– Опять пельмени? Вера, ты совсем разленилась! Уже третий раз за неделю ты на ужин готовишь пельмени! А сегодня только пятница, то ли еще будет! Надоело, честное слово! Придешь домой, а тут ты с недовольным лицом и эти твои пельмени! – Максим брезгливо ковырял вилкой разварившийся кусок теста.
Вера стояла у раковины, спиной к нему, и молчала. Ей хотелось закричать, заорать во весь голос, высказать все, что накипело в душе за последние пять лет. Она смертельно устала. Двое детей, которые постоянно болели, выжали из нее все соки. Из-за этих бесконечных простуд пятилетнюю Варю так и не получилось устроить в детский сад. Дочка ходила туда два дня, а потом на две недели оставалась дома с высокой температурой. В какой-то момент Вера просто сдалась и решила, что девочке проще быть дома. Но ведь был еще и второй ребенок – Коле исполнилось всего два года, и он требовал ежеминутного внимания, контроля и сил.
Порой Вере казалось, что у нее не два ребенка, а три. И третьим, самым капризным и неблагодарным, был ее собственный муж. Максим обожал быть бытовым инвалидом. За все годы брака он ни разу самостоятельно не протер пыль, не выбросил мусор, не додумался загрузить и развесить стирку, помыть за собой посуду или приготовить хотя бы яичницу. Зато требовал идеального порядка и смены блюд от жены, у которой к вечеру не оставалось сил даже на то, чтобы просто доползти до кровати...
Вера повернулась и молча посмотрела на мужа.
Максим заметил ее взгляд и ухмыльнулся, откидываясь на спинку стула:
– Ну что ты так на меня смотришь? Я же не прошу у тебя чего-то сверхъестественного! Другие женщины и с тремя детьми справляются, и с четырьмя! Ты же целый день сидишь дома, разве не можешь приготовить что-то нормальное? А не вот эти полуфабрикаты копеечные варить? Ну можно же плов, например, сварганить или котлет нажарить.. Неужели это так сложно?
Вера вспыхнула. Внутри все заклокотало, и она, шагнув к столу, зашипела мужу прямо в лицо:
– Другим женам помогают родители и мужья! А я одна! Я одна сутками смотрю за домом, лечу и воспитываю детей, да еще и за тобой, здоровым мужиком, сопли подтираю! Ты даже тарелку за собой до раковины донести не можешь! Не обнаглел ли ты часом, Максим?
Муж с грохотом отбросил вилку на стол и зло уставился на Веру. Его лицо перекосило от возмущения.
– А ничего, что я один в этом доме работаю и в семью деньги приношу? – рявкнул он. – Тебя это, я смотрю, полностью устраивает? Одета, обута, дети сыты. Может, ты сама на работу выйдешь? Вот когда снова зарабатывать начнешь, тогда и будешь мне тут претензии предъявлять. А пока сидишь на моей шее – делай, что говорят, да помалкивай!
Максим резко поднялся, схватил куртку и вылетел из квартиры, с силой захлопнув за собой входную дверь.
Вера осталась стоять посреди кухни. Силы разом покинули ее. Она опустилась на стул перед недоеденной тарелкой мужа и просто заплакала. Слезы текли по щекам, на душе скребли кошки. Самое ужасное заключалось в том, что в глубине души Вера понимала: в чем-то этот эгоист прав. Ей сейчас элементарно некуда идти.
Ее родители, Петр Николаевич и Анна Владимировна, жили за сотни километров, в небольшом провинциальном городке. Сама она прочно завязла в декрете, никаких личных накоплений или финансовой подушки безопасности у нее не было. Ей приходилось молча терпеть это хамское отношение мужа, потому что она зависела от него до последней копейки.
От печальных мыслей ее отвлек дергающая за край футболки детская рука. Варя.
– Мам, ну мы пойдем гулять? Ты же обещала, – тихо попросила дочка.
Вера быстро вытерла слезы рукавом и вымученно кивнула:
– Да, заинька, пойдем. Соберем Колю и пойдем.
Около часа Вера провела на детской площадке, механически качая коляску со спящим младшим и поглядывая на Варю, прыгающую в песочнице. Потом они решили пройтись по району, дойти до дальнего сквера.
Именно там, у фонтана, Вера и увидела мужа. Максим, который якобы должен был в это время вкалывать на работе ради семьи, стоял у раскидистой липы. И он был не один. В его объятиях крутилась ухоженная, модно одетая блондинка. Максим что-то шептал ей на ухо, а потом поцеловал в губы – страстно и открыто, не стесняясь прохожих.
Вера замерла. Внутри нее словно что-то окончательно оборвалось и разбилось. Она не стала устраивать сцен, не побежала кричать и таскать девицу за волосы. Медленно, с поразительным для самой себя хладнокровием, Вера достала из кармана телефон, сделала несколько четких фотографий целующейся парочки и спокойно развернулась в сторону автобусной остановки.
– Варя, мы едем в гости, – коротко скомандовала она дочери.
Через сорок минут Вера уже стояла на пороге квартиры своей давней подруги Оксаны. Та открыла дверь и по одному только лицу Веры сразу поняла: случилось что-то страшное.
– Заходи, быстро, – скомандовала Оксана, забирая у нее детей. – Варя, веди Колю в гостиную. Посмотрите мультики.
