30 мая (9 июня н.ст.) 1672 года родился первый император Всероссийский Пётр I Алексеевич.
Император Петр Великий и его эпоха в массовом сознании традиционно ассоциируется с грандиозными преобразованиями в государственной сфере, созданием регулярной армии и флота, победами в Северной войне и сменой уклада жизни российского общества. Но в жизни Петра I был «кремлевский» период детства и юности. Царевич Петр, как и все дети царя Алексея Михайловича, воспитывались в традиции «московского благочестия», для которого было характерно совершение паломнических «богомолий к Троице».
Уже в полуторагодовалом возрасте, в сентябре 1673 года, на память чудотворца Сергия, состоялся первый выезд царевича Петра в Троице-Сергиев монастырь. Позднее, когда ему исполнилось три года, выезд царской семьи видел и описал один из иностранных путешественников - Адольф Лизек. В громадном царском поезде, отправившемся на богомолье в Троицу, для младшего царевича Петра Алексеевича была выделена собственная крошечная «испещренная золотом» карета с хрустальными стеклами, расписанными портретами королей «всех земель», запряженная четырьмя лошадками пигмейной породы, двигавшаяся в окружении четырех же карликов. Мать же Петра, Царица Наталья Кирилловна роду Нарышкиных, впервые выехала в открытом экипаже, запряженном 12-тью белоснежными лошадьми. Колымага царицы была столь богато украшена, что повергла зрителей в изумление невиданной доселе роскошью и красотой».
Троицкий монастырь стал знаковым местом для юного Петра.
«Когда соправительница Царей, Царевна Софья Алексеевна, получила донос о злоумышлении начальника Стрелецкаго Приказа Хованскаго, тогда (2 сент.) она, вместе с Царями и материю Петра Алексеевича, Царицею Наталиею Кирилловною, из села Коломенскаго, под видом богомолья, немедленно удалилась сперва в Саввин, а потом в Троицкий монастырь. Между тем с пути разосланы были во Владимир, Суздаль, Юрьев и др. города воззвания к разным людям, чтобы немедленно шли под Москву, для пресечения стрелецких замыслов. Приостановившийся в дворцовом селе Воздвиженском Царь послал за Хованским под предлогом переговоров о принятии Гетманскаго сына из Малороссии, о чем писал он к Царям в походе; но в селе Пушкине Хованский был схвачен и 17-го сент. казнен вместе с сыном своим Андреем в селе Воздвиженском.
С Петром была только малая свита. Злоумышляющие стрельцы пришли толпою, чтоб умертвить юнаго Монарха. Петр скрылся с матерью своею в церкви. Злодеи ворвались и сюда, и один из них уже готов был поразить Царя в самом алтаре, как был удержан своим товарищем до той поры, когда Государь будет выходить из церкви[2]. Но между тем, прискакала к монастырю царская конница: стрельцы обратились в бегство, и жизнь Государя спасена.
18 сентября весь Двор из Воздвиженскаго вступил в Троицкий монастырь. Сюда собирались и тысячи верных воинов, призванных из разных городов для охранения Царей, и монастырь принял вид воинскаго стана. Потребность таких мер очевидна из того, что случилось с юным Царем Петром Алексеевичем при его вступлении в монастырь.
Стрельцы Московские, услышав о казни их начальника и о собрании войска к Троицкому монастырю, взволновались; и то хотели укреплять Москву, чтобы противостоять Царским войскам, то приступали к Патриарху, требуя чтобы он писал к Царям о возвращении в Москву. Патриарх склонился на сию просьбу, отправив от себя к Государям Чудовскаго Архим. Адриана, но им было отказано в сем.
Между тем Цари требовали, чтобы стрельцы, если хотят получить милость, прислали от себя выборных с повинною. Патриарх, обезпечивая их в верности Царскаго слова, отправил с ними Митрополита Суздальскаго Илариона, пользуясь сим случаем поднести Царям только что отпечатанную книгу «Увет Духовный», которая писана была на случай последняго раскольническаго возмущения. София приняла их (27 сентября) против чаяния милостиво и только требовала, чтобы они возвратили захваченное в казне оружие и представили от всех полков челобитныя с изъяснением повинности и покорности воле Царской. Стрельцы принесли свои челобитныя вместе с ходатайством Патриарха и получили прощение, с тем, чтобы дали новую торжественную присягу в верности, а Патриарх сделал им духовное увещание о повиновении властям. Сие требование было исполнено 8 окт. и 10-го Патриарх уведомил о том Государей с своим духовником, игуменом Воздвиженскаго монастыря Ефремом. По усмирении таким образом мятежников без кровопролития, в той же обители объявлены Царския милости всем чинам, собравшимся на защиту Государей, начиная с верховных сановников до детей боярских жаловали придачею поместий, деньгами и угощением с Царскаго погреба (25 окт.). А на память сего случая выбита была медаль, которую получили дворовый боярин и оберегатель Василий Васильевич Голицын и Аггей Алексеевич Шепелев».
В благодарность спасения жизни царей-соправителей Ивана и Петра, царевны Софьи в Троицкий монастырь был осыпан щедротами. Летом 1684 года были расписаны стены Успенского собора, к иконам местного ряда Успенского собора в 1686 года были приложены лампады, исполненные мастером И. Лыткин, в 1685 году над Царскими вратами Успенского собора помещена икона «Тайная вечеря» кисти Симона Ушакова, вложено в 1688 г. богослужебное Евангелие.
