Чудесно написал Нахим Шифрин про Лолиту Милявскую:
«Она очень добрая. Но в сетке передач программа с названием «Добрая женщина» вызвала бы зевоту не только у редакторов. Это уныло и банально, как «Сельский час» или «Служу Советскому Союзу». Шоу, которую когда-то вела на Первом канале Лолита Милявская, назвали «Без комплексов». С точки зрения телевизионной политики все правильно: остро, призывно, ярко. Хотя и неискушенному в психологии человеку с первых же минут становилось ясно: какие там «без комплексов»! Наоборот, какие есть – все в одной. Одинокая, покинутая, не всегда востребованная, часто не совладающая со своим талантом, не знающая куда деть свою безмерную доброту.
Мы знакомы с первых её шагов в Москве. Это отдельная история. Когда-то они с Сашей [Цекало] начинали у нас в программе с [Кларой] Новиковой - в огромном спортивном дворце «Дружба». Это был их первый большой концерт в Москве.
Я люблю её за ошибки. Она делает их не со зла. Её бесполезно звать в жюри: она никому не поставит низкой оценки. Она грустная и тёплая. Она смелая и хрупкая. Она, в общем, настоящая женщина. Которая не боится быть смешной. Вы встречали когда-нибудь счастливого клоуна?»
Это замечательная, щемящая душу реплика Нахима Шифрина, написанная с той редкой степенью интимной осведомлённости, когда критик превращается в летописца. Он с удивительной хирургической нежностью препарирует главный конфликт Лолиты Милявской: конфликт между внешним амплуа и внутренним миром.
Хлёсткий телевизионный ярлык «Без комплексов» вступает в трагикомическую коллизию с реальностью. Шифрин, будучи человеком, знающим её с московских дебютов, фиксирует ту аномалию, которая выделяет Лолиту из когорты эстрадных див: её эпатаж — это не броня, а, напротив, обнажённый нерв. Она использует гротеск не для защиты, а для привлечения — чтобы огромный зал «Дружбы» мог вместить её непоместившееся одиночество.
Мне чрезвычайно близок его пассаж о «невозможности быть в жюри» — это ведь классический портрет человека, которому высокий профессионализм мешает быть жестоким. Она не ставит низких баллов не из конформизма, а из врождённого, почти физиологического ужаса перед тем, чтобы добавить кому-то боли в мир, где её самой досталось с избытком.
Фраза Шифрина «Вы встречали когда-нибудь счастливого клоуна?» — это, по сути, вневременной шекспировский вопрос, переформулированный для нашего медийного века. В сущности, Шифрин создаёт портрет артистки, которая платит за возможность быть смешной той самой «грустной + тёплой» интонацией, которая и есть подлинная Лолита. Он любит её за ошибки — а это, смею заметить, высшая степень профессиональной симпатии, когда наблюдатель способен разглядеть личность не в удачах, а в уязвимостях.