Всё новое пугает. Старые привычки становятся практически частью жизни. А уж если это беспилотники и автопилот, то это вообще повод для апокалиптических мыслей, особенно, учитывая сегодняшние реалии.
Правильно говорится, что «сон разума порождает чудовищ». Вот примерно тоже самое происходит в отношении роботизации транспорта.
Некоторые нас пугают: «Роботы отнимают рабочие места». Но есть профессия, где беспилотные грузовики — не конкуренты, а освободители. Речь о дальнобойщиках — людях, которые платят здоровьем, семьёй и, порой, жизнью за каждый километр груза.
Что происходит на российских трассах.
Правительство РФ утвердило концепцию развития беспилотных грузоперевозок до 2035 года. Это не фантастика. Это план, который уже реализуется на трассах М-11 и М-12. К 2030 году парк беспилотных грузовиков может составить до 18,7 тысячи машин, а уже к 2035 году их должно быть примерно 57 000, а их доля в автопарке достигнет 19%.
«К 2030 году совокупная экономия участников рынка может достичь 4,2 миллиарда рублей в год, к 2035 году — 108,6 миллиарда рублей в год«
Экономический эффект — снижение себестоимости перевозок на 20–25%. Но есть эффекты, о которых молчат в официальных отчётах. И они куда важнее для каждого из нас.
Профессия, которая убивает.
Дальнобойщик — это не просто водитель. Это человек, который сознательно выбирает образ жизни, разрушающий его здоровье. И проблема не в «слабой воле», а в самой природе профессии.
Сон — главный дефицит.
Исследования показывают: средняя продолжительность сна дальнобойщика — 5,6 часа в сутки. Почти половина (46%) страдают от дневной сонливости — это когда человек может заснуть за рулём в любой момент. При этом 46,3% водителей имеют плохое качество сна. Они храпят, просыпаются разбитыми, годами не высыпаются. И никакие тахографы тут не помогут.
Позвоночник — под ударом.
Длительное сидение в вибрирующей кабине — это не просто дискомфорт. Постоянные вибрации на частотах 4–6 Гц разрушают поясницу. Исследования показывают: у большинства дальнобойщиков есть хронические боли в спине. Грыжи, радикулопатия, остеохондроз — это не «возрастное», это профессиональное.
Сердце и сосуды — бомба замедленного действия.
У дальнобойщиков в разы выше риск гипертонии, ожирения и диабета по сравнению с другими профессиями. Ожирением страдают около трети водителей грузовиков. Сердечно-сосудистые заболевания — главная причина внезапной смерти за рулём.
А как, собственно, иначе, когда человек рейсе питается чем Бог на душу положит? Фастфуд, дорожные забегаловки. А теперь экстраполируйте это на годы работы.
Итог: средняя продолжительность жизни независимых дальнобойщиков в США — 55,7 лет против 75,1 у населения в целом.
В середине 10-х годов аналогичное исследование в России давало цифру в районе 48 лет. При этом, реальный биологический возраст дальнобойщика так же был больше «паспортного». К примеру, если по паспорту дальнобойщику было 43 года, то его реальное состояние было на 52 года.
Это диагноз. Не только человеку, но и профессии.
Психика: агрессия на дороге и кнопка «взорваться».
Всё вышеперечисленное, естественно, отражается и на психике водителя фуры.
Вы когда-нибудь видели, как фура «сидит на бампере» легковушки, летит по деревне с превышением, агрессивно подрезает? Я такое наблюдал на собственном опыте неоднократно.
Это не из-за того, что дальнобой «плохой человек». Это профессиональная деформация.
Стресс у дальнобойщиков — зашкаливает.
72% водителей грузовиков считают свою работу физически и эмоционально стрессовой. 55% чувствуют одиночество и выгорание одновременно. Постоянные дедлайны, недосып, конфликты с диспетчерами, страх опоздать — это коктейль, который рано или поздно приводит к срыву.
Агрессия — обратная сторона усталости.
Исследования показывают: недосып и хронический стресс напрямую связаны с агрессивным поведением на дороге. Человек, который не высыпается месяцами, теряет способность контролировать эмоции. Раздражение накапливается. И выливается в опасный обгон, превышение скорости, и хамство.
Дальнобойщик, который «сидит на бампере» — это не злодей. Это человек, чья нервная система на пределе уже который месяц подряд. И он везёт 20-30 тонн груза.
Это реально опасно! И тут даже камеры и штрафы не помогут. На своём опыте знаю. К примеру, когда еду по трассе, проходящую через деревню, и стоит ограничение скорости в 50 км/ч, естественно, я снижаю скорость. И не потому, что штраф придёт. Деньги – дело наживное. Но когда ты едешь по населённому пункту, надо быть стократно внимательней. Взрослый человек, ребёнок, кошка или собака могут переходить через трассу с одной стороны деревни на другую.
И в этот момент, когда ты снижаешь скорость, тебе прям на бампер «садиться дальнобой», да ещё и сигналит, мол «кати быстрей».
