «передал какие-то документы». И вроде как оставался владельцем, но реально уже ничем не управлял. Сам О’Райли потом говорил, что Ван Дам изначально не играл в этой истории никакой роли. Но если его послушать, то никто, кроме него, никакой роли ни в каких историях не играл.
Как бы то ни было, после некоторых подготовительных работ Mi Amigo вышел в Северное море. Герард Ван Дам был в ужасе, потому что судну на тот момент был 51 год и, простояв под арестом в порту четыре года, крепче оно не стало.
Возрожденное радио Caroline должно было вещать на Нидерланды. И, кстати, не просто вещать, а нести любовь!
Дело в том, что, прожив в Голландии несколько лет, Ронан О’Райли приобрел, скажем там, несколько расслабленный и оптимистичный взгляд на вещи. Возможно, этому способствовали какие-то особенные вещества, но точно мы этого не знаем. И вот всю эту историю про All you need is love неистовый ирландец и собирался продвигать.
Вскоре, однако, выяснилось, что на одной любви далеко не уедешь. Дело в том, что к тому времени в том же районе, куда стремился Mi Amigo, уже 12 лет вещало с борта плавучего маяка пиратское радио «Вероника». И его директора очень не любили конкурентов. Первым их ярость обрушилась на тех самых наивных швейцарцев с Mebo2, которые, закончив короткое вещание у берегов Британии, пришли уже к голландским берегам. Их станция, напомню, называлась North Sea International.
Владельцы «Вероники» сначала пытались договориться и просто-напросто заплатить. Но предложили недостаточно, швейцарцы никуда не ушли. И тогда 15 мая 1971 года в машинном отделении и на корме Mebo 2 сработали два взрывных устройства. Судно осталось на плаву, передающее оборудование не пострадало. Более того: виновных удалось задержать, и они показали, что их наняли владельцы «Вероники».
Получилось нехорошо сразу по двум причинам. Во-первых, инцидент здорово навредил репутации «Вероники». А во-вторых, и это главное, привлек к ней усиленное внимание властей, которые до этого смотрели на работу станции сквозь пальцы. В основном именно из-за ее хорошей репутации.
Это должно было сыграть свою роль – и сыграло. Голландцы начали разрабатывать свой собственный закон о морском радиовещании, практически кальку с британского, который был калькой со шведского.
Ну а что же Mi Amigo? Он стоял на якоре у голландских берегов, но всё опять шло не так, как мечтал О’Райли. Судно уже и впрямь никуда не годилось. Почти сразу рухнула первая радиомачта. Потом вторая. Потом начали выходить из строя генераторы…
Некоторое время Mi Amigo сдавали в аренду голландским станциям, той же «Веронике», например. Потому что ничего своего команда передавать уже не могла. Но тут пробил час Икс: власти объявили, что тот самый закон вступит в силу с 30 августа 1974 года. 29 августа Mi Amigoвзял курс к родным британским берегам. Точнее попытался, но через несколько часов попыток на собственном двигателе никуда не ушел и вызвал буксир. Путь смешанной англо-голландской команды (как интересно всё обернулось, да?) лежал на пустынную якорную стоянку Нок-Дип в устье Темзы. Встречай, туманный Альбион, своих бродяг!
Это было началом золотого века. Первого из двух. Во-первых, симбиоз с голландцами оказался крайне полезным. Они арендовали часть передающих мощностей, и это приносило деньги. А деньги были нужны, потому что продукты и все необходимое поставляли аж из Испании. Во всяком случае, официально.
Во-вторых, радио Caroline сменило формат: отказалось от попсовых синглов ради альбомной рок-музыки. В общем, стало крутить то, что мы сейчас называем классикой рока. И это придавало радийщикам особого шарма: одни в суровом Северном море. Только они и рок! Ну правда же, круто?
Правда, в промежутках между Led Zeppelin и Slade включались двухминутные проповеди о любви. Ну так и что? Это, в конце концов, даже прикольно.
Это была сказка! И длилась она целых четыре года. Но потом и ей пришел конец. Об этом в следующей – последней части.