Перевод статьи автора Чжоу Чу, Юй Ли. 1 ноября 2025 года.
Ещё до выхода «Песня водяного дракона» успела вызвать ажиотаж благодаря утекшим в сеть фото с костюмами.
В этом сериале в жанре «сюанься» многие зрители были поражены смелым использованием серебряного, серого, красного цветов и даже белых перьев. Однако нашлись и те, кто счёл многие элементы излишне перегруженными — не хватает, мол, лёгкости и той самой «воздушно-небесной» эстетики.
В эпоху тотальных утечек с площадок именно грим и причёски исторических драм первыми попадают под зрительский «приговор».
Перед самым завершением съёмок «Песни водяного дракона» редакция Юй Ли встретилась в Хэндиане с художником по костюмам Хуан Вэй и гримёром Цзэн Минхуэем. Эта старая команда стилистов, работающая бок о бок ещё со времён «Светлого пепла луны», подробно рассказала о своей неизменно смелой философии в создании образов для нового проекта.
Говоря о жёсткой внутренней конкуренции и растущем однообразии в гриме и костюмах исторических драм, ветераны индустрии не могли не заметить: вкусы зрителей меняются слишком стремительно. Чтобы продолжать удивлять, нужно постоянно соревноваться с самим собой, отрываться от собственных наработок и шаг за шагом искать в традиционной культуре и повседневной жизни те элементы, которые ещё никто не использовал.
Сталкиваясь с мгновенными приговорами интернет-пользователей, они прямо признают: «Мы прислушиваемся к советам». Некоторые детали в «Песни водяного дракона» появились именно благодаря подсказкам зрителей.
Как прорваться сквозь «гонку образов»?
Оказавшись перед лицом внутренней конкуренции в сфере исторического грима и даже откровенного копирования, Цзэн Минхуэй осознал: чтобы совершить прорыв, прежде всего нужно быть смелым.
В начале 2023 года, когда он впервые прочитал сценарий «Песни водяного дракона», жанр ещё значился как «уся» (боевые искусства). Но когда подошли к подготовительному периоду, жанр сменился на «сюанься» (фэнтези с элементами мистики). Разница всего в одном иероглифе, но для гримерно-парикмахерского цеха это означало гораздо больше пространства для творчества.
Ло Юньси — давний друг Цзэн Минхуэя, они знакомы ещё со времён сериала «Удушающая сладость, заиндевелый пепел» и не раз работали вместе над образами для публичных мероприятий. Цзэн Минхуэй прекрасно изучил телосложение актёра: знает, какой высоты должен быть парик, как глубоко накладывать грим.
«У Ло Юньси очень правильная форма лица и огромная пластичность, — говорит Цзэн Минхуэй. — можно сделать как суровым, так и простым, естественным— всё ложится идеально. Моя задача — добавить персонажу привлекательности, раскрыть его образ. И в этот раз я сделал для него множество смелых экспериментов».
Смелость проявилась прежде всего в причёсках. Тан Лицы, персонаж Ло Юньси, по своей природе — лис-дракон. Для него сшили шесть разных париков, ввели кудри и впервые применили стиль китайской монохромной живописи тушью. На закупку и окрашивание волос ушёл месяц — в ход пошли серебристо-белый, градиентный переход от чёрного к белому, льняной и другие цвета.
Та самая нашумевшая серебряная причёска получилась за счёт смешения трёх цветов — белого, серого и чёрного, — что на солнце даёт богатую игру оттенков. В костюмах тоже активно используют красный и зелёный, а в одном из нарядов на белой ткани появилась обильная россыпь перьев.
«Светлый пепел луны» в своё время породил моду на стиль пещерных фресок Дунхуан. Чтобы не повторяться, команда Цзэн Минхуэя с головой ушла в поиски по традиционной китайской культуре и в итоге остановилась на стиле фресок. На многих аксессуарах в «Песни водяного дракона» можно увидеть фресковые орнаменты, а изображение лиса-дракона на головном уборе Тан Лицы и вовсе нарисовано от руки.
На эти поиски у команды ушло больше полугода, причём правки продолжались даже во время съёмок. «В “Песни водяного дракона” очень много персонажей — около шестидесяти имеющих имя, — рассказывает Цзэн Минхуэй. — Для каждого нужно было подготовить как минимум два варианта, а для макияжа лица — все три, и каждый вариант должен был быть новым. Так что даже через четыре месяца после начала съёмок мы всё ещё продолжали творить».
У Цзэн Минхуэя есть привычка: всякий раз, когда он попадает в новое место, он фотографирует необычные местные узоры и элементы и добавляет их в свою базу данных. Однажды на крыше Запретного города он заметил глиняный сосуд, который показался ему очень красивым, — и в итоге этот элемент появился в образе Тан Лицы.
