Только один всемирно известный кинорежиссёр XX века мог с невозмутимым видом рассказывать в интервью в Париже 9 ноября 1988 года, что его посадили в тюрьму по обвинению «в изнасиловании 340 членов КПСС». Только он обладал той степенью внутренней свободы, которая позволяла требовать: «Пошлите меня в Африку, и я сниму лучший африканский фильм! Я вам напридумываю кучу старинных папуасских ритуалов, не хуже, чем гуцульских в "Тенях забытых предков!"» Советская система не выносила Сергея Параджанова именно за это — потрясающее чувство свободы. Он был человеком вне систем, канцелярских книг, паспортов или похвальных грамот. Его искусство существовало вопреки логике, цензуре и здравому смыслу. Фильм «Цвет граната» (1969) стал квинтэссенцией этого бунтарского духа. Это не биография армянского поэта Саят-Новы и даже не традиционный кинематографический рассказ. Это визуальная поэма, оживший ковёр, где каждый кадр наполнен символами, цветом и пластикой. Режиссёр отказался от диалогов и привычно
Сергей Параджанов и «Цвет граната»: кино как абсолютная свобода
8 июня8 июн
2
1 мин