Принесли вам в клювике одну леденящую душу байку из мира классики — «проклятие Девятой симфонии».
Всё началось с Бетховена. Он выдал гениальную Девятую и ушёл в лучший из миров, так и не добравшись до Десятой. Ну, бывает, решили коллеги — возраст, здоровье, работа нервная.
Но когда Шуберт написал свою Девятую и тут же отправился вслед за Бетховеном, а Брукнер скончался прямо над партитурой Девятой, в музыкальных кругах стало как-то неуютно. За 80 лет после Бетховена никто не смог выпустить Девятую симфонию, не умерев вскоре после этого. Композиторы стали подозрительно нервничать при упоминании цифры 9.
Обхитрить систему решил Густав Малер. Свою девятую по счёту симфонию он коварно назвал «Песнь о земле». Фокус удался, и Малер остался жив. Выдохнул, расслабился, написал официальную Девятую симфонию и… тут же умер. Проклятие такой хитрый ход не оценило.
Легенду разрушил Шостакович — он бесстрашно написал Девятую и остался жив! Правда, Сталину симфония не понравилась, так что Шостаковичу всё равно прилетело за неё (но хотя бы только от партии).
Дмитрий Дмитриевич в итоге догнал счёт до пятнадцати симфоний и этим очень порадовал коллег по цеху. С тех пор писать Девятые симфонии вроде бы безопасно, но мы вас предупредили, если что 😎
Подпишитесь на наш канал и получайте больше историй!
