Эмма Орвилл впервые собиралась на работу в превосходном расположении духа. Как правило, её раздражало всё: волосы, строгое платье наставницы, школа, ученицы, зарплата. Последняя была хуже всех. Тем не менее, Эмма работала здесь без малого четыре года. Рабочее место было найдено благодаря хлопотам её дядюшки, желавшего непременно видеть всю свою родню «пристроенной». Качество «пристройки» старика почти не беспокоило. Родители твердили, что Эмме ещё повезло: школа была на хорошем счету, директриса довольно снисходительна, ученицы исключительно из хороших семей. И какое же всё-таки счастье иметь возможность вовсе не работать.
Эмма приладила последнюю шпильку, критически осмотрела себя, и, оставшись в целом довольной увиденным, потянулась за шляпкой. После занятий ей предстояло традиционное еженедельное свидание, давно не вызывавшее ничего, кроме отвращения. С Дереком они встречались каждую пятницу в кофейне на углу в течение трёх лет. Изменить расписание без уважительной причины возможным не представлялось, поскольку Дерек числился женихом Эммы. Положа руку на сердце, он ей не нравился, поскольку не имел ни единого, с точки зрения Эммы, достоинства: полноват, ростом ниже её самой, небогат – даже собственной лошади не держит, не говоря уж об экипаже, да ещё начисто лишён всякого остроумия и харизмы. Мелкий клерк полуразорившейся фирмы, устроенный, как и Эмма, по протекции. Однако мисс Орвилл полагала необходимым быть помолвленной хоть с кем-нибудь. Пусть она не собирается замуж за Дерека, наличие постоянного кавалера не может не прибавлять веса девице в её положении. К тому же из кофейни можно уйти пораньше, сославшись на головную боль. Главное, не злоупотреблять таким благовидным предлогом.
План увольнения, не грозившего последствиями, созрел накануне, после того как Эмме вручили класс новых учениц, девочек из семей богатых торговцев. Не то снисходительность директрисы не знала границ, не то она потеряла веру в платежеспособность благородного сословия. Впрочем, сам факт ведения низкоранговых учениц мисс Орвилл склонна была расценить как унижение собственного достоинства и чуть было не подала прошение об увольнении немедленно. Однако дядюшка её бы не понял, более того, счёл бы себя оскорблённым. К тому же никто не знал доподлинно, сколько денег у него на счетах. По общему мнению, сумма была внушительной, но пожилой джентльмен, к великой досаде любящих родственников, уверенно шёл в долгожители. В итоге у Эммы появились соображения получше.
Пусть сама она уйти не может, отчего бы не устроить всё так, чтобы школа от неё избавилась? Новый класс – отлично, будет просто замечательно, если на неё пожалуются в первый же день учёбы. Директриса не станет раздувать скандал и попросту лишит Эмму работы. Только и всего.
Даже ссориться не нужно, решила Эмма. Достаточно просто говорить всё, что думаешь, да ещё уроки провести без обычной сдержанности, с некоторыми нарушениями благопристойности.
----
Девчонки как девчонки. Ничего особенного, разве что платья из хорошей материи, явно дороже той, что могла позволить себе сама Эмма. Смотрят настороженно. Неделей ранее наставница постаралась бы произвести выгодное впечатление, но те времена утеряны безвозвратно.
- Можете не вставать, - Эмма махнула рукой, - как по мне, чем проще, тем лучше. Что у нас тут, список? Хмм. Роза, Айви, Лили, Сьюзен, Боудикка… Это ещё кто такая?
- Это я, - высокая светловолосая девочка выпрямилась во весь рост.
- Очень благоразумно сесть на заднюю парту, за твоей спиной ничего не увидишь, разве что потолок.
- А то ж, - Боудикка ничуть не смутилась, - это вы, мисс, мамашу мою ещё не видели. Она и сейчас ничего, по молодости, говорят, годовалого телёнка поднять могла.
- Талант! – Эмма усмехнулась. – А имя-то откуда?
