Доброй ночи!
Москва, 11 февраля 1993 года. МКАД тех лет водители со стажем между собой крестили «дорогой смерти» — ни разделительных барьеров, ни освещения, вечная каша из грязи и льда. Примерно в полдень старенький «Москвич-412» на скорости около 70 километров в час внезапно теряет управление, боком вылетает на встречную полосу и попадает прямиком под гружёный самосвал ГАЗ-53. Основной, сокрушительный удар грузовика приходится на пассажирскую сторону. За рулем легковушки находился 24-летний Эдуард Зеновка — звездный пятиборец, едва вернувшийся с медалями из Австралии. На соседнем сиденье — его невеста, абсолютная чемпионка мира по художественной гимнастике, 20-летняя Оксана Костина. Спустя четыре часа, несмотря на отчаянные усилия реаниматологов Боткинской больницы, сердце хрупкой сибирячки остановилось навсегда.
Оксана Костина родилась в Иркутске в 1972 году в самой обычной семье: мама — медсестра, отец — инженер-конструктор. Ни о каком мировом золоте родители и не думали. Девочка росла болезненной, слабой, и секция художественной гимнастики в семилетнем возрасте рассматривалась исключительно как способ укрепить пошатнувшийся иммунитет. Никто не ожидал, что худенький ребенок с огромными умными глазами окажется уникальным самородком. В 11 лет её заметила молодая, ещё не ставшая легендой, тренер Ольга Буянова.
«Она двигалась с какой-то удивительной, совершенно не свойственной маленьким детям культурой. Она ещё не умела делать мостик, но было очевидно: девочка уникальна», — вспоминала позже Буянова.
Их тандем стал феноменом. Костина не обладала сверхъестественной природной гибкостью, её суставы гнулись с трудом, а каждый сложный элемент приходилось буквально выгрызать на тренировках. Зато у неё был железный характер. В то время как другие гимнастки капризничали и плакали, Оксана молча делала от 24 до 48 полных, чистых прогонов программы в день. В её личных дневниках, которые позже изучат биографы, не нашлось ни единого слова жалости к себе, обвинений в адрес судей или жесткого тренера. Если что-то не получалось — 12-летняя девочка искала причину только в себе.
В 1989 году Костина триумфально врывается в сборную СССР, взяв золото на чемпионате мира в Сараево. Она ломает привычные стереотипы: её гимнастика была не просто набором трюков, это был интеллектуальный театр на ковре под музыку иркутского «Театра пилигримов». Зал взрывался овациями, но за кулисами Оксану ждала совсем другая, непарадная сторона большого спорта.
К 1992 году Оксана Костина подошла в статусе безоговорочного лидера. Она блестяще выиграла отборочные турниры, взяла четыре высших балла «десятки» на чемпионате Европы в Штутгарте. Дорога на Олимпийские игры в Барселону была открыта. Но именно в этот момент на геополитической карте мира затрещал и развалился Советский Союз. На смену единой спортивной машине пришла хаотичная сборная СНГ.
В кулуарах спортивных чиновников началась жестокая борьба за квоты. Мест на Олимпиаду было всего два. Согласно спортивному принципу, Костина обязана была лететь в Испанию. Однако включились политические рычаги: спортивное руководство новообразованной Украины сделало всё, чтобы пролоббировать своих гимнасток — Александру Тимошенко и Оксану Скалдину. Костину, представлявшую Россию, просто вычеркнули из финальных списков.
Тренер Ольга Буянова пошла на войну с системой. Она писала открытые письма, дошла до Президента России Бориса Ельцина, задействовала главу Национального фонда спорта Шамиля Тарпищева. Ситуация дошла до абсурда: президент МОК Хуан Антонио Самаранч лично выделил для Костиной место в Олимпийской деревне, надеясь, что чиновники СНГ одумаются. Оксана прилетела в Барселону, тренировалась на одном ковре с английской сборной (своим залом ей пользоваться запрещали), но функционеры остались непреклонны. К ковру её так и не допустили.
