Премьера «На заре туманной юности» о самом драматичном эпизоде жизни поэта Алексея Кольцова состоялась в Воронежском театре оперы и балета
К 90-летию нашего земляка, автора музыки к фильмам «Война и мир» и «Они сражались за Родину» Сергея Бондарчука, «Иваново детство» и «Андрей Рублев» Андрея Тарковского, композитора Вячеслава Овчинникова в Воронежском театре оперы и балета 7 июня представили премьеру оперы «На заре туманной юности» (12+). Ранее это произведение никогда полностью не ставили, так что премьера получилась мировой. Это было мощно, считают ставшие свидетелями этого исторического события корреспонденты «Культурного региона».
Юбилейная постановка
Композитор Вячеслав Александрович Овчинников родился в Воронеже 29 мая 1936 года. В нашем городе с перерывом на эвакуацию во время Великой Отечественной войны он прожил до 1951 года. Здесь он впервые проявил свои музыкальные таланты, начал сочинять музыку.
Вся его дальнейшая жизнь связана с Москвой, где он окончил консерваторию и уже в молодом возрасте стал знаменитым. Так, музыку к фильму Тарковского «Иваново детство» (12+) он написал в 26 лет. А в 28 – к фильму Бондарчука «Война и мир» (12+).
Впрочем, малую родину композитор не забывал. Благодаря этому и появилась опера «На заре туманной юности». Она посвящена широко известному эпизоду из жизни Алексея Кольцова. Когда поэт влюбился в крепостную девушку Дуняшу, а отец ее продал. История более чем драматичная, но, как выяснилось, история и самой оперы вышла не простой, правда, с поправкой на современную действительность. Так случилось, что написанная композитором партитура чуть не погибла из-за коммунальной аварии.
– Залило крышу, обои наклонились и легли на партитуру, – вспоминает вдова композитора Наталия Синицына, которая специально приехала на премьеру в Воронеж. – Практически все ноты развалились. Вячеслав Александрович писал оперу фактически заново. Он очень долго собирался, сначала вообще не хотел продолжать писать. Но он сильно любил поэзию Кольцова и посчитал себя обязанным восстановить оперу.
И вот эта опера поставлена. Поставлена впервые. Эту историческую мировую премьеру подготовили дирижёр-постановщик – главный дирижер театра Тимур Абсалутинов; хормейстер-постановщик – главный хормейстер театра, заслуженный деятель искусств Воронежской области Ольга Щербань; хормейстер – Эмиль Гаджиев.
В постановке заняты ведущие оперные солисты, лауреаты международных конкурсов Иван Журавлев (Алексей), Оксана Шапошникова (Анисья), Юлия Бутырина (Дуняша), Артем Борисенко (Отец), Софья Овчинникова (Мать), Виктор Руснак (Липовский), заслуженный артист Воронежской области Алексей Тюхин (Серебрянский).
– Произведение не похоже, конечно, на то, что мы привыкли слышать у Овчинникова, – музыку «Войны и мира», скрипичные сочинения, – делится впечатлениями Тимур Абсалутинов. –Здесь наблюдается в партитуре какой-то поиск своего стиля, влияние его современников, влияние более ранних русских композиторов, импрессионистов. Достаточно разнообразная с точки зрения стилистики и оркестрового письма. Нагромождение таких диссонирующих гармоний все-таки отражает как раз музыкальные тенденции ХХ века.
Легенда о Кольцове
Перед знакомством с премьерой оперы почему-то захотелось заглянуть в Литературный некрополь у Цирка – остатки уничтоженного Митрофаньевского кладбища. Половина героев оперы Овчинникова лежит здесь. Тут и сестра Анисья с сыном-младенцем Владимиром, и родители Кольцова, и сам Алексей Васильевич.
Все великие поэты не просто пишут стихи – они и свою жизнь пишут как стихи. Страдающий от ревности Пушкин, за честь жены гибнущий на дуэли, потерявший смысл жизни «герой нашего времени» Лермонтов, бессмысленно третирующий друга и так же бессмысленно им убитый, Гумилев, «за гордость женщины, чей каблук топтал берега Невы», постоянно ставящий свою жизнь на край, эта самая женщина, то есть Анна Ахматова, «царскосельская веселая грешница», которая стоит в очереди на передачу в «Кресты».
Видимо, образ неразрывно связан с поэтом, а без образа и поэта нет. Такой образ есть и у Алексея Кольцова. Но, кажется, что есть основания сомневаться в его правдивости. Суть этого образа в следующем. Жившего в «омуте довольно грязной действительности» (цитата по Белинскому), самородка и народного гения Алексея Кольцова постоянно изводили родственники и особенно самодур-отец.