- Имя королевское, - подала голос некая замухрышка в круглых очках, сидящая на первой парте, - так звали одну леди, которая в эпоху, предшествующую завоеванию, сама возглавляла войска и носила копьё. К сожалению, ей пришлось покончить с собой, чтобы не попасть в плен.
- Очень глупо с её стороны, - отрезала Эмма.
- А вы бы мисс, того? Сдались? – спросила Боудикка, продолжая нависать над классом.
- Непременно. Утопиться или отравиться всегда успеешь. Первым делом стоит присмотреться к захватчику – как знать, вдруг он не так уж плох.
- Истории известны такие примеры, - вновь вмешалась очкастая зануда, - например, царица Амастрида.
- Хорошо хоть, Амастриды здесь нет, - Эмма понятия не имела, о которой царице идёт речь и поспешила сойти со скользкой почвы, - а тебя как зовут, маленькая всезнайка?
- Эми Стоун, - с достоинством представилась девочка, строго глядя на Эмму.
- Очаровательно. Садись. И ты, Боудикка, тоже.
- Вот что, мисс Орвилл, - вмешалась голубоглазая ученица с синей лентой в косе, - я бы спросила, если не обидитесь… Можно?
- Что угодно, - Эмма пожала плечами. Впервые за несколько лет ей было решительно всё равно, какое впечатление она производит. Чувство оказалось восхитительным.
- Школа вот эта, она как? Хорошая? Не то чтобы нам выбирать приходилось, да только отец мой желал бы знать, за что деньги платит. Ещё он боится, что меня здесь обижать станут.
- Напрасно боится… Так себе. Да и как школа может быть хорошей? Одно наказание. Овсянка утром, хлеб с чаем вечером. И занятия.
- Вы, наверное, очень умная? – сделала выпад подозрительная Эми. Девочки зашикали, но Эмма благодушно улыбнулась.
- Умные женщины носят меха и бриллианты, а не прозябают по школам да прачечным.
- Разумно, - согласилась блондинка со второй парты, - моя матушка так же говорит.
- В общем и целом, ничем вам эта школа в жизни не поможет. Что толку вам от Боудикки с её колесницей? Или от Александра Македонского? Только время потратите.
- В таком случае, не лучше ли замуж выйти? – спросила Эми, поправляя очки.
- Это, безусловно, лучше, - согласилась Эмма, - вот только жених должен быть при деньгах.
- Богатых женихов на всех не хватит. Что же остальным делать? – поинтересовалась голубоглазая, принимаясь разрисовывать тетрадь.
- В учительницы идти, - ответила Боудикка.
- Именно, - одобрила Эмма, - смотрите на меня и запоминайте, как не надо жить.
- Хотела бы спросить, - рыжая девочка вытянула руку, - а привидения здесь водятся? Дом старый, просторный. В самый раз.
- Да, вполне могут. Призраки, знаете ли, не терпят тесноты и толпы не любят. Вы хоть раз видели неупокоенный дух в доме крестьянина?
- Тут тоже шумно, - возразила Эми.
- Чердак почти свободен, да и по садовым дорожкам вечером пройтись можно, - Эмма не готовила конспекта, - про кого хотите услышать? Должны же мы как-то урок провести, хоть нам обоюдно не в радость.
- Ученье всегда в радость, - Эми демонстративно расправила бумагу.
- Хочу про Клеопатру, - заявила рыжая.
– Хорошо, - согласилась Эмма, - итак, Клеопатра, безусловно, производит впечатление. Немногие вспомнят о том, что у неё имелись две сестрицы, Береника и Арсиноя. Старшая, между прочим, попыталась захватить отцовский трон и править сама. Кроме того, Береника приказа убить первого мужа.
- Почему? – спросила Боудикка, - Не понравился?
- Разумеется. Второй был уже получше. Всё это плохо закончилось, потому что вернулся папаша-король, хотя его не то чтобы ждали. Клеопатре хватило ума сидеть тихо и ждать своего часа.
- А Береника что?
- О, ей не повезло, - Эмма замялась, пытаясь всё же избежать подробностей. На выручку ей пришла Эми.
- Её убили по приказу отца, - отчеканила девочка, и поделом, как я считаю.
