Русский писатель, драматург и публицист, уроженец Казани Евгений Николаевич Чириков часто бывал в поволжских мелких городках и об их жизни знал не понаслышке. В повести «Чужестранцы» (в заглавие статьи вынесена цитата из повести) автор посвятил отдельную главу уездному городу Лаишеву, в котором в ссылке оказались одни из героев произведения – чета Промотовых. Интеллигенты, марксисты, привыкшие к шумной общественной жизни столицы, в этом «медвежьем углу» они чувствуют себя как на каторге. Такое описание не льстит Лаишеву, однако недаром эпиграфом к повести служат некрасовские строки:
«В столице шум, гремят витии,
Кипит словесная война…
А там, там, в глубине России,
Там вековая тишина!»
В автобиографии Чирикова отсутствуют сведения о его длительном пребывании в Лаишеве, поэтому можно предположить, что в повести использован собирательный образ захолустья. В пользу этой версии говорит упоминание в «Чужестранцах» клуба в Лаишеве. Такой клуб действительно существовал, однако был образован в 1894 году. В этом же году Чириков уехал в Самару и больше в этих местах не появлялся. Тем не менее Лаишев в качестве такого примера выбран не случайно, и представляется интересным изучить, как же на самом деле обстояло дело с культурным досугом в городе.
Лаишев получил статус города в 1781 году, однако долгое время оставался, по существу, селом. Даже в конце 19 столетия более 60% горожан были крестьянами. Лаишев служил своего рода передаточным пунктом для торговли уральским железом, здесь его перепродавали и сплавляли далее по Волге. Таким образом, культурное значение города было невысоким, да и потребности горожан вполне соответствовали этому уровню.
Фактором, способствовавшим повышению культурного уровня лаишевцев, стало открытие учебных заведений. В 1817 году были открыты уездное и при нем приходское училища. Этому начинанию способствовал экстраординарный профессор Казанского университета П.С. Кондырев, но «при отличном благорасположении к сему делу, хотя и малочисленного и небогатого, но усерднейшего купеческого и мещанского Лаишевского градского общества, при благоразумии и деятельности ратуши, примерном попечении некоторых достопочтенных особ и при общем содействии». В 1861 году библиотека Лаишевского уездного училища была самой богатой, по сравнению с другими уездными училищами Казанской губернии. В 1865 году учреждена женская гимназия. Однако вплоть до последней четверти 19 века культурных развлечений для взрослых не существовало.
В Лаишеве некоторое разнообразие общественной жизни начинается с конца 19 века. В 1887 году городская дума приняла постановление об открытии публичной библиотеки, на учреждение которой было ассигновано 100 рублей сразу и затем по 50 рублей ежегодно. Большую помощь в создании библиотеки оказал местный активист Ф.С. Воронов. Он открыл подписку, объехал с подписным листом уезд; побывал в библиотеке Михайловых на Воскресенской улице в Казани, где ознакомился с ведением библиотечного дела, и приобрел там несколько книг; устроил спектакль, к участию в котором пригласил заезжего артиста и местных любителей. Сбор с этого спектакля целиком поступил на основание библиотеки. Некоторые из уездных помещиков внесли пожертвования книгами. К открытию фонд библиотеки насчитывал более 500 экземпляров.
Из трудностей первых лет существования библиотеки следует отметить тесное помещение, длиной в 5 шагов и шириной в 3 шага, находившееся при мужском приходском училище. Через несколько лет после открытия, в 1894 году, была предоставлена комната в здании женского училища, но она была не намного больше предыдущего помещения. Это обстоятельство не позволяло открыть читальню при библиотеке, и книги приходилось только выдавать на дом.
Хотя городская дума и выделяла на содержание библиотеки средства, но их не хватало. В 1893 году ее доход составил более 200 рублей, из которых половина поступила от подписной платы, 100 рублей ‒ от думы. Но этих средств не хватало, так как библиотеке приходилось затрачивать средства на выписку периодических изданий, покупку книг. В 1894 году на помощь пришло земство, которое стало выделять 120 рублей ежегодно. В ответ на эти субсидии библиотека предоставила бесплатный абонемент для учителей земских школ.
В библиотеке было восемь отделов, на которые подразделялись все имеющиеся издания: 1. Религия. Философия. Педагогика. 2. Русская беллетристика. 3. Иностранная беллетристика. 4. Естествознание. Мироведение. 5. История и вспомогательные науки. 6. Общественные науки. 7. Книги разного содержания. 8. Периодические издания и приложения к ним.
Наиболее обширным был раздел иностранной беллетристики – в нем было представлено 67 авторов. Лаишевцы могли приобщиться к произведениям У. Шекспира и Ф. Шиллера, Д. Байрона и О. Бальзака, насладиться более развлекательными романами Жюля Верна, Вальтера Скотта и Майн Рида. Чуть меньше было собрание русских авторов – 60 фамилий. К ним, конечно же, относились сочинения А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, А.С. Грибоедова и Н.В. Гоголя. Были представлены и более современные авторы – Ф. М. Достоевский, А.П. Чехов, Л.Н. Толстой и т. д. Из периодических изданий была возможность ознакомиться с «Вестником Европы», «Нивой», «Русской мыслью» и др.
К 1909 году ассортимент изданий сильно расширился. Появились такие разделы, как «Психология. Логика. Педагогика: воспитание и обучение», «Политическая экономия. Социология. Статистика». Сильно вырос отдел русской литературы, теперь в нем было представлено 776 наименований, расширилось и число авторов, как имеющих мировую известность, так и менее знаменитых. Если ранее среди философских сочинений были только «Душа и тело» Бэна и «История философии» Д. Льюиса, то теперь появляются такие величины, как Ф. Ницше, А. Шопенгауэр, а из русских – Н.А. Бердяев и В.С. Соловьев.
Жители города пользовались библиотекой не очень активно. Так, в 1893 году было 58 абонентов, из них 28 учителей земских школ уезда, которые имели право на бесплатное обслуживание. Больше всего заказывали периодическую печать. Самым популярным был журнал «Русская мысль», за ним следовали «Вестник Европы», «Исторический вестник», «Наблюдатель», «Русское богатство» и др. Из еженедельных изданий читали «Будильник», «Стрекозу» и «Неделю». Среди литературы лаишевцы предпочитали Л.Н. Толстого, И.А. Гончарова, А.Ф. Писемского. Пушкин и Лермонтов были на последних местах, очевидно, потому что эти классики уже имелись в большинстве домов читающей публики.
Большей популярностью пользовалась библиотека у юношества. В 1896/1897 отчетном году за 3-5-копеечную месячную плату 107 подростков взяли 3 706 книг. Их особенно привлекал детский отдел библиотеки и детские журналы, например, «Детское чтение», «Родник», «Всходы», «Вокруг света» и «Читальня народной школы».
Как и во многих городах, в конце 19 века в Лаишеве был создан филиал общества трезвости. Несмотря на сложившуюся позже репутацию черносотенной организации, общество действительно предлагало людям альтернативу алкогольному досугу. Целью отдела провозглашалось «противодействие употреблению спиртных напитков среди населения г. Лаишева». Для достижения этой цели предусматривалось открытие чайных, столовых, библиотек, читален, лечебниц для алкоголиков, а также организация развлекательных мероприятий без употребления спиртных напитков.
Лаишевская дума, чтобы помочь местному отделу общества, в 1896 году предоставила здание на Средней улице для открытия чайной-читальни. Лаишевский исправник сообщал губернатору, что препятствий не имеется и даже желательно ее появление, поскольку в городе есть только трактиры, посещение которых сопряжено с пьянством, а в чайной можно провести время с пользой и за ничтожную цену выпить чаю. Книгами посетители пользовались бесплатно. Быть заведующим читальни изъявил желание священник А.И. Дмитриевский.
Помещение, в котором разместилась чайная, прежде занимал трактир. Кроме символического значения, такой выбор оказался удачен и для пользы дела. Сюда по привычке стали захаживать купцы, прежде посещавшие трактир. Они пили чай, обсуждали дела, однако их обычным посиделкам не хватало чтения местных газет «Волжский вестник» и «Казанский телеграф». Председатель Лаишевского отдела общества трезвости возбудил ходатайство перед губернатором о разрешении выдавать эти газеты, так как в списке допущенных к употреблению в читальнях газет и журналов они не числились. К счастью, этот вопрос был довольно скоро решен положительно.
Кроме читальни, общество трезвости устраивало показ туманных картин для населения, а по праздничным дням проводило мероприятия для арестантов в тюрьме.
Показ туманных картин — демонстрация изображений с помощью «волшебного фонаря». Название связано с проецированием картинок на клубы дыма, создаваемые аппаратом.
22 февраля 1894 года от местного уездного исправника казанскому губернатору поступило прошение, где указывалось, что «общество состоящее преимущественно из дворян и чиновников в городе Лаишеве, желая доставить себе возможность проводить свободное время от занятий с удобством, приятностью и пользой, предполагает открыть в городе Лаишеве клуб». Для этой цели предполагалось устраивать для членов Лаишевского общественного собрания, как в итоге стал называться клуб, танцевальные, музыкальные, литературные вечера и драматические представления, выписывать книги, газеты и другие периодические издания, а также устраивать публичные чтения по разным наукам с целью распространения полезных сведений. Первоначальными членами собрания становились его учредители, а затем прием осуществлялся по рекомендации лиц, уже