Из дневника медиума
02.06.2026
— Приветствую, мир Духов! Я готова записывать.
— Привет. Это Хамертон. Проснулась и вот мы подоспели.
— Как обычно.
— Ну да. Это нормально... Просто ты нас слышишь и то, что не относится к тебе тоже слышишь, можно сказать быт наш. Вот и смешался. В принципе есть на сегодня один неимоверно желающий вырваться из лап с м е р т и. В прочем как и многие... нет уж, дружочек, если к нам попал, то уже никто не спасёт и не вернёт, сказки всё это и пустые надежды.
Волей-неволей работать нужно, а иначе нечего было и начинать. Мы не имеем претензий к тебе, это неуместно, просто день на день не приходится и вот склонны дни сменяться с малейшими угнетающими событиями, но это поправимо. Просто резонанс не найден с Духом, вот и поймать нужно и тогда пойдёт легче, плавнее общение... ну, письмо конечно. Давай слушать.
— Давай.
Далее диалоги с духом
— Здравствуйте! Я много раз просил о встрече, но меня не допускали. Можно говорить уже буду?
— Для этого и позвали.
— Нет, меня не звали, я сам напросился!
— Ну тогда рассказывай, что тебя так беспокоит, чем сможем поможем! — сказал кто-то из проводников.
— Звучит интригующе, конечно. Но чем мне теперь можно помочь? Теперь только что сам себе помочь могу. Я хотел говорить о том, что прибыл я по расписанию в назначенный срок. Я прибыл на Тот Свет. Я знаю про переход в новую жизнь. Я хотел уточнить, как это может происходить, переход в новую жизнь. Это должно быть заново рождение и я снова буду жить на Земле? Разве не об этом учат многие? Разве всё неправда? Или всё же есть доля правды в этом? Куда меня поведут?
Я планировал отдохнуть от жизни и я не очень хочу снова на Землю. Я не желаю повторения! Как этого избежать? Если есть возможность этого избежать, то я хотел бы этим воспользоваться.
— На это ответ есть, — сказал Хамертон, — это не бюро услуг по выживанию, это распределяющий участок, отрезок временного содержания. Здесь ты и находишься. Именно потому ты сейчас можешь записать последнее слово через человека, в мире живых оставить о себе память. Если скажешь имя своё и где жил и кем был.
— Наверное это зачем-то нужно.
Всеволод Костовалов. Не важно кем я был — я был человеком, человеком и остаюсь. Немного непривычно окружение, в этом и хочу разобраться, что дальше рай или ад?
— А ты как для себя думаешь? — спросила я.
— Я не уверен, что хоть одна душа в Рай попадает. Сказки всё это!
— Значит рассчитываешь на Ад?
— Упаси Господь!!!
И перекрестился, прямо заметила всплеск эмоций выдал сиюминутный образ. Он продолжил.
— Я вот думаю, а могут ли души оставаться на Земле в привычном обиходе для себя? Хоть это можно узнать?
— Можно. Да, могут, но это либо ненадолго, попрощаться... либо навсегда — второе тебе не понравится, поверь. Но соблазн велик! — уточнил Хамертон.
— И то верно. Я не желаю навсегда, но то, что можно погулять, погостить ещё, так скажем, на Земле, то это я бы согласился.
И что же это будет, просто меня оставят все в покое и я смогу побыть один?
— Да, сможешь. Но как и всем твоим предшественникам, тебе вскоре надоест.
— Не думаю, что надоест.
— А ты поверь.
— Ну так что, у кого отпрашиваться!?
— Я что-то тебя никак понять не могу, то ты не хочешь заново жить, то не желаешь уходить, расставаться с привычным! Что это значит!? — поинтересовался Хамертон.
— Нет, ты меня неправильно понял!
Жить заново я не хочу, снова проживать в теле и снова болеть, и снова выживать, и прочее человеческое волокитное существование своё обеспечивать — надоело до смерти.
Он даже усмехнулся. Видно смерть его не расстраивает, а даёт надежду на какое-то волшебное существование.
— Что ж мне теперь плакать? Нет, не стану! Я просто хочу ещё немного подышать, походить, если можно так выразиться. Я прожил долгую, мучительную жизнь. Последние дни я провёл без движения, так почему вы удивляетесь, что я хочу просто вспомнить, пока эта возможность у меня есть, как это дышать полной грудью, ходить, опираясь на обе ноги и спина в прямом положении, и не болит ничего. Просто мне очень хорошо сейчас и пока что, насколько это возможно, мне не хотелось бы менять положение дел.
— Не вижу препятствий, — сказал Хамертон, — насильно никто никого держать не будет. Ты можешь погулять, но имей ввиду, сроку тебе тридцать девять дней! За тобой мы вернёмся ровно через тридцать девять дней.
— О! Этого слихвой хватит! Может даже и надоест, как вы говорите. Но что же, прощаемся до конца отведённого срока.
Простите за украденное время, но это было слишком важно для меня.
_______
— Ну вот так как-то, — подытожил Хамертон, — походит и прибежит, сам взвоет от тоски. Не первый и не последний. Чего не сделаешь для утешения и облегчения перехода. Тяжёлые энергии нам не нужны, пускай полегчает.