Цзэн Минхуэй не знает заранее, будет ли то или иное решение выглядеть хорошо и примут ли его зрители. Но его жёсткое требование к себе: каждая новая дорама обязательно должна отличаться от предыдущей.
«С актёрами, с которыми я работал, мы уже хорошо знаем друг друга. Чтобы добиться прорыва, нужно делать домашнюю работу за них. Если будешь смелым — тебя поругают. Но если не рисковать, то и прогресса не будет. А что правильно, а что нет — в тот самый момент решаешь только ты».
Во время работы на площадке многие актёры сами просят, чтобы их грим отличался от всего, что у них было раньше, — лучше всего с такими элементами, которых на рынке ещё не видели. Иногда приходится выбирать из нескольких вариантов.
«Как убедить актёра? — задаётся вопросом Цзэн Минхуэй. — Мы сначала намечаем один-два элемента, затем делаем изображение прямо на лице актёра — прорабатываем причёску и макияж. Увидев это, он сразу понимает, что стал другим. Иногда мы готовим каждый свою версию, но в итоге актёры почти всегда выбирают мои элементы».
«Забудьте “Светлый пепел луны”»
В конце 2022 года продюсер Ван Ижун, подыскивая художника по костюмам, обратился к Хуан Вэй — тоже старой коллеге по «Светлому пеплу луны» — и поставил условие: забудьте о «Светлом пепле луны».
К тому моменту сценарий ещё не был завершён, поэтому команда Хуан Вэй сначала отталкивалась от семи томов оригинального романа. На подготовительный период ушло почти год.
Желая визуально дистанцироваться от традиционного «уся», команда Хуан Вэй детально изучила историю китайского костюма по эпохам и решила строить общую стилистику на знаковых элементах китайской цивилизации. Цветовую палитру задали на основе минеральной живописи «янцай».
Костюмы Тан Лицы конструировались вокруг двух опор: лис-дракон и Небесный народ. Поскольку в романе у Тан Лицы есть красная шёлковая лента, команда Хуан Вэй усилила в костюмах тему «китайского красного».
Для сюжетной линии юного Тан Лицы из Небесного народа в Шамбале, чтобы создать ауру тайны, использовали множество слоёв тончайших тканей, где прозрачный газ переплетался с золототканым полотном, а также добавили элементы нефрита, бронзы и золота из культуры Саньсиндуй.
В линии Чжоу Дилоу обратились к изогнутым халатам эпох Цинь и Хань, а также к тканям и фактурам льна и шёлка, характерным для династии Хань.
В линии Вань Цзяочжай, где герой богаче всего, сделали упор на роскошь эпохи Тан: пышные фасоны, сложные орнаменты, изысканные ремёсла.
На этапе Центральной равнины перешли на эстетику династии Сун с её изысканными цветами: градиентное окрашивание, шёлковый шифон, креп-сатин, ткани с золотыми и серебряными нитями, а также сочетание каллиграфии и вышивки.
Для большей кинематографичности боевых сцен команда Хуан Вэй добавила в многослойные костюмы Тан Лицы дополнительные фактурные «срезы».
Когда Ло Юньси, который уже в четвёртый раз работает с Хуан Вэй, узнал, что художником по костюмам снова будет она, он сказал: «Сестра Вэй, раз за дело берётся ваша команда, я спокоен».
«Фигура и внешность Ло Юньси словно созданы для исторических драм, — говорит Хуан Вэй. — У него очень тонкая талия, он не боится многослойности. Мы доходили до десяти и более слоёв — он всё выдерживает. Чтобы подчеркнуть пропорции, мы расширяли плечи. На примерке Ло нисколько не сомневался в нашей концепции — у нас полное взаимопонимание. В процессе съёмок он постоянно делился с нами своими идеями и творческими озарениями».
Один из главных принципов команды Хуан Вэй — не повторять себя. В условиях унификации исторических костюмов это особенно сложно. Помимо креативности, нужно постоянно перебирать разные материалы, фасоны и техники, а временное давление — чудовищное.
В итоге Хуан Вэй нашла решение в сочетании «старого и нового».
Чтобы построить визуальный мир для вымышленной Шамбалы, команда Хуан Вэй перепробовала множество вариантов и остановилась на комбинации «Дунхуан + Саньсиндуй».
Элементы Дунхуан благодаря «Светлому пеплу луны» уже хорошо знакомы зрителю. А Саньсиндуй за последние пару лет привлёк к себе дополнительное внимание после открытия нового музея и продолжения раскопок. Команда надеялась, что соединение «старого» и «нового» создаст ощущение одновременно знакомого и незнакомого.