Когда дети ушли, подруги закрылись на кухне. Оксана налила чай, но Вера даже не прикоснулась к чашке. Она молча разблокировала экран телефона и пододвинула его к подруге. На дисплее светился снимок Максима с блондинкой.
Оксана впилась глазами в экран и тут же вспыхнула:
– Вот же мерзавец! Какой недостойный человек! Как так можно было поступить с матерью своих детей? Ты к нему со всей душой, а он, гад такой, хвост распустил! Да у меня слов нет, какой же он подлец!
Вера слушала причитания подруги со странным, ледяным спокойствием. Она посмотрела Оксане прямо в глаза и твердо произнесла:
– Я решила развестись. Больше никаких «но». Я долго терпела унижения, упреки, его вечное недовольство, но этого я не прощу. Если я спущу ему это с рук, то окончательно перестану уважать себя. Понимаешь?
Оксана резко замолчала, переваривая услышанное, а потом уверенно кивнула и накрыла ладонь Веры своей рукой:
– И правильно. Даже не переживай. Первое время можете пожить у меня, пока ты на ноги встанешь. Мы вместе со всем справимся, слышишь? Ты не одна.
Вера не выдержала и крепко обняла подругу. Ей было так больно и плохо, но Оксана была рядом. И это придавало Вере сил...
Домой Вера вернулась к вечеру..
Муж – еще позже. Едва за Максимом закрылась дверь, из коридора раздался его недовольный крик:
– А что это меня опять никто не встречает? Где все? Ау!
Вера не ответила. Она стояла на кухне и методично вытирала полотенцем чистую посуду. Максим прошел вглубь квартиры, заглянул к ней и снисходительно хмыкнул:
– Что, обиделась, что ли? Из-за нашего утреннего разговора? Так я тебе правду сказал. А на правду, как известно, не обижаются.
Вера медленно отложила тарелку, повернулась к нему и спокойно произнесла:
– Я знаю про твою девушку.
Максим на мгновение сдулся. С его лица слетела спесь, он замер, растерянно моргая. Но замешательство длилось всего секунду. Наглый, самоуверенный оскал вернулся на его лицо.
– Да, у меня есть девушка, – вызывающе ответил он. – И что тут такого? А? Тебе какое вообще дело?
Вера несколько раз моргнула. Наглость мужа пробила новое дно.
А Максим продолжил еще развязнее:
– Ты себя в зеркале-то видела вообще в последнее время? После родов растолстела, ходишь в каких-то застиранных трениках, за собой вообще не следишь! Вечно с кислой миной. Ты реально думаешь, что можешь в таком виде нравиться мужчине? А мне хочется быть рядом с красивыми, ухоженными девушками, которые улыбаются, а не ноют. Вот я и нашел Алину. Имею право.
– Я мать твоих детей! – вскрикнула Вера. – Я одна весь дом на себе тяну! Тебе это вообще ни о чем не говорит? Ты не понимаешь, что я физически не могу быть идеальной с укладкой, когда у меня времени выдохнуть нет? Я с твоими детьми круглосуточно!
Максим пренебрежительно отмахнулся, криво усмехнувшись:
– Мне плевать, Вера. Твои проблемы. Надо было уметь совмещать.
И в этот момент Вера окончательно поняла: ему действительно плевать. Ему безразлична ее усталость, ее чувства, ее разбитая жизнь. Исправить в этих отношениях уже ничего нельзя, там просто нечего спасать. Человек сгнил изнутри.
– Я подаю на развод, – отрезала она.
Максим громко захохотал, запрокинув голову.
– Подавай! – сквозь смех крикнул он. – Вот только кому ты нужна будешь с двумя детьми? Ты же сдашься через неделю, приползешь обратно ноги мне целовать!
– Себе! – во весь голос заорала Вера. – Я нужна буду себе!
Она развернулась, прошла в спальню и достала из шкафа два больших чемодана. Вера собирала вещи быстро, швыряя в сумки детскую одежду, документы и свои скромные пожитки. Максим крутился рядом, что-то язвительно комментировал, но она его больше не слушала. В тот же день Вера с детьми покинула квартиру...
...Первые недели у Оксаны были непростыми, но подруга сдержала слово – во всем помогала и поддерживала. Настоящим спасением стало то, что Оксана, работавшая в крупной фирме, помогла Вере найти удаленную работу по ее прежней специальности. Вера засиживалась за ноутбуком по ночам, пока дети спали, но это были приятные хлопоты. Уже через месяц, получив первую хорошую зарплату и добавив немного денег, которые выслали встревоженные Петр Николаевич и Анна Владимировна, Вера смогла снять уютную двухкомнатную квартиру.
Суд прошел быстро. Их развели, несмотря на вялые протесты Максима, который вдруг осознал, что бесплатная кухарка и нянька ушла насовсем. Вере назначили хорошие алименты.
Жизнь постепенно налаживалась. Гуляя вечером с Варей и Колей во дворе их нового дома, Вера поймала себя на мысли, что на ее лице играет искренняя улыбка. Без постоянных упреков, без чужого эгоизма и ядовитых уколов бывшего мужа ей жилось удивительно спокойно, легко и свободно. Она справилась...
Дорогие мои! Кто хочет читать мои рассказы днем раньше, чем в Дзен, подписывайтесь на мой канал в Максе. Все открывается без проблем и ВПН. И кто, не смотря ни на что, любит ТГ - мой канал в Телеграмм