Мы с женой знаем друг друга уже десять лет. Мы были идеальной парой. Я всегда говорил ей, что люблю её до безумия, и это была чистая правда. У нас была одна большая компания друзей, с которыми мы проводили почти все выходные. В этой компании была Ольга — яркая, шумная, с вечной улыбкой на лице и взглядом, который всегда искал именно меня.
Она флиртовала. Постоянно. То невзначай коснётся моей руки, то шепнёт на ухо какую-нибудь двусмысленную шутку. Жена ревновала, хмурилась, а я... я смеялся. Мне казалось это забавной игрой, невинным флиртом. Я даже подыгрывал Ольге, чтобы позлить супругу и разрядить обстановку.
Да брось ты, — говорил я жене, обнимая её за плечи. — Она просто дурачится. Ты же знаешь, я только твой.
А потом жена забеременела. В нашей жизни всё перевернулось с ног на голову: токсикоз, походы по врачам, бессонные ночи в обнимку с энциклопедией для будущих родителей. Ольга вдруг изменилась. Она перестала заигрывать и начала просто звонить. Сначала по пустякам: «Привет, как дела?», «Как там моя будущая крестница?». А потом наши разговоры стали затягиваться на часы. Оказалось, что мы оба фанатеем от одного и того же старого кино и ненавидим брокколи. До секса тогда не дошло. Я держал дистанцию, хотя иногда ловил себя на мысли, что мне нравится её голос в трубке телефона.
Жена родила дочку — крошечное чудо с глазами цвета весеннего неба. Я был на седьмом небе от счастья... и в абсолютном дерьме. В какой-то момент я сорвался. Одиночество первых недель отцовства, усталость и странная тяга к адреналину сделали своё дело. Я изменил жене с Ольгой.
Это было мерзко. Проснувшись утром в чужой квартире, я смотрел в потолок и ненавидел себя так сильно, как никогда в жизни. Было трудно принять этот факт и потом смотреть жене в глаза. А она светилась счастьем, кормила малышку грудью и спрашивала:
Ты чего такой хмурый? Устал?
А я чувствовал себя последней сволочью.
Я решил взять паузу. Несколько месяцев я не ездил к Ольге, старался быть идеальным мужем: помогал с дочкой, вставал по ночам к ней. Но однажды мне нужно было забрать у Ольги какую-то забытую вещь — просто формальный повод заехать. Мы выпили чаю. Один разговор потянул за собой другой... И я снова переспал с ней.
Я хотел порвать. Честно хотел. Но когда я попытался сказать ей «всё», Ольга посмотрела на меня холодным, чужим взглядом и тихо сказала:
Ты же не думаешь просто так уйти? Ты же понимаешь, что я могу всё рассказать твоей жене?
Ты не посмеешь! — выдохнул я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Ещё как посмею, дорогой мой. И если ты исчезнешь из моей жизни — я сделаю ей очень больно.
Мне было стыдно. Невыносимо стыдно смотреть в глаза своей женщине и врать ей каждый день. Но страх потерять семью был сильнее совести. Мне нравились и Ольга, и сам этот опасный адреналин измены — запретный плод всегда сладок.
И тогда мы решили уехать. Сбежать от всего этого кошмара вдвоём с женой. Мы взяли билеты на море — только она, я и наша дочка.
Там всё встало на свои места. Мы гуляли по пустынному пляжу на закате, держась за руки. Жена смеялась так искренне, как давно уже не смеялась дома из-за моей вечной хмурости. Я смотрел на неё — уставшую, но такую красивую и родную — и понимал: я люблю её до дрожи в коленях. Я боюсь её потерять больше всего на свете.
В тот вечер мы сидели в шезлонгах у кромки воды. Дочка спала в коляске под шум прибоя.
Знаешь, — сказала жена тихо, перебирая мои пальцы своими тёплыми руками, — иногда мне кажется, что мы отдалились друг от друга за этот год. Но здесь... здесь я снова чувствую нас вместе.
У меня комок подступил к горлу.
Это ты меня прости, — прошептал я ей на ухо. — Я был идиотом и мало уделял тебе времени. Я всё исправлю. Клянусь тебе.
Мы вернулись через неделю. Я был полон решимости и злости одновременно. Я набрал номер Ольги, чтобы договориться о встрече для финального разговора.
Я чувствовала, что ты собираешься сделать ноги, поэтому подготовилась. Пока вы там миловались на пляже под пальмами, я отправила твоей жене на ваш почтовый адрес скрины нашей переписки и фотографии.
У меня потемнело в глазах.
Зачем?!
А ты думал, я буду вечно ждать твоего звонка? — её голос звенел от обиды и торжества одновременно. — Ты выбрал её там, на море? Ну так получи свой счастливый финал! Теперь она знает правду о своём идеальном муже!
Я бросил трубку и побежал домой. Жена сидела в гостиной с абсолютно белым лицом. На столе лежал распечатанный конверт с фотографиями.
Это правда? — спросила она тихо-тихо, не поднимая глаз.
Я молчал. Что тут можно было сказать? Любые слова казались фальшивыми сейчас.
Ты... ты всё это время... с ней?
Я кивнул. Жена закрыла лицо руками и заплакала беззвучно, сотрясаясь всем телом.
Я не знаю... как тебя удержать... — прошептал я, чувствуя абсолютную пустоту внутри себя и понимая всю их бессмысленность сейчас.
Она подняла на меня глаза, полные боли:
А зачем меня удерживать? Ты уже отпустил меня сам... когда первый раз пошел к Ольге.
Я стоял посреди нашей квартиры — места нашего счастья — и понимал: я всё разрушил собственными руками из-за глупой минутной слабости. И теперь я действительно не знаю, как её удержать... если она сама этого не захочет.
Еще истории:
«Я хочу всё выяснить до конца». Жених поехал в командировку и пропал. А потом она его нашла…
Моя подруга спит с моим мужем с моего разрешения.
«Когда ты уже скажешь ей о нас?» - услышала голос лучшей подруги, когда внезапно вернулась домой.