- А я считаю – зря, - возразила блондинка, - она же его дочка, как-никак. Если б мой папаша меня всякий раз убивал за счета от лавочников, я бы уже давно на кладбище лежала.
- И стала бы привидением, - рыжуха не желала упускать интересующую тему, - а Береника стала?
- Никто не жаловался, - Эмма пожала плечами, - но мы что-то не о том. В общем, запасные дочери у царя Египта ещё оставались, поэтому он решил, что можно и без Береники обойтись. Одной Клеопатры за глаза хватило.
- А правда, что Клеопатру змея укусила?
Наставница задумалась.
- Знаете, сомневаюсь. Змею ещё поймать надо, опять же, пронести во дворец, чтобы не выползла. Да и как знать, пожелает ли она ещё кусать? Яд выпить проще.
- Точно! – обрадовалась Боудикка, - Вот у нашей соседки уже третий муж помер. Говорят, она их всех болиголовом травит.
- Можно ещё ракитником, - посоветовала Эмма, - передайте ей там при встрече. Мышьяк тоже вещь хорошая, отравление легко с кишечным расстройством спутать. И добыть несложно.
Занятия продолжались в том же духе. Кости Клеопатры и Марка Антония должны были сиять белизной после столь тщательного перемывания. Эмма была довольна произведённым эффектом. Ученицы, вне сомнения, напишут родителям, а то и сами к директрисе подойдут. Правда, не все – Боудикка смотрела с явной симпатией. Основные надежды Эмма возлагала на нудную Эми Стоун. Быть может, не стоило пугать их привидениями? А, пусть! Слово не воробей.
Оставался Дерек. Тут сложнее. Таких дураков только обнимать и плакать, но уж точно не шокировать.
-----
Дерек встретил её с свойственной ему галантностью циркового медведя. По счастью, оба они предпочитали чаю более дешёвый кофе, что позволяло хоть немного экономить. В этот вечер Эмма была настроена решительно.
- Видишь ли, Дерек, слишком много перед нами препятствий. Мы оба стеснены в средствах, не имеем надежды на лучшее будущее.
- Это вторично, дорогая моя, - пылко произнёс Дерек, - любовь способна преодолеть всё!
- Любовь держится на общности взглядов и интересов обоих супругов, в противном случае она вянет с той же скоростью, что фиалки на окне твоей квартирной хозяйки. Мы работаем в разных сферах, вращаемся в разном обществе. Для еженедельных встреч того, что в нас есть общего, довольно, но что произойдёт, когда мы будем лицезреть друг друга ежедневно?
Эмма перевела дыхание. Ей всё-таки очень не хотелось обижать Дерека. Молодой человек задумчиво посмотрел в окно.
- Да, ты права… Разумеется, твои доводы взвешены и честны. Пожалуй, мне понадобится время с тем, чтобы всё это обдумать.
Эмма ласково пожала руку бывшему, как она смела рассчитывать, жениху.
- Не сомневаюсь, всё ещё устроится – и у тебя, и у меня.
Хорошо, что хоть без сцены обошлось, с облегчением подумала она, шагая домой. Впрочем, Дерек никогда не был мастером скандала.
-----
На завтрашний день рассказ о призраке получил новые подробности. Ученицы, едва ворвавшись в классную комнату, наперебой принялись уверять мисс Орвилл в том, что видели настоящий блуждающий дух.
- Возможно, стоило рассказать об этом директрисе? – спросила Эмма, оценивая эффект собственной байки.
- Да она же не поверит нам, мисс! – захныкала рыжая Лили.
- Вечером, когда пробило семь, - добавила Роза, - мы все видели его на дорожке сада.
Эмма не без надежды посмотрела на Эми.
- Призраки, как правило, появляются в одно и то же время, - отчеканила юная Стоун, - вдобавок они склонны питать привязанность к одним и тем же местам.
- Стало быть, сегодня его можно подкараулить, - решила Эмма. Что ж¸ чем сильнее она проштрафится, тем лучше. Да и выглядеть трусихой в глазах юных торговок не хотелось.
