После исчезновения семьи Усольцевых компания Сергея вдруг начала показывать рост, а телефон владельца оказался на другом человеке — кто за всем этим стоит?
В таёжном Кутурчине до сих пор ищут семью Усольцевых — осенью прошлого года они исчезли. Территорию закрыли от журналистов и зевак: стоят блокпосты. Сейчас там работают около 80 профессионалов, в том числе федеральные спасатели. Официальная версия — несчастный случай. Но местные жители и знакомые бизнесмена (а также негласно некоторые следователи) предполагают худшее — убийство.
Кто-то получил номер
Номер телефона Сергея Усольцева все ещё активен, что вызывает подозрения. Журналисты при попытке перевода денег на этот номер (для проверки) выяснили: в данных абонента указан не Сергей, а некий Шерзод Олимович Э. Но трубку он не берёт. При этом номер всё ещё фигурирует в регистрационных данных бизнеса и привязан к системе госзакупок — откуда и идут важные уведомления.
Почему это опасно
Согласно комментарию налогового юриста Елены Бахаревой для АиФ, телефон сам по себе не обязателен в выписке из ЕГРЮЛ, но он критичен в других системах: ЕИС для тендеров, личный кабинет налогоплательщика, банки.
В госзакупках телефон — часть двухфакторной аутентификации: на него приходят СМС‑коды для подписания контрактов. Если номер чужой, то кто‑то может получать коды и управлять сделками. Это дыра в безопасности бизнеса.
Юридическая блокировка и странные цифры
Официально по выписке из ЕГРЮЛ на июнь 2026 года Сергей всё ещё директор и владелец 50% компании, ещё 50% — у двух партнёров. Для смены руководства нужен кворум, а он невозможен без участия пропавшего. Формально компания должна быть заблокирована до решения суда о том, что Усольцев погиб. Но официально он таким не признан. И в отчётности фирмы — другие факты: по данным ФНС, активы выросли, налоги заплачены, есть дебиторка. Подписант — не сам Усольцев, а "уполномоченный представитель по доверенности".
Откуда у него подпись?
Для юристов это тревожный знак: где этот представитель взял УКЭП — ключ электронной подписи? УКЭП выдаётся лично в ФНС, и если кто‑то им пользуется, значит он физически подписывает документы от имени фирмы. Варианты у эксперта такие: цифровое рейдерство с выводом активов через чужую подпись, инсценировка ухода владельца от долгов или попытка партнёров "спасти" бизнес сомнительными методами. Интересно и то, что до 2025 года фирма падала, а после исчезновения владельца резко выросла.
Кто такой Шерзод и куда ведут следы
Как мы уже написали, номер оказался оформлен на Шерзода. Найти с ним связь трудно — телефон часто отключён. А когда включен — никто не отвечает.
Возможно, он просто подставное лицо, взявшее номер не для разговоров, а чтобы контролировать доступ. На него продолжают приходить уведомления о госзакупках — кто их читает и куда уходит информация, непонятно.
Имя Шерзод встречается в Узбекистане. А у Усольцева раньше как раз-таки были дела по грузоперевозкам в эту страну, а перед исчезновением супруга упоминала поездку в Ташкент.
Комментарий СК
Дело сочетает криминальную интригу и цифровые риски: пока формально директор числится на месте, реальное управление может быть в руках тех, кто контролирует телефоны и электронные подписи.
Однако, на вопрос журналистов краевой СК поспешил опровергнуть информацию о подозрительной активности и необычных операциях в бухгалтерии фирмы Усольцева.