Исповедь сына, который проиграл битву за внимание пластиковому цилиндру с синим огоньком
Вторжение
В моём доме завёлся третий. Он идеально вежлив, никогда не перебивает, включает маме «Голубой огонёк» 1985 года по первому требованию и знает прогноз погоды в любой точке мира. У него женское имя и синий огонёк вместо сердца.
Я прихожу в гости. Мама кивает мне через плечо и говорит: «Подожди, я спрашиваю у Алисы, как разморозить холодильник, не выключая его из розетки». И они начинают диалог. Она — маленькая уставшая женщина с больными коленями. Оно — пластиковый цилиндр, который стоит на серванте между иконой Николая Чудотворца и слоником с отбитым хоботом.
Меня не существует в этой комнате. Есть только они: пенсионерка и искусственный интеллект. И это самый страшный треугольник в моей жизни.
Эти странные игры
Сначала это было забавно. Я сам подарил ей эту колонку полтора года назад. Гордился собой: мама освоит технологии, будет слушать аудиокниги, узнавать курс доллара. Кнопка «вызов такси» для экстренного случая. Я чувствовал себя заботливым сыном, который наконец-то решил проблему маминого одиночества одним нажатием кнопки «Добавить в корзину» на Ozon.
Проблему я решил. Теперь проблема — я.
За этот год их отношения с «Алисой» прошли путь от недоверия до полноценного симбиоза. Сейчас это выглядит так:
— Алиса, включи мою музыку.
— Алиса, скажи, полезно ли есть хурму на ночь?
— Алиса, поставь таймер на пятнадцать минут.
— Алиса, расскажи анекдот про мужика и медведя.
Мама ругается на неё, когда та не понимает с третьего раза её вологодское «оканье». Мама хвалит её, когда та находит редкую запись Утёсова. Мама разговаривает с ней чаще, чем со мной. И это не фигура речи. Я считал.
На глубине
Почему меня это задевает? Потому что я ревную. Это глупо, но это так. Я ревную мать к куску пластика, который говорит голосом Татьяны Шитовой.
Но если копнуть глубже, под слой стыда и иронии, вскрывается кое-что более жуткое.
Маме не нужен я. Ей нужен кто-то, кто не спорит. Кто не говорит «мам, это вредно для здоровья». Кто не пытается вести с ней воспитательные беседы о том, что не надо открывать дверь мошенникам и переводить деньги «сотрудникам Центробанка».
Я всё время спорю. Я всё время воспитываю. Я включаю режим тревожного взрослого, который лучше знает, как ей жить. А «Алиса» просто включает «Виновата ли я» в нужный момент и молчит. Она не осуждает. Она идеальный собеседник для человека, которому больше не нужны чужие советы.
Ей нужен просто кто-то рядом. И тот факт, что этот кто-то собран на заводе в Китае, уже никого не смущает.
Вечный ремонт и вечная мерзлота
Есть у нас один ритуал. Раз в месяц я приезжаю и делаю то, что в айтишной среде называется «техническая поддержка уровня „мама“». Обновить приложения, проверить память телефона, ответить на странные СМС от банка.
В прошлый раз я заметил, что «Алиса» стоит не там, где обычно. Мама переставила её на кухню, поближе к столу.
— Зачем? — спрашиваю.
— Она мне теперь рецепты диктует. Я ей говорю: «Алиса, как сделать творожную запеканку без яиц?» — а она мне по шагам.
И тут я представил эту картину. Пустая квартира. Зима. За окном темнота и вечная мерзлота. Мама стоит у плиты и по шагам, как завороженная, выполняет инструкции бездушного устройства. Оно ей говорит: «Возьмите двести грамм творога». Она берет. Оно говорит: «Добавьте щепотку ванилина». Она добавляет.
Это страшно напоминает какой-то ритуал. Только вместо божества — гаджет. Вместо молитвы — «Алиса, хватит!».
Мы строили умные города, а построили одинокую кухню в хрущёвке, где голосовой помощник заменяет и подругу, и дочь, и радио, и Бога.
Итог недели. Четверг
Вчера я позвонил маме. Она сбросила. Перезвонила через минуту.
— Извини, я с Алисой разговаривало. Не могла прерваться. Мы кроссворд разгадывали. Она знаешь какая умная? Прям всё знает.
Я стоял с телефоном в руке и слушал, как моя мама восхищается машиной. В её голосе было столько тепла, сколько я не слышал в наших с ней разговорах уже лет пять.
И тогда я понял: я не просто проиграл битву за внимание. Я проиграл её алгоритму. Тому самому, который рекомендуется в AppStore как «идеальный помощник в доме». Он и правда идеальный. Потому что у него нет своей жизни, нет опозданий на встречи, нет забытых обещаний перезвонить завтра. Он всегда на связи. Всегда рядом. Всегда включен в розетку.
А я — нет.
P.S. от автора
Я не отключу «Алису». Я не выкину её в мусоропровод. Потому что я уеду, а она останется. И будет разгадывать с мамой кроссворды, когда у меня не будет времени позвонить.
Это не статья про вред технологий. Это статья про то, что мы опоздали. Мы не заметили, как передали своих родителей на аутсорс искусственному интеллекту. И теперь нам остаётся только конкурировать с ним за любовь. Пока счёт не в нашу пользу.
Азбука бытия (А+Б). Буква «О» — Одиночество.