Боудикка с обожанием взглянула на наставницу.
- Если бы мы были католики, можно было бы провести экзорцизм, - заявила Эми.
- Придётся обойтись подручными средствами, - Эмма призадумалась.
- Рябина помогает от нечистой силы, - вспомнила Айви, - и ещё осина.
- Оружие я беру на себя, - мисс Орвилл подумала о трости, которую можно было позаимствовать у хромого садовника, - а теперь – занятия.
Уроки прошли не хуже вчерашних. Эмма отвела душу, костеря на чём свет стоит Октавиана Августа, которого недолюбливала с детства, и его супругу, надменную Ливию Друзиллу.
- Тот случай, когда добродетель можно считать пороком, - заключила она, захлопывая учебник. Близился вечер. Ученицы беспокойно переглядывались.
----
Эмма, вооружившись тростью, заняла место в беседке, устроившись так, чтобы её не было видно со стороны дорожки. Сумерки должны были сыграть ей на руку. Ей было слегка не по себе. Как знать? В конце концов, кое-кто из учениц говаривал о призраке в саду.
Пробило семь, затем четверть восьмого. В половину можно будет уходить. Эмма перевела дыхание и немного расслабилась. Она пошевелилась было, желая размяться, и тут же застыла, едва не ахнув. По дорожке действительно пробиралось привидение. Наставница прищурилась. Ей не доводилось встречаться с призраками, но с вот этим было явно что-то не то. Ни малейшего величия, никакой грации. Дух остановился недалеко от беседки, выругался вполголоса и попытался самым вульгарным образом прочистить нос, путаясь в белом балахоне. Эмме стало обидно. Своим недостойным поведением призрак определённо позорил добропорядочных ужасающих сородичей.
- Вот чёрт, что б меня, - вздохнул балахон и пнул камешек, - где же её черти носят?
- Добрый вечер, - Эмма выбралась из беседки и приосанилась, - так кого там черти принести должны были?
- Да уж точно не вас… Палку-то, миледи, опустите. Я джентльмен, между прочим.
- Заметно. Все джентльмены обычно так и гуляют. Хоть бы темноты дождались.
Призрак плотнее закутался в одеяние, явно стараясь оставаться неузнанным.
- В темноте, знаете ли, и убиться недолго. Да и тут и в семь всегда пусто было, что б её, эту школу. Разойдемся по-хорошему? Я – направо, вы – налево?
- Ну уж нет, - Эмма шагнула вперёд, вновь замахиваясь тростью, - а ну снимайте балахон!
- Черта с два! – прорычал призрак, - Я тебя саму этой тростью сейчас зашибу, ведьма! Тоже мне, царица Савская нашлась!
- Наших бьют! – закричала Боудикка.
Призрак вцепился в трость Эммы. Что-то просвистело рядом. Раздался грохот. Пришелец пошатнулся и упал, оглушенный метко пущенным кувшином.
- У меня хороший глаз, - похвасталась Боудикка, - я, знаете ли…
Кто-то истошно завизжал. Эмма обернулась: из окна первого этажа кубарем вылетела девица с длиной светлой косой.
- Это ещё кто? – подозрительно спросила Роза. Боудикка приняла из рук Эми такзик для умывания и приняла боевую позицию.
- Мисс Крейн! – Эмма решительно заняла собой дорожку, но тут же была снесена истерично рыдающей девушкой.
- Ах, Роберт, дорогой мой! Что эти твари с тобой сделали?
- От твари слышим, - обиделась Роза.
- Лили, бегом к директрисе! – распорядилась Эмма.
Роберт не спешил приходить в себя. Мисс Крейн осыпала всех присутствующих проклятиями и грозила страшными карами, особо напирая на то, что её ненаглядный – младший сын третьего брата некоего лорда.
- А вы, мисс Орвилл, вы… Да вы здесь работать больше не будете! Вас уволят без рекомендаций!
- Замечательно, - обрадовалась Эмма, - действуйте, Женевьева Крейн! Я на вас очень рассчитываю.
