», – писал Елене Щаповой в марте 2003 года Владимир Котляров Толстый. «По ситуации и судя по приговору Эдик получит репрессивный срок. Нужно срочно подавать кассационную жалобу. Адвокатская помощь стоит очень дорого. Мы начинаем сбор средств для оплаты адвокатам. Во время нашего с тобой телефонного разговора ты сказала, что готова дать подпись, деньги и так далее. Вот я и посмел тебя просить реализовать это пожертвование. Как хочешь: персонально или анонимно, переводом в Россию или, если тебе не хочется разбираться с банком, то можешь послать мне чек. Любые твои условия обсуждаемы. Я тебя заранее благодарю. P.S.: Если есть вокруг тебя почитатели литературного и человеческого таланта Лимонова, то, может быть, они пожертвуют что-нибудь? Промежуточная адвокат, засланный казачок, сказала мне в Париже: «Сколько денег соберёте, настолько срок и снизим». Цинизм? Да. Но на кону жизнь Эдика. Обнимаю тебя твой Тolsty». Конверт, в котором было отправлено письмо, Толстый превратил в мэйл-арт, кот