«Меня не слишком заботит, что делают другие, — говорит Хуан Вэй. — Меня заботит другое: могу ли я на каждом новом проекте найти хорошую основу для творчества и идей. Лучший способ избежать однообразия — глубоко погрузиться в персонажей и построить цельную, продуманную визуальную вселенную костюмов, чтобы зритель поверил и смог погрузиться».
Эпоха «всенародного надзора» за костюмами и гримом
В эту эпоху знаменитый дуэт Цзэн Минхуэй и Хуан Вэй постоянно находится в эпицентре общественного внимания и споров.
Достаточно ввести их имена в поиске Weibo — и в реальном времени вы увидите всевозможные требования фанатов: тексты, картинки, а иногда и подробные презентации. Объёмы просмотров по их темам доходят до миллионов — почти как у какой-нибудь звезды.
Каждый день по пути на площадку и обратно Хуан Вэй видела в коридорах у лифта людей: они естественным образом выстраивались в две шеренги с телефонами наготове — ждали, чтобы снять очередное утекшее фото.
Из-за плотного графика команда делилась с ней отзывами интернет-пользователей во время обеда. «Нынешние пользователи — просто гении, — восхищается Хуан Вэй. — Они могут взять одно утекшее фото и сделать из него потрясающий постер. Я иногда хочу спросить: вы не хотите прийти работать в нашу индустрию? Я постоянно говорю своей команде: раз пользователи могут делать такую качественную работу, мы тем более обязаны выкладываться на все сто».
Хуан Вэй видела и просьбы некоторых зрителей убрать с костюма Тан Лицы накидку-жилет и вообще сделать образ более минималистичным. Если предложение казалось разумным и обоснованным, команда его принимала и вносила правки. Но если критика рождалась из неполного понимания замысла или нехватки информации, команда оставалась при своём первоначальном решении.
«Дизайн костюмов для кино и телевидения — это, по сути, высокая мода, ателье. Это не просто рисование картинок и раскрой ткани, как многие думают. Нужно полностью работать на актёра, персонажа, историю. Когда мы слышим разные голоса, мы должны понять, в каком ключе выдержан весь проект, какие ключевые элементы мы обязаны сохранить. Возможно, по советам зрителей мы что-то подкорректируем, но общую тональность менять нельзя — иначе потеряем почву под ногами», — объясняет Хуан Вэй.
Цзэн Минхуэй тоже часто поражается таланту интернет-пользователей. Каждый раз, видя очередную презентацию, сделанную фанатами, он пробует совместить предложенные образы с лицами актёров — подходит или нет.
Однажды фанаты прислали ему в Weibo образ в льняных тонах. Для его воплощения потребовалось бы много окрашивания и обесцвечивания волос — работа сложнейшая. Но он попробовал, нашёл, что образ сидит идеально, и принял его.
Вместе с восхищением приходят и сомнения, и даже откровенная брань. Цзэн Минхуэй с улыбкой замечает: каждый раз, когда фанаты его ругают, он об этом прекрасно знает.
Но, с его точки зрения, на многих утекших фото образ сильно зависит от ракурса и освещения. К тому же грим должен сочетаться с общим стилем персонажа: если у героя богатая, фактурная одежда и сложная причёска, но грим будет слишком слабым, он просто потеряется, станет блёклым.
«Мы не можем противостоять фанатам, — философски замечает Цзэн Минхуэй. — У них свои мысли, у нас — свои. Возможно, правы мы, а возможно — они. На самом деле фанаты — очень милые люди. Они хотят, чтобы их кумиры становились лучше, поэтому они подкидывают нам множество идей. Если в этих идеях есть что-то хорошее, мы это берём».
Хотя его часто ругают, со временем он выработал свою линию поведения. Главное — смело творить. И каждый раз, когда он выдаёт нечто новое, те самые фанаты, которые ещё вчера ругались громче всех, завтра могут написать: «Это божественно».
Сегодня в сфере исторических костюмных образов царит беспощадная внутренняя конкуренция. Но и Цзэн Минхуэй, и Хуан Вэй независимо друг от друга заметили одно и то же: огромное количество традиционных китайских элементов и орнаментов до сих пор не задействовано. Более трёх тысяч зарегистрированных техник нематериального культурного наследия, народная одежда, еда, жилища, предметы быта — всё это может стать источником вдохновения.
Популярность в исторических образах — будь то яркие цвета или элементы нематериального наследия — означает, что традиционная китайская эстетическая система сегодня переживает подъём и всё шире распространяется.
Возможно, вместо бездумного бега за сиюминутными трендами лучшей сокровищницей моды на все времена остаются тысячелетия китайской традиционной культуры.
Перевод выполнен группой @luoyunxiweibo
Мы в «Вконтакте»: https://vk.com/luoyunxiweibo
Подписывайтесь. Впереди много интересного!