Кажется, всё устроилось наилучшим образом. Скандал выйдет что надо, Крейны – благородная семья со связями, пусть и небогатая. Конечно, они не оставят дочь неотомщённой и потребуют увольнения досужей мисс Орвилл, разоблачившей позорные тайные свидания Женевьевы. Эмма умиротворенно вздохнула, живо представив себе долгожданное выселение из ненавистной съёмной комнаты и возвращение в родительский дом. Без рекомендаций! Никаких школ, никакого Дерека.
По дорожке уже спешила директриса в сопровождении садовника и ещё одной наставницы. Эмма с облегчением доложила ситуацию и с чувством выполненного долга направилась домой.
----
Воскресный день миновал безо всяких происшествий. В понедельник Эмма собиралась на работу с особенным прилежанием. Как-никак, это будет её лучший день в школе. Пожалуй, единственный, о котором она в дальнейшем вспомнит с удовольствием.
Она едва успела провести первый час занятий, рассуждая об императоре Тиберии, как была вызвана к директрисе.
- Прибыли Крейны, - шепнула учительница французского, - говорят, они весьма недовольны.
- Неудивительно, - Эмма вскинула голову, - на месте миссис Крейн я бы неделю провела в обмороке, после подобных новостей.
Француженка поджала губы.
- Знаете, я бы не была так безжалостна к бедняжке Женевьеве. В конце концов, её преступление состоит лишь в том, что она влюбилась… В общем, не удивлюсь, если ваше активное участие будет стоить вам места.
- Ни одно место не будет дороже моих принципов, - не моргнув глазом, ответила Эмма. Они уже подходили к кабинету директрисы.
Директриса, мисс Спенсер, чопорная старая дева в старомодном чепце, представила Эмму Орвилл супругам Крейн.
- Я должен поблагодарить вас, дражайшая мисс Орвилл, за вашу непревзойдённую бдительность, - начал мистер Крейн.
- И храбрость! – подхватила миссис Крейн.
- Противостоять призраку…
- Этот Роберт – мошенник, вовсе не сын лорда…
- Наша бедная дочь, такая наивная…
- Женевьева твердит, что вы одна спасли её от бесчестья…
- Мы вам так признательны…
- Благодарю, но я всё же была не одна, - у Эммы появилось смутное ощущение, что беседа идёт не том направлении, что требовалось ей, - со мной были мои ученицы. Думаю, мисс Спенсер согласится с тем, что я действовала не вполне обдуманно, подвергая опасности юных леди.
- Ах, милая! – воскликнула мисс Спенсер, пожимая Эмме руку, - Вы – одна их тех наставниц, за которыми дети готовы идти без раздумий, вы пользуетесь их доверием, авторитетом! Признаться, я счастлива, что вы так преданы нашей школе, Это поразительно редкая черта для молодой женщины, имеющей брачные виды.
- Да, я, если честно, - Эмма замялась, не зная, стоит ли ей упомянуть Дерека.
- У меня есть для вас сюрприз, мисс Орвилл, - продолжила директриса, - пусть это не вполне по правилам, однако данный молодой человек настолько благонадёжен, да к тому же ваш жених… Разумеется, я не стану препятствием вашему браку!
Эмма в смятении переводила взгляд с мисс Спенсер на Крейнов. Служанка распахнула дверь, пропуская молодого джентльмена, едва не сбившего напольную вазу.
- Мистер Томпсон будет приходящим учителем рисования, - объявила мисс Спенсер, - вы знали, мисс Орвилл, что ваш избранник талантлив?
- Не знала, - вмешался раскрасневшийся от комплимента Дерек, - я хотел сделать сюрприз после свадьбы. Теперь нам ничто не помешает! Общность взглядов, интересы… Мисс Орвилл! Станете ли вы моей женой, спутницей моих длинных или коротких – как Творцу будет угодно - дней?
Эмма поймала ртом воздух и полетела на ковёр. Мистер Крейн успел её подхватить.
- Обморок, - констатировала миссис Крейн.
- Это она от счастья, бедняжка, - директриса промокнула глаза, - сами подумайте – столько радости за одно утро!