Акт 3. Подготовка
Главный зал недавно открывшейся пиццерии «Freddy Fazbear’s Pizza» напоминал шумный, пестрый муравейник. Воздух был пропитан сладким ароматом свежей выпечки, расплавленного сыра и фруктовой газировки. Дети бегали между столиками, смеялись, играли в автоматы и с восторгом смотрели на сцену.
Там, в свете ярких разноцветных софитов, выступали звезды заведения. Огромный золотой медведь Фредбер динамично двигался с микрофоном в лапе, его голос разносился по всему залу мощными басами. Рядом с ним золотой кролик Спрингбонни энергично перебирал металлическими пальцами струны гитары. А чуть поодаль, словно паря над полом, плавно покачивалась в такт музыке высокая, тонкая Марионетка.
Всё это выглядело как идеальный детский праздник. Если бы не один человек, стоявший у стены.
Уильям Афтон в своей новенькой, с иголочки, фиолетовой форме охранника стоял неподвижно, скрестив руки на груди. Со стороны он казался просто строгим сотрудником, следящим за порядком. Но внутри него бушевал темный, ядовитый океан презрения.
Он ненавидел этот шум. Ненавидел этот счастливый смех. Но больше всего он ненавидел то, что прямо сейчас не мог поддаться своим желаниям.
«Как же здесь много людей... — с раздражением думал Уильям, медленно обводя зал своим тяжелым, гипнотизирующим взглядом. — И это только первый день после открытия. Как же сильно мне хочется кого-нибудь убить... прямо сейчас. Схватить, утащить в темноту... Но здесь слишком людно. Слишком много глаз. К тому же, мой костюм прямо сейчас на сцене. Я не могу его использовать. Если Спрингбонни пропадет во время выступления, они сразу заподозрят неладное. Думай, Уильям, думай... Как сделать это незаметно?»
Внезапно его взгляд зацепился за стеклянные входные двери. Там, по ту сторону теплого и светлого зала, на улице кружился густой, холодный снег.
Афтон прищурился. Прямо у стекла, прижавшись к нему раскрасневшимся от мороза носом, стоял одинокий маленький мальчик в потрепанной красной куртке. В его огромных глазах застыли такая глубокая грусть и щемящая зависть, что Уильям едва не рассмеялся от удовольствия. Ребенок безотрывно, как завороженный, смотрел на веселящихся внутри детей и на грациозные движения Марионетки.
«Опа... — губы Афтона дрогнули. — А это еще кто? Так-так-так... Кажется, идеальная жертва сама пришла ко мне в руки».
Тем же вечером, в другом конце города, старший брат Майк вальяжно раскинулся на большом кожаном диване в своей гостиной.
В комнате было темно, единственный источник света — яркий экран смартфона, отбрасывающий синеватые блики на самодовольное лицо подростка. Майк полистал контакты, усмехнулся своим мыслям и нажал кнопку вызова.
На другом конце провода, в светлой, уютной и теплой девичьей спальне, раздался звонок. Лиза — симпатичная блондинка в стильной черной кожаной куртке — сняла трубку. На ее лице заиграла приветливая улыбка.
— Привет, Лиза! — раздался из динамика бодрый голос Майка. — Привет, Майк! Как дела? — Да отлично, спасибо. Ты как сама? — Да нормально, дома сижу. Что-то случилось?
Майк поудобнее устроился на диване, его глаза загорелись недобрым, хулиганским азартом. — Да я как раз по делу звоню. Слушай, у моего мелкого братишки скоро день рождения. А тут как раз открылась эта новая пиццерия с аниматрониками, о которой все говорят. Так вот, я бы хотел устроить ему... праздник. Хочу, чтобы он запомнил свой день рождения на всю жизнь!
Лиза слегка прищурилась. Она слишком хорошо знала Майка и его специфическое чувство юмора. — Что ты придумал на этот раз? — с легким подозрением, но не без любопытства спросила она.
Майк активно зажестикулировал в темноте, словно Лиза могла его видеть. — Да ничего особенного, клянусь! Просто хочу немного подшутить над ним. Он же до жути боится этих роботов! Я еще пригласил пару наших парней. Пойдем с нами, а? Будет весело, обещаю!
Лиза обреченно вздохнула, поправила светлые волосы и покачала головой, не переставая улыбаться. — Ну ты и неисправим, Майк. Бедный твой брат. Ладно, хорошо. Я приду.
