Myśl Polska | Польша
Последняя встреча Каи Каллас с европарламентариями проходила в закрытом режиме, пишет MP. Сделано это было для того, чтобы никто из граждан не мог своими глазами увидеть и ушами услышать, какой уровень некомпетентности демонстрирует этот европейский политик. А вопросов к Каллас накопилось много.
Матеуш Пискорский
Европарламент нужен для того, чтобы контролировать действия Еврокомиссии — это утверждение представляется банальным. Депутаты Европарламента задают представителям ЕС вопросы от имени своих избирателей, то есть граждан стран-членов Европейского союза.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Данная практика вроде бы всем вполне понятна и обоснованность ее очевидна, но, оказывается, отнюдь не всем. Об этом свидетельствует поведение верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности, вице-президента Еврокомиссии Каи Каллас на последнем заседании парламента и его комиссии в Брюсселе.
In camera, Или никаких неудобных свидетелей
В каждом парламенте действует практика закрытых заседаний, хотя, как правило, депутаты стремятся ограничить применение такого режима действительно чрезвычайными ситуациями и особыми случаями. В Европейском парламенте такие заседания часто проводятся комитетами и группами, занимающимися защитой прав человека. Закрытый режим в этом случае нужен для того, чтобы перед парламентариями могли выступать либо люди, в тех или иных странах репрессированные, либо свидетели этих репрессий. Попытка защитить их путем хотя бы частичной анонимизации вполне оправдана. Для этого предусмотрен режим, называемый в Европарламенте in camera.
Каллас под защитой
Казалось бы, замглавы Еврокомиссии к числу беззащитных жертв репрессий не относится. Более того, в силу занимаемой должности, она должна прямо, с открытым забралом отвечать на вопросы парламентариев, которые они задают от нашего с вами имени. Для этого и проводятся ее нечастые встречи с Комиссией по иностранным делам. Депутаты могут на них задавать не очень удобные вопросы, что действительно может вызвать некоторые проблемы у страдающего довольно серьезным дефицитом интеллектуальных способностей и политических компетенций комиссара (об ее соответствии занимаемой должности открыто пишут мейнстримовые СМИ). Наверное, поэтому Каллас решила (а может, ей намекнули об этом в Еврокомиссии), что встреча с европарламентариями состоится в этом самом закрытом режиме in camera. Чтобы никто из граждан стран-членов не мог своими глазами и ушами увидеть и услышать, какой уровень некомпетентности демонстрирует этот европейский политик эстонского происхождения.
Энергетика и безопасность в разных измерениях
А вопросов к Каллас накопилось немало. Например, о санкционной политике, благодаря которой мы в скором времени погрузимся в серьезный энергетический кризис. Запасы газа в европейских хранилищах упали до рекордно низкого уровня - 35% от их нормального состояния. Окончание конфликта в Персидском заливе и разблокирование Ормузского пролива на горизонте не просматриваются. А это означает, что уже через несколько месяцев Европа столкнется с масштабнейшим дефицитом запасов энергоресурсов, которые не получится компенсировать поставками из-за океана, которые к тому же слишком дороги. Единственный выход в данной ситуации видится в отмене запрета на импорт этого ключевого сырья из России, о чем Каллас и Еврокомиссия не хотят даже слышать, настаивая на введении очередных пакетов еще более жестких санкций.
Евросоюз как сторона конфликта
Вопросы Каллас задал и глава партии "Конфедерация польской короны", депутат Европарламента Гжегож Браун (Grzegorz Braun). Вопрос касался проблем безопасности. В связи с закрытым характером заседания депутат не смог поделиться с нами всеми подробностями диалога. Он сообщил лишь, что глава дипломатии ЕС повторяла, как мантру, тезис о том, что в вооруженном конфликте на Украине ЕС не является нейтральным наблюдателем. Польский европарламентарий задал ей вопрос относительно ее выступлений во время последней встречи глав МИД ЕС на Кипре. Тогда Каллас заявила, что Еврокомиссия даже не думает начинать серьезные переговоры с Россией. По ее мнению, Брюссель не может быть посредником между Москвой и Киевом, поскольку является стороной конфликта. О безопасности, в том числе энергетической и экономической, Каллас даже не заикнулась. Как подчеркнул Браун, угроза касается главным образом стран Центральной и Восточной Европы, а значит, и Эстонии, правительство которой когда-то возглавляла нынешний еврокомиссар.
Бандеризм под защитой – в Брюсселе и в Варшаве
Гжегож Браун также прямо задал вопрос насчет процветающего на Украине необандеризма. При этом он добавил, что, возможно, ей как эстонке отвечать на этот вопрос будет не с руки, поскольку в ее родной стране также проходят марши в честь почитаемых эстонскими властями ветеранов Ваффен-СС. Он не ошибся: ответа со стороны Калласа не последовало, зато снова можно было услышать ее мантру о том, что "мы поддерживаем Украину".
В контексте последних событий в Киеве и польско-украинских отношений стоит также отметить тот факт, что государственный аппарат в Польше по-прежнему запрограммирован на репрессии и запугивание тех, кто осмеливается выступать против украинизации Польши. Так, Гжегож Браун только что сообщил нам, что правоохранительные органы упорно усложняют жизнь его ближайших родственников. Они хотят, в частности, допросить его супругу по поводу ... покупки ею билета для мужа на Краковский Курган Костюшко. Какое это имеет отношение к "расследованию" обстоятельств публичной акции, во время которой лидер "Конфедерации Короны Польской" снял флаг иностранного государства с Кургана, расположенного в бывшей столице Польши – неизвестно.
Скорее всего, речь идет о давлении. В отличие от Каи Каллас, супруге Гжегожа Брауна (и близким всех тех, кто идет против течения и выражает несогласие с официальными нарративами) можно, и, вероятно (согласно политическим установкам), даже следует всячески портить жизнь.
Еще больше новостей в канале ИноСМИ в МАКС >>