Утром, выехал на метро, путь проходил через центр Казани. Пасмурно. Ожидал что будет холоднее, но, не так все плохо оказалось. Не хочется в конце мая сталкиваться с холодной погодой. Зелень становится после прошедшего дождя все гуще. По моим наблюдениям только в мае растения имеют такой насыщенный зеленый цвет. Одуванчики в основном уже отцвели. Теперь они покрылись пухом, скоро будут распылять свои семечки на парашютах.
Пассажиры в вагоне метро едут в основном с сурово-задумчивом видом. Кто-то одет потеплее, а кто-то налегке, в одной футболке. Одна девушка имеет яркий макияж, а-ля китаянка, как будто над ней поработал кисточкой мастер-художник. Таких девчонок уже не редко вижу – мода. Молодые люди носят прически-кудряшки. Чем гуще шевелюра, тем круче. Вышел из вагона, направляюсь на выход к станции Тукая. Навстречу мне попадается девушка, практически вся синяя от наколок. Чего там только нет, и на руках, и на ногах. «Выжило» только лицо, но там накачанные губки, как подушки – мода. Пока «партаки» в тренде. Так у нас в армии называли татуировки. Очень высокий процент молодых людей, девушек, имеющих подобные художества.
При выходе как всегда находится на своем посту гармонист. Репертуар у него исключительно на татарскую тематику. Даже когда его нет, вместо него работает чемодан – каждый желающий может положить денежку музыканту. Бабулька, торгующая букетиками цветов. Так я и не понял, из натуральных цветов эти «натюрморты» состоят.
Иду через сквер Тукая – зацвел каштан, эти пирамидальные соцветия видны из далека.
По наблюдениям, уже немало туристов. Тем более я прохожу мимо гостиницы «Татарстан». Вечное столпотворение постояльцев, судя по всему думающих, планирующих грядущий день. Тут же, у обочины, стоят автобусы, в готовности к выезду. Здесь особенно оживленно, в вечернее время.
Прохожу мимо площадки у театра Камала – уже бывшего, он переехал в новое, эпатажное здание. Теперь здесь находится театр Тинчурина. Так вот, на этой площадке уже вовсю бьют фонтаны. Тут же, установлен бронзовый памятник Шурале – мифический однорогий леший татарского фольклёра. Рог его отливает на солнце позолотой – видимо туристы поработали, натирают на счастье, полагаю.
Театр располагается на берегу озера Средний Кабан. У озера тоже есть свои легенды. По одной из них, на дне водоема хранятся затопленные сокровища одного из татаро-монгольских ханов. Всего существую три озера: есть еще Нижний Кабан, и Верхний Кабан.
Возле театра, на мощенной площадке уже трудится дворник, подтянутый пожилой мужчина. Сейчас зрелые люди в тренде. Люди снуют туда-сюда. Нужно успеть все, и перемяч навернуть – запах от ближайшей «питейки» за версту тянет, и достопримечательности осмотреть, если речь о туристах. А так, много студентов, и судя по всему трудяг, как и я, торопящихся в офисы и не офисы. Почти каждое утро прохожу одним и тем же маршрутом, многие попутчики примелькались. Наверное, мысленно здороваемся с друг-другом. У очередной кафешки, мужчина в одежде, по виду единственной, клянчит беспардонна у прохожих деньги. По лицу не похоже, что пьющий. Завидев жер.ву, из далека атакует, набегая, при этом бурно жестикулируя. Сейчас настреляет «фантики», и пойдет в эту же кафешку трапезничать. Осталось немного пройти до офиса. В парке, мужчина в возрасте, сидя на скамейке, о чем-то разговаривает с домашней собачкой, важно восседающей на коленях. Их я наблюдаю каждое утро.
«Вольные косари», человек 5, кто в масках, кто просто в шапках с длинным козырьком, но все имеющие длинные фартуки, от чего похожи на каких-то не то людей, не то фантомов, одним похожим движением поводят триммерами, скашивая траву в парке.
Вот и закончилась очередная пешая прогулка до офиса. Пора работать.