За десять лет средняя социальная пенсия в России почти удвоилась. По данным Соцфонда, с 8 600 рублей в 2016 году она доросла до 16 500 рублей. На первый взгляд, новость кажется хорошей. Однако большинству пенсионеров эта арифметика не дает ощущения обеспеченной жизни.
Государственная статистика демонстрирует позитивную динамику. Но экономисты призывают не путать номинальный рост с реальным. Когда говорят, что пенсии выросли почти вдвое, речь идет о суммах без учета инфляции. А именно инфляция — особенно в сфере продуктов, лекарств и коммунальных услуг — сильнее всего влияет на людей с небольшими доходами.
Экономист Андрей Бунич считает, что само слово «рост» в подобных материалах следует использовать осторожно. Оценивать нужно не абсолютные цифры, а покупательную способность пенсионеров. И здесь картина уже не выглядит такой оптимистичной.
Проблема в том, что официальная инфляция и бытовая инфляция — вещи разные. В отчетах фигурирует один показатель, но человек оценивает ситуацию иначе: по ценам в магазине у дома, стоимости лекарств в аптеке и суммам в коммунальных платежках. Для пенсионеров даже небольшое повышение цен становится ощутимым ударом, потому что значительная часть их бюджета уходит именно на базовые потребности.
Обеспеченный человек может не обратить внимания на подорожание сыра или бытовых товаров. Пенсионер, живущий в первую очередь на пенсию, замечает рост стоимости даже самых простых продуктов — круп, хлеба, молока. Для людей с ограниченными доходами каждое повышение цен складывается в постоянное ощущение сокращения возможностей.
Именно поэтому многие пожилые россияне воспринимают сообщения о «двукратном росте пенсий» скорее как пустой звук. Денег стало больше в рублях, но уровень повседневного комфорта изменился незначительно. По оценке Бунича, максимум, о чем можно говорить, — это попытка сохранить прежний уровень жизни на фоне многолетнего роста цен.
Эксперты вспоминают и о более ранних обещаниях властей. Во время обсуждения пенсионной реформы звучали заявления о том, что пожилые люди смогут активнее путешествовать, помогать родственникам и жить заметно свободнее в финансовом плане.
Такие смелые догадки делал Антон Силуанов, занимающий пост министра финансов. Еще пять лет назад казалось, что изменения скоро наступят. Однако реальность оказалась гораздо скромнее. Сегодня социальная политика, по мнению ряда экономистов, в основном направлена лишь на поддержание минимально приемлемого уровня существования.
Профессор РАНХиГС Александр Щербаков также сомневается в значительном росте реальных доходов пенсионеров. По его оценке, если улучшение и произошло, то речь может идти лишь о 10–15 % за десятилетие — и то без полной уверенности в этих цифрах.
История с пенсиями в России вновь подсвечивает старую проблему: между официальной статистикой и ощущениями людей остается разрыв. В отчетах присутствует рост, но в реальной жизни пенсионеры по-прежнему вынуждены считать расходы даже на продукты.
К сожалению, сегодня экономисты не делают положительных прогнозов. Помимо того, что пенсия растет медленно, под вопросом оказывается и сама пенсионная система. Население стареет, из-за чего схема «молодые платят за старых» с помощью взносов с зарплаты в Соцфонд, перестает работать. Государство, в свою очередь, мотивирует граждан открывать собственные накопительные счета, которые в будущем станут для них опорой.