В 1689 году «... чрез семь лет Царь Петр Алексеевич снова искал безопасности в сей обители, когда замыслы Софии и её соучастника Шакловитого созрели и Петру грозила близкая смерть. 7-го августа 1689 г. в селе Преображенском, ночью его уведомили, что в Кремле собираются стрельцы разных полков и запасаются оружием, чтобы идти против него. Царь сел на коня, в чем был и с малым числом бояр поскакал в Троицкий монастырь. В 6 часов следующего утра он был уже здесь. Когда ввели его в покои, то утомленный необыкновенно быстрым переездом, он бросился на постель, со слезами рассказал Архимандриту происшествия и просил защиты и помощи. Вслед за ним прибыли сюда и мать его и супруга. Между тем послано было повеление всем боярам, царедворцам и полковникам Московским, и служилым людям прочих городов, не медля ехать в вооружении к Троицкому монастырю.
Напрасно Царевна София призывала Петра назад в Москву, успокаивая его на счет опасений; напрасно не позволяла никому выезжать из Москвы к Царю Петру, угрожая смертию. Петр не внимал ей. Верныя дружины, русския и немецкия, собирались снова к стенам обители, крепкой верностию. София упросила Патриарха ехать к Петру для успокоения его. Патриарх исполнил её желание, но, прибыв сюда, уже не возвращался отсюда до самого отъезда Царя, узнав истинное положение дел. Царевна решилась сама ехать в монастырь: но должна была возвратиться из села Воздвиженского. Царь Петр Алексеевич и, по согласию с ним, Царь Иоанн Алексеевич заставили ее выдать стрелецкого голову Шакловитого, 7 сентября привезли его к монастырю и подвергли допросу и пытке. В тот же день приехал из Москвы другой советник Софии, знаменитый заслугами и родом, тайно неблагоприятствовавший Петру, боярин князь Василий Васильевич Голицын; но его не допустили в монастырь, а 9 числа на крыльце Царских покоев прочитали ему приговор, по которому лишен он боярства и имения и сослан со всем семейством своим в Пустозерской острог. 11-го объявили Шакловитому с главнейшими соумышленниками смертный приговор, который тогда же и исполнен на площади близ монастыря, что к Московской дороге. Царевне повелено удалиться из чертогов в Новодевичий монастырь, где она и пострижена с переименованием Сусанною. Царь наградил своих защитников землями и деньгами, и 6-го октября отправился в Москву. Стрельцы, виновные в возмущении, встретили его еще в селе Алексеевском с знаками глубокого раскаяния; принесши с собою плахи и топоры, они клали головы свои на плахи и не хотели встать дотоле, доколе не услышали милостивого слова Царского».
Царь Петр Алексеевич покидает в Троице-Сергиев монастырь как полновластный правитель Российского государства. Пребывание 2 месяца царского двора в монастыре, ставшего временной столицей государства, а поселение вокруг которого превратилось в огромный военный лагерь, выявило значительные неудобства: трапезная Ермолина и царский дворец были небольшими. В благодарность преподобному Сергию за его особое покровительство, Петр Алексеевич ускоряет строительство храма преп. Сергия с огромной парадной трапезной, дабы приурочить его освящение ко дню 300-летия представления преп. Сергия, в 1692 гоу в пандан Трапезному храму в 1690-х гг. царь Петр закладывает роскошный дворец в модном «нарышкинском» стиле.
«Строительство, несомненно, предваряли обмеры монастыря и архитектурный проект. Во всяком случае, как сообщают письменные источники, ещё в начале XVIII в. существовал некий «чертеж Троицкого Сергиева монастыря», вывешенный для всеобщего обозрения. Особенностью же являлось то, что впервые в монастыре столь масштабно и по правилам архитектурной науки воплощалась идея ансамбля. Новые строения разместились симметрично друг другу вокруг тогдашней высотной доминанты Троицкого монастыря – Успенского собора. Выразительная полихромная раскраска зданий, их торжественное предстояние по принципу каре как бы создавали «парадный портрет» монастыря».
Монастырь преображался, превращаясь в грандиозный ансамбль по масштабу, красоте и новшествам. Царь Петр Алексеевич регулярно совершал «богомолья» в Троицкий монастырь и контролировал возведение новых Трапезного храма и Царских Чертогов. Царь очень любил петь на клиросе во время богослужений. В монастыре во время парадных служб, в связи с приездом государя использовались парадные облачения, Евангелия, крест, дарохранительницы.
Существует красивая легенда о резном двуглавом орле, который сегодня экспонируется на выставке "Любовью и единением спасемся" (музейный комплекс "Конный двор").
Согласно преданию, он был вырезан самим Петром I в благодарность за свое спасение и помещен позднее в алтаре Успенского собора Троицкого монастыря. К сожалению, это всего лишь красивый миф. В Описи 1842 года упоминание о двуглавом орле отсутствует, а в 1859 года он уже описан.
По всей видимости, резной двуглавый орел был создан в русле общероссийской тенденции историзма, осуществляемой также и ученым лаврским монашеством, в 1844 году – в год 500-летия Троицкого монастыря и 100-летия как монастырь стал Лаврой.
В алтаре Успенского собора орла использовали как подставку под запрестольный крест. В 1920 году легендарный экспонат был передан на хранение в Загорский музей-заповедник.
Известно, что царь Петр, уведомляя Патриарха и мать Наталью Кирилловну об отъезде из Москвы в Троицкий монастырь, умалчивал о конечной цели своей поездке – Переславле, где на Плещеевом озере он строил флот.
Во время этих приездов, при поддержке монастырской братии[1] происходило формирование юного царя Петра как будущего храмостроителя, градостроителя и кораблестроителя.
Благодарим за рассказ научных сотрудников Сергиево-Посадского музея-заповедника: кандидата искусствоведения, зав. сектором «Искусство Нового и Новейшего времени» Евгению Суворову и зав.отделом "История и культура Сергиево-Посадского края XIV - начала XX вв." Татьяну Токареву.