Роман Даниэля Дефо «Робинзон Крузо» — один из самых необычных примеров культурной адаптации в СССР. Английский протестантский роман 18 века о грехе, покаянии и Божьем промысле в советской культуре превратился в книгу о труде, рациональности и способности человека самостоятельно построить мир вокруг себя.
При этом популярность Робинзона в России началась задолго до революции.
Как в России появилась робинзонада
Первые русские версии романа появились еще в 18 веке. Перевод Якова Трусова «Жизнь и приключения Робинзона Круза, природного англичанина» издавался в 1762–1764 годах и был выполнен не с английского, а с французского пересказа.
В конце 18 века в России начинают выходить и специальные детские версии книги. В 1792 году был опубликован «Новый Робинзон» Иоахима Кампе — педагогическая переработка романа для детей. Именно в этот период история Робинзона окончательно входит в круг детского чтения.
В 19 веке вокруг романа сложилась особая игровая культура — робинзонада. Дети строили шалаши, мастерили плоты, давали названия своим «островам», устраивали «экспедиции» в усадебных садах и на дачах.
Так, брат знаменитого писателя Алексей Достоевский вспоминал: «Другая игра, тоже выдуманная братом Федею, была игра в Робинзона. В эту игру мы играли с братом вдвоем; и, конечно, брат Федя был Робинзоном, а мне приходилось изображать Пятницу. Мы усиливались воспроизвести в нашей липовой роще все те лишения, которые испытывал Робинзон на необитаемом острове».
Уже для поколения дореволюционных детей Робинзон был не столько мореплавателем, сколько моделью самостоятельного человека, умеющего выживать и организовывать пространство собственным трудом.
Как в Робинзоне увидели идеального героя
После революции роман неожиданно оказался чрезвычайно удобен для советской педагогики. В Робинзоне увидели прежде всего человека труда: он строит дом, разводит хозяйство, ведет учет запасов, приручает животных, осваивает новые технологии и фактически заново создает цивилизацию.
Одним из главных энтузиастов робинзонады в раннем СССР был педагог и скульптор Иннокентий Жуков — один из организаторов пионерского движения. Именно он предлагал использовать приключенческую игру как инструмент воспитания. По воспоминаниям современников, Жуков даже обсуждал возможность введения в пионерских организациях игровых ролей Робинзона и Пятницы.
В 1923 году в Петрограде начал выходить журнал «Воробей», который через год получил новое название — «Новый Робинзон». Его идейным вдохновителем был Самуил Маршак, а среди авторов оказались Борис Житков, Виталий Бианки и другие будущие классики советской детской литературы.
Название было выбрано не случайно. Как вспоминал Маршак, журнал сам напоминал Робинзона, появившегося «на необитаемом острове», поскольку советская детская литература тех лет только начинала формироваться. «Новый Робинзон» предлагал детям не сказочный мир королей и фей, а литературу о реальной жизни, путешествиях, науке, труде и открытиях. Среди его постоянных рубрик были «Сделай сам», «Мастеровой», «Как люди работают», «Лесная газета» Бианки и научно-популярная «Лаборатория „Нового Робинзона“» Михаила Ильина.
По сути, журнал предлагал читателю стать тем самым «новым Робинзоном» — не мечтателем на необитаемом острове, а исследователем, изобретателем и человеком действия. Показательно, что именно такой образ героя и закрепился в советской культуре на десятилетия вперед.
Два советских Робинзона: шутки перевода
В СССР одновременно существовали две принципиально разные версии романа.
В 1928 году вышел перевод Марии Шишмарёвой — один из первых полных переводов непосредственно с английского языка. Шишмарёва старалась строго придерживаться оригинала, чтобы сохранить особенности текста Дефо: религиозные размышления Робинзона, его внутренние кризисы, дневниковую форму повествования и протестантскую философию романа.
Однако массовым стал другой вариант Робинзона для детей и юношества в пересказе Корнея Чуковского. Первая редакция пересказа вышла в 1935 году, а затем многократно переиздавалась в «Детгизе» и «Детской литературе». Именно эту версию читало большинство советских детей.