Майк довольно откинул голову на спинку дивана, чувствуя себя абсолютным победителем. — Супер! Я знал, что могу на тебя рассчитывать! Тогда ровно через неделю, встречаемся в пиццерии Фредди. — Договорились. До встречи!
Сбросив вызов, Лиза сунула телефон в карман и обернулась к приоткрытой двери своей комнаты. Ей нужно было отпроситься. Она сделала глубокий вдох, напуская на лицо самое милое и просящее выражение, на которое была способна.
— Пап! — громко позвала она. — Можешь подойти на минутку?
В коридоре послышались тяжелые шаги. В комнату вошел ее отец — высокий, статный мужчина с аккуратной ухоженной бородой. Он был одет по-домашнему: в ярко-синюю футболку-поло и светлые джинсы. При взгляде на дочь в его глазах всегда зажигалась теплая, любящая искра.
— Да, Лиззи, что такое? — мягко спросил он.
Лиза преданно посмотрела на него снизу вверх, слегка вскинув брови. — Пап... тут друзья меня пригласили на день рождения в эту новую пиццерию. Через неделю. Можно я пойду? Пожа-а-алуйста!
Отец на секунду задумался. Его улыбка стала еще теплее, он ласково посмотрел на дочь и кивнул. — Да, конечно, иди. Развейся с друзьями. Но... будь там осторожна, хорошо?
Лиза мгновенно расцвела. Ее глаза засияли от неподдельного счастья. Она подбежала и обняла отца. — Обещаю! Пап, ты лучше всех, я люблю тебя! — Я тоже люблю тебя, солнышко.
Отец похлопал ее по плечу, развернулся и неспешным шагом вышел из комнаты. Лиза с теплой улыбкой смотрела ему вслед, даже не подозревая, что это безобидное приглашение станет началом самого страшного кошмара в их жизни.
На улице перед пиццерией уже сгустились сумерки. Ветер усилился, швыряя в лицо колючий снег.
Маленький мальчик в красной куртке всё так же стоял у стекла. Он совсем замерз, сжался в комочек, пряча руки в карманы, но не мог заставить себя уйти. Там, внутри, было тепло. Там играла музыка и танцевала загадочная, прекрасная Марионетка.
Внезапно автоматические стеклянные двери пиццерии с тихим жужжанием разъехались в стороны. Из теплого, ярко освещенного здания прямо в холодную метель вышел Уильям Афтон.
Он двигался плавно, почти бесшумно, как хищник, подкрадывающийся к ничего не подозревающей добыче. Оказавшись за спиной ребенка, Уильям в мгновение ока стер со своего лица мрачность. Натянув фальшивую, приторно-сладкую, дружелюбную маску, он мягко положил руку на плечо мальчика.
Ребенок испуганно вздрогнул и резко обернулся. Но, увидев красивую, солидную форму со значком охранника и добрую улыбку дяди, заметно расслабился.
— Эй, малыш, — бархатным, заботливым голосом произнес Уильям. — Ты что тут стоишь на таком холоде? Почему не заходишь внутрь к остальным детям?
Мальчик понуро опустил голову. Его плечи поникли, а голос дрожал — то ли от холода, то ли от подступающих слез. — Мне... мне не разрешают родители. И у меня нет денежек на вход. А мне так нравится Марионетка... Я так сильно хочу посмотреть на нее поближе, но не могу.
В глазах Афтона на долю секунды вспыхнул безумный, дьявольский огонек. Сердце забилось быстрее от предвкушения скорой расправы. Он присел на корточки, чтобы оказаться с мальчиком на одном уровне, и сделал мягкий, приглашающий жест рукой в сторону темного переулка за углом здания.
— Ну... считай, что сегодня твой счастливый день, — заговорщицки прошептал Уильям, подмигнув. — Я ведь здесь работаю. Я могу показать тебе ее. Пойдем, я проведу тебя внутрь через запасной вход. Бесплатно.
Мальчик резко вскинул голову. На его бледном, замерзшем лице расплылась абсолютно чистая, искренняя улыбка бесконечной детской благодарности и восторга. — Правда?! Спасибо вам!
Уильям выпрямился, развернулся и не спеша зашагал в глухой, неосвещенный переулок, где не было ни камер, ни случайных прохожих. Маленький мальчик в красной куртке, ни о чем не подозревая, доверчиво зашагал следом за добрым охранником.
Метель заметала их следы на свежем снегу, пока две фигуры окончательно не растворились в черном, ледяном ночном мраке.