Для 19-летней спортсменки это был страшный удар. Преданная чиновниками, Оксана хотела немедленно бросить спорт. Мир, ради которого она терпела адские боли и колоссальные нагрузки, оказался циничным рынком. Но именно в Барселоне, будучи лишь зрителем на трибуне, Костина встретила Эдуарда Зеновку. Эта встреча перевернула её жизнь — вспыхнул бурный, красивый роман.
Оксана планировала объявить о завершении карьеры сразу после возвращения в Россию. Но тут вмешался юридический капкан: международные заявки на грядущий чемпионат мира в Брюсселе были именными, замена спортсменки грозила российской федерации огромным штрафом и дисквалификацией. Оксану уговорили выступить в последний раз — уйти красиво, доказав всем свою силу.
В Бельгию в октябре 1992 года Костина приехала с тяжелейшей травмой — растяжением ахиллова сухожилия. Каждый шаг приносил нестерпимую боль. Несмотря на это, она выходит на ковер и забирает три золотые медали подряд. А в разгар финалов... бесследно исчезает.
Перепуганная Ольга Буянова обыскала весь спортивный комплекс и нашла Оксану в пустой раздевалке. Измотанная гимнастка спала на скамейке, укрывшись курткой. Проснувшись, она твердо сказала тренеру: «С меня хватит. Я всё всем доказала. Выступать больше не буду». Буяновой пришлось пойти на тактическую хитрость: она соврала, что за досрочный отказ от соревнований организаторы аннулируют уже выигранные медали. Костина молча встала, затейпировала больную ногу и снова вышла на помост.
То, что произошло дальше, вошло в историю мировой гимнастики. Оксана Костина выиграла пять золотых медалей из пяти возможных, став абсолютной чемпионкой мира. Зал ревел и плакал от восторга. Её рекорд — абсолютный триумф во всех дисциплинах — не мог побить никто на протяжении последующих 17 лет.
В начале 1993 года Оксана была на седьмом небе от счастья. Спортивное руководство, заглаживая вину за Олимпиаду, выделило ей квартиру в подмосковном Новогорске. Девушка уже вовсю планировала свадьбу с Эдуардом Зеновкой, подбирала шторы для будущей семейной жизни и ждала возвращения жениха со сборов.
11 февраля Оксана поехала в аэропорт Шереметьево встречать Эдуарда. Из Иркутска Буянова передала самолетом пакет документов — Оксану ждали престижные показательные выступления во Франции, вылет был назначен на 13 февраля. Бумаги нужно было срочно забрать и перевезти в Домодедово. Эдуард, уставший после многочасового перелета из Австралии, вызвался сам сесть за руль отцовского «Москвича».
Они долго не виделись, в салоне авто велись оживленные разговоры, строились планы на свадьбу. На обледеневшем, разбитом участке МКАД Зеновка буквально на секунду отвлекся от дороги. Машину мгновенно занесло на колее и выбросило на встречную полосу — прямо под колеса тяжелого грузовика.
Когда Ольге Буяновой в Иркутск дозвонились из дежурной части столичной милиции, она до последнего отказывалась верить в происходящее, требуя к телефону руководство больницы и уверяя, что произошла ошибка.
«Ольга Владимировна, ошибки нет, — тихо ответил главврач. — Эту девочку невозможно перепутать ни с кем. Красавица, огромные голубые глаза. Это ваша чемпионка...»
Хоронить Оксану Костину вышел весь Иркутск. Чтобы сдержать многотысячную толпу потрясенных горем людей, местным спортсменам — хоккеистам и борцам — пришлось выстроиться в плотное живое кольцо вокруг гроба. По решению матери и близких, Оксану положили в могилу в том самом пышном свадебном платье, которое она так бережно выбирала для ЗАГСа. Ей навсегда осталось двадцать лет.