Чуковский значительно сократил роман и фактически изменил его смысловую структуру. Из текста почти исчезли богословские размышления и религиозное покаяние героя. В результате советский Робинзон превращался прежде всего в человека действия — рационального и деятельного героя, который побеждает природу благодаря труду и знаниям.
Как выглядел советский Робинзон
Не меньшую роль, чем текст, сыграли советские иллюстрации.
Одним из самых известных художников, работавших над «Робинзоном Крузо», стал Дмитрий Кардовский. Он начал создавать иллюстрации к роману еще в 1914–1917 годах, однако опубликованы они были уже в советское время.
Особенно известным стало издание 1936 года в переработке Чуковского с черно-белыми рисунками Кардовского. Художник, ученик Павла Чистякова и Ильи Репина, создавал Робинзона в реалистической манере: не романтического мечтателя, а сосредоточенного и очень материального человека, окруженного предметным миром своего труда — инструментами, постройками, оружием, хозяйством.
Именно Кардовский во многом сформировал канонический образ Робинзона для советского читателя 1930-х годов.
Позже к роману обратился Игорь Ильинский — один из главных советских мастеров приключенческой иллюстрации. Его издание «Робинзона Крузо» вышло в 1986 году в издательстве «Детская литература».
Если Кардовский делал акцент на бытовой достоверности, то Ильинский создавал уже почти кинематографический мир. Выпускник художественного факультета ВГИКа, он строил композиции как исторические кадры с эффектным светом и тщательно проработанными деталями эпохи.
Робинзон в советском кино
В советском кино роман экранизировали дважды. Первая экранизация, фильм Александра Андриевского «Робинзон Крузо», вышла в 1947 году. Картина появилась вскоре после войны, и образ человека, выживающего благодаря труду и дисциплине, оказался особенно востребованным.
Самой известной советской экранизацией романа стала картина Станислава Говорухина «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо», вышедшая в 1972 году.
Для Говорухина этот фильм был во многом личным проектом. Режиссер неоднократно говорил, что «Робинзон Крузо» был его любимой книгой с детства. В начале 1970-х он все чаще размышлял о том, что дети начинают меньше читать, и видел в кино возможность заново заинтересовать их классической литературой. Позднее по той же причине он экранизирует «Приключения Тома Сойера» и «Детей капитана Гранта», но начать решил именно с Робинзона.
Выбор Леонида Куравлёва на главную роль многим показался неожиданным. К тому моменту актер был известен прежде всего ролями обаятельных простаков и комедийных персонажей. Сам Куравлёв позже вспоминал, он поначалу даже не поверил, что Говорухин действительно видит его Робинзоном.
Режиссеру нужен был совсем другой герой — человек, который почти весь фильм существует в одиночестве и должен передавать эмоции не длинными монологами, а взглядом, жестом, движением. Чтобы окончательно уйти от привычного образа Куравлёва, создатели фильма пошли на необычный шаг: Робинзона переозвучил актер Алексей Консовский. Говорухин считал, что слишком узнаваемый голос Куравлёва будет мешать зрителю воспринимать его как английского моряка 18 века.
В отличие от многих зарубежных экранизаций, советский фильм делает акцент не столько на приключениях, сколько на одиночестве. Робинзон здесь не жизнерадостный покоритель острова, а человек, который переживает страх, отчаяние и долгие годы изоляции.
Картина пользовалась огромным успехом: только в первый год проката ее посмотрело более 26 миллионов зрителей.
Судьба Робинзона в России наглядно показывает, как меняется классика вместе с читателями. Один и тот же герой успел побывать протестантским моралистом, советским тружеником, кумиром пионерских игр и героем приключенческого кино. Сегодня этот ряд пополнила новая интерпретация: к образу Робинзона обратился ВТБ в рамках проекта «ВТБ — это классика», посвященного современному прочтению известных литературных сюжетов. В новом ролике знаменитый островитянин вновь оказывается в переломной ситуации, но находит выход из нее уже по-другому, так, как его, вероятно, искал бы герой 21 века.