Однако тот же Виссарион Белинский пишет: «получаемые от отца деньги на игрушки он употреблял на покупку сказок, и «Бова Королевич» с «Ерусланом Лазаревичем» составляли его любимейшее чтение». Вот новости! Оказывается, именно на отцовские деньги Кольцов покупал книги. А они, между прочим, стоили очень недешево в те времена. Это вам не леденец на базаре купить. Если читать книгу Белинского критически, возникнет много вопросов.
История про проданную Дуняшу тоже при ближайшем рассмотрении выглядит неоднозначно. Она, эта история, впервые всплывает тоже у Белинского, в 1846 году. Якобы сам Кольцов эту историю Белинскому и рассказывал за восемь лет до этого.
Опять же цитируем Белинского: «Связь Кольцова … … в глазах диких невежд, простодушно и грубо чуждых всякой поэзии жизни, она казалась предосудительною и безнравственною». Но давайте вспомним, что это было время, когда крепостные женщины продавались как скотина и часто служили своим хозяевам для любовных утех. Вряд ли в тогдашнем обществе кто-то осудил бы хозяйского сынка за связь с дворовой девкой.
Может быть, отец лишь уберег Алексея от недоброго поступка к беззащитной девушке? Это вовсе н значит, что недобрыми были мысли Алексея. Он вполне мог искренно любить. Но давайте посмотрим на ситуацию глазами Дуняши.
Белинский уверяет, что это чувство было взаимным. Откуда он может это знать? Дуняша – вещь, которую можно выпороть и продать. И тут сын хозяина воспылал к ней чувствами. Перспективы такого брака в сословном обществе сомнительны, зато вероятность, что получив свое, он остынет и забудет о ее существовании, очень велика. Девушка оказалась в крайне непростом положении.
«Неистовый Виссарион» утверждает, что Дуняша вскоре умерла от жесткого обращения. Однако другие авторы пишут, что она прожила долгую жизнь, побывала любовницей барина, а когда тому надоела, была выдана замуж за казака. И даже впоследствии приезжала в Воронеж, была и на могиле Алексея Кольцова. Эта версия тоже выглядит сказочно, но других у нас нет.
Глядя на могилу потомственного почетного гражданина Василия Кольцова, отца поэта, жалко его становится. Вот уж кто точно пребывает в ««омуте довольно грязной действительности» последние двести лет. А если смотреть лишь на факты, то и стихи Алексей Кольцов писал, и самообразованием занимался, и в гости к Пушкину в Петербург ездил, и мог себе позволить подолгу жить на даче Башкирцева. И отец ему в этом не препятствовал.
Сила оперы
Это было лирическое отступление, но необходимое, потому что опера Овчинникова именно об этой истории, которая, впрочем, подана традиционно, через страдания поэта и однозначную несправедливость поступка, совершенного его отцом. Сцена продажи Дуняши очень драматичная, сильная, и драматургически, и музыкально, а момент, когда она уходит с ухмыляющимся покупателем, трогает прямо до глубин души.
Музыка тоже мощнейшая. Хотя не исключено, что в зале, который был практически полон, кому-то она могла и не понравиться. Здесь поток этих фантастических звуков похож на море, в котором бурные волны бросают слушателя из стороны в сторону.
– Овчинников очень сложным оказался, потому что очень много прослеживается лейтмотивов, – говорит исполнительница роли Анисьи Оксана Шапошникова. – Но вообще интересно, потому что если послушать и вслушаться в эту музыку, как я советую зрителям, несколько раз даже, если будет такая возможность, то станет понятно, что она напоминает звучание кинофильмов. Как будто в кино попадаешь. Нужно прислушиваться. Для зрителя будет сначала сложновато, но и для нас это был, конечно, эксперимент сложный, но интересный.
Опера «На заре туманной юности» была представлена в концертном исполнении, то есть без декораций. Герои драмы сидели на сцене, вставая когда нужно было, исполнить свою партию. Позади них расположился хор, добавляя в постановку свою невероятную силу. Было бы здорово увидеть и услышать это произведение Вячеслава Овчинникова и в сценическом исполнении.
– Я вот как раз-таки сегодня об этом думал, – размышляет исполнитель роли Алексея Кольцова Иван Журавлев. – До сегодняшней финальной репетиции у меня в голове не складывалось, как это может быть в декорациях. А сегодня я почувствовал, что хочу именно это воплотить на сцене. Я перестал уже в какие-то моменты следить за нотами, и появилось желание это раскрашивать актерски. Пользоваться уже телом, не только голосом.
Подводя итог, можно с уверенностью утверждать, что мировая премьера оперы Вячеслава Овчинникова «На заре туманной юности» прошла успешно. Отличный повод еще раз задуматься о драматичных моментах нашей истории, судьбе поэта Алексея Кольцова и послушать удивительной силы музыку.
Глеб Стародубцев, фото Романа Демьяненко