Засыпают за рулём. И это не «единичные случаи».
Каждый год на трассах происходят ДТП, в которых фура выезжает на встречку, съезжает в кювет, въезжает в стоящую машину. Только в этом году я лично видел примерно 5 валявшихся в кювете грузовиков.
Виновник часто говорит: «Я на секунду закрыл глаза».
Это не оправдание. Это констатация факта: хронический недосып и сонливость прямо коррелируют с аварийностью.
Парадокс регулирования: закон разрешает водителю быть за рулём 11 часов после 10-часового отдыха. Но качество этого отдыха (где? в кабине на обочине?) никто не контролирует. Спать на шумной стоянке, под светом фар, в страхе, что сейчас выгонят или обворуют — это не отдых.
Результат: водитель может физически не спать часами, но его организм всё равно «отключается» на секунды. Это называется микросон. И он убивает. В прямом смысле слова.
Тяжёлый труд: ремонт на коленке и подъём 50 килограммов.
Дальнобойщик — это не только водитель, но и механик. Замена колеса на обочине, подъём 50-килограммовых покрышек, лазание под фурой с риском для жизни в условиях гололёда или жары — вот реальность.
Исследования подтверждают: 57% дальнобойщиков жалуются на боли в опорно-двигательном аппарате, связанные с подъёмом тяжестей и неудобными позами. Постоянная вибрация и тряска усугубляют проблемы с позвоночником.
Многие работают через боль, потому что «надо доставить груз». И расплачиваются инвалидностью.
А это не только здоровье, это ещё и расходы на лечение, минус в личном и семейном бюджетах.
Семьи рушатся. Дети растут без отцов.
Это не громкие слова. Это статистика.
Более 80% дальнобойщиков сообщают, что их работа создаёт напряжение в отношениях с близкими. 55% чувствуют одиночество. Неделями, а иногда и месяцами они не видят своих детей, жён, родителей.
Некоторые браки держатся на энтузиазме жён, которые годами ждут мужей с трассы. Другие — распадаются. И это не «личная драма», а системный сбой.
И вот тут мы подходим к самому «интересному» моменту, в котором всё сплелось, вплоть до моральной нестойкости и преступности.
«Плечевые» — бизнес на одиночестве.
Там, где мужчины живут в кабинах неделями, возникает криминальный «рынок». Вдоль федеральных трасс десятилетиями процветает индустрия «плечевых» — придорожной проституции.
Это не «слабости» и не «порок отдельных личностей». Это бизнес, который держится на одной простой формуле: одиночество + деньги + анонимность.
Исследования транспортной среды прямо указывают, что условия работы дальнобойщиков (одиночество, отсутствие социальной поддержки, жизнь в кабине) создают «рискованную среду», где процветают инфекции, криминал и эксплуатация.
В новостях регулярно появляются сообщения о задержании организаторов интим-услуг на трассах и о торговле несовершеннолетними, привязанной к придорожной инфраструктуре. Это не «пережитки прошлого». Это системная проблема, корень которой — образ жизни дальнобойщика.
Как беспилотники ломают эту схему.
Здоровье. Водитель больше не проводит в кабине по 11 часов в день подряд. Он становится оператором удалённого контроля. Работает из дома, с пульта, с нормальным графиком, без вибраций и тряски.
Сон. Беспилотник едет ночью сам. Водитель (оператор) спит в своей постели. И выходит на связь только в нештатных ситуациях. Никаких «микроснов» за рулём.
Агрессия. Уходит главный раздражитель — хроническая усталость. Человек, который высыпается, не «садится на бампер» и не подрезает.
Семья. Мужчина возвращается домой каждый вечер. Дети видят отца. Жёны перестают быть «соломенными вдовами».
«Плечевые». Беспилотная фура не заезжает на стоянку «перекусить и отдохнуть», а если и заезжает — водителя в ней нет. Электронный разум не покупает любовь, не пьёт, не болеет и не изменяет жене.
Вывод: внедрение беспилотных грузовиков автоматически, без единого полицейского рейда, обрушит спрос на «услуги на дорогах». Потому что исчезнет сам потребитель.
Вопрос, который мне зададут.
«А что делать с теми, кто останется без работы?»
Я отвечу: их не так много, как кажется. Молодёжь не идёт в дальнобойщики — профессия слишком тяжёлая, грязная и опасная. Те, кто сейчас в кабинах, могут стать операторами, диспетчерами, механиками удалённой диагностики. Это тоже работа. Но — с сохранением здоровья и семьи.
Вместо заключения.
Российские дороги станут безопаснее, когда за рулём будет не уставший, больной человек с давлением и остеохондрозом, а безжалостная к погоде нейросеть, причём, соблюдающая все правила ПДД. Российские семьи станут крепче, когда мужчины перестанут ночевать в кабинах на обочинах. А трассы — чище, когда исчезнет экономическая база для «плечевого» бизнеса. Технологии не должны убивать рабочие места. Они должны делать работу человечной.