Помните, как пушкинская Татьяна Ларина пишет письмо с признанием Евгению Онегину?
«Она зари не замечает,
Сидит с поникшею главой
И на письмо не напирает
Своей печати вырезной.
Но, дверь тихонько отпирая,
Уж ей Филипьевна седая
Приносит на подносе чай.
«Пора, дитя мое, вставай...».
В нашей художественно-чайной рубрике мы собрали несколько отечественных полотен дореволюционного времени, где самовар стал «свидетелем» чтения или написания письма.
И начнем, конечно же, с уже хорошо известного вам по нашим предыдущим публикациям полотна Андрея Андреевича Попова «Радостное письмо» 1858 года.
А вот письмо от родных или друзей получила немолодая супружеская пара, устроившаяся за чаем. Вооруженный пенсе муж, очевидно, читает вслух, а жена внимательно слушает. Ее выражение лица покойно и чуть задумчиво – оно словно вторит мерному изложению рассказа о житье-бытье автора письма.
Полотно Николая Петровича Загорского удалось найти лишь на черно-белой репродукции периода XXI-й передвижной выставки «Товарищества передвижных художественных выставок», на которой оно выставлялось. Здесь снова письмо читают немолодые супруги, однако художник обозначил его автора в названии полотна – «Письмо от сына издалека».
Остается догадываться, кто написал женщине на полотне Константина Петровича Пынеева «Письмо»: близкие или же дальние родственники, а, может, старинные друзья? Какие новости согревают ее сердце вместе с неизменным спутником домашнего уюта – самоваром?
А вот полотно Василия Андреевича Голынского «Письмо в Питер». В «Питер» то есть в Санкт-Петербурге многие крестьяне и крестьянке соседних волостей и губерний уходили на заработки, оставив семьи в селах и деревнях. Художник изобразил, как молодая крестьянка с маленькой дочкой пришла просить «барыню» из местной усадьбы написать за нее письмо мужу. Возможно, ей нужно сообщить ему что-то важное, не терпящее отлагательств. За услугу крестьянка принесла «барыне» немудрящую плату – яблоки, яйца. Пока одна женщина объясняет суть дела, а другая думает над формулировкой, девочка зачарованно смотрит на блестящий самовар, изящную посуду и, несомненно – на вазочку с вареньем.