Вечер 18 февраля 2014 года в Уилмингтоне, Северная Каролина, начинался как обычно. Но в 20:40 земля под ногами жителей центральной части города буквально вздрогнула. Глухой удар, похожий на взрыв мощной петарды внутри бетонного здания, прокатился под кварталами. В домах зазвенели стекла, с полок попадали книги, а люди в панике выбегали на улицы. Звонки в службу 911 поступали десятками. Официальный ответ пришел быстро: Геологическая служба США (USGS) зафиксировала сейсмическое событие магнитудой 1,8. Но классифицировала его как «quarry blast» — взрыв в карьере. Вся загвоздка в том, что ближайший действующий карьер находится в 60 километрах от города (USGS, event nc72232695, 2014).
Характер колебаний, зафиксированных сейсмографами, сразу вызвал вопросы у специалистов. Обычное землетрясение тектонического происхождения имеет четкую P-волну (продольную) и S-волну (поперечную), которые распространяются на километры. Событие в Уилмингтоне дало резкий, высокочастотный импульс с крайне быстрым затуханием. Такое бывает только при подземных взрывах точечного характера. Профессор сейсмологии Кевин Стюарт из Университета Северной Каролины тогда прокомментировал: «Это не землетрясение. Это детонация» (Stewart, «Seismic characterization of the Wilmington event», Seismological Society of America Annual Meeting, 2015).
Первая нестыковка обнаружилась на третьи сутки. Местный эколог Джордж Хендерсон, который регулярно мониторил качество воды в скважинах, заметил резкий скачок уровня растворенного метана. В пробах с улицы 5-я авеню концентрация природного газа превысила фоновые показатели в 15–20 раз. Более того, изотопный анализ δ13C показал: это не свалочный газ (биогенный), а глубинный термогенный метан, характерный для древних осадочных пород. По расчетам Хендерсона, газ поступал из глубины не менее 400 метров (Henderson, «Methane anomaly in urban well water after the Wilmington explosion», Journal of Applied Geochemistry, 2015, vol. 48, pp. 22–29).
Через месяц после события группа Стюарта развернула сеть из 12 портативных сейсмографов и провела шумовое зондирование. Результаты, опубликованные в Geophysical Research Letters, показали: под центральной частью Уилмингтона на глубине от 300 до 900 метров находится лабиринт карстовых пустот. Эти полости образовались в известняковых породах мелового периода за счет вымывания подземными водами. Некоторые пустоты достигали 50 метров в поперечнике и были заполнены газом под давлением. Эпицентр взрыва совпал с одной из таких полостей прямо под пересечением Маркет-стрит и 5-й авеню (Stewart et al., «Karst cavities beneath the coastal plain of North Carolina», Geophysical Research Letters, 2015, vol. 42, pp. 4521–4528).
Газ в этих пустотах — это остатки древней органики юрского периода, когда вся территория современной Каролины была дном океана. Планктон и водоросли опускались на дно, перекрывались осадками, и под давлением в несколько тысяч атмосфер превращались в метан. Большая часть газа давно мигрировала в промышленные ловушки, но часть законсервировалась в изолированных карстовых «мешках». Проблема в том, что такие пустоты считаются стабильными веками — но 18 февраля 2014 года стабильность была нарушена (Horton & Zullo, «Geology of the Carolinas», University of South Carolina Press, 1991).
Вопрос: что послужило детонатором? Метан сам по себе не взрывается без искры, удара или резкого перепада давления. Одна из гипотез — природное обрушение свода полости. По расчетам инженеров Университета Дьюка, опубликованным в 2019 году, многолетнее вымывание известняка могло привести к критическому снижению прочности породы. В какой-то момент свод рухнул, удар сжал газ, и произошла детонация (Jackson & Blake, «Collapse-induced methane detonation in coastal karst», Engineering Geology, 2019, vol. 256, pp. 50–58).
Но есть и альтернативная версия. В рассекреченных с 2017 года документах программы HAARP упоминается, что в 2013 году в районе Уилмингтона проводились испытания низкочастотного георадара для военных целей. Некоторые исследователи, в том числе физик Ларри Фридман, предположили, что мощные сейсмические импульсы могли спровоцировать резонанс в газонаполненных полостях, что привело к взрыву. Прямых улик нет, но даты совпадают (Freedman, «HAARP and the Wilmington explosion: a review of declassified documents», Bulletin of the Atomic Scientists, 2017, vol. 73, no. 5, pp. 311–319).
Еще одна странность: в сводке USGS за первые двое суток координаты эпицентра менялись трижды. Сначала — 34.21°N, 77.88°W, потом 34.23°N, 77.91°W. Разница — 2,5 км. Представитель USGC объяснил это «недостаточной плотностью сейсмической сети». Однако критики обратили внимание: окончательные координаты оказались точно над участком, где через два месяца городские службы проводили «плановые дорожные работы» — заливали свежим асфальтом участок проезжей части, под которым впоследствии обнаружилась воронка глубиной 6 метров (Henderson, 2015).
Несмотря на все исследования, официальный статус события остается неопределенным. USGS до сих пор не закрыла дело, а только перевела его в категорию «unresolved». Местные жители разделились на два лагеря: одни верят в природный выброс метана, другие подозревают сокрытие военной деятельности. Кто прав — покажет только время или новый взрыв. Потому что под Уилмингтоном остаются десятки необследованных карстовых полостей. И далеко не все из них пусты.