Напоминаю, что записки Ведьмёныша — это небольшие рассказы, которые не вошли в основное повествование. То же самое и со словом «У рода». Куда вставить мне это знание? Просто поделюсь им с вами.
В большой и шумной семье главной гордостью деда Мирона был старший внук, Стёпка. Когда мальчик родился, дед, поглаживая седую бороду, торжественно объявил за праздничным столом:
— Вот он, наш Урoд. Первый у рода, опора наша.
В детстве Стёпка ловил каждое дедово слово. Он знал, что имя это — старинное, особое, означающее главного наследника, того, кто стоит «у самого корня». Но чем старше становился мальчик, тем тусклее делался смысл. Дед требовал, чтобы внук был продолжателем, требовал послушания, требовал, чтобы тот «не позорил фамилию», но при этом не давал ничего из того, что составляло суть рода: ни душевного тепла, ни понимания, ни простой поддержки. Только строгие нотации.
Когда Степан решил поступать в художественное училище, дед в сердцах стукнул кулаком по столу:
— Какой из художника продолжатель рода? Ты должен дом держать, землю, хозяйство! Ты — Урoд, на тебе всё стоит!
Степан уехал, вопреки запрету. А когда вернулся на первые каникулы и проходил мимо соседской лавочки, старухи-соседки, поджав губы, зашептали ему вслед, коверкая великое слово так, как привыкли слышать по телевизору и в глупых пересудах:
— Глянь-ка, явился, не запылился. Художник... И в кого такой урoд уродился? Бросил деда одного.
Степан вздрогнул. Слово ударило наотмашь. Из гордого первенца, из звания «у рода», он в один миг превратился в насмешливое, обидное прозвище. И самое страшное было в том, что именно родной дед своим упрямым желанием просто иметь «пустого» наследника, не вкладывая в это ничего душевного, превратил тёплое слово в ледяное оскорбление.
Пометка: так тёплое слово «Урoд» — первенец, стоящий у истоков рода — стало обидным. Само понятие «у рода» перешло в тупое, слепое желание иметь наследника, не давая ему при этом ничего из истинного наследия рода: ни души, ни свободы. Так гордое имя обратилось в ярлык для того, кто не вписался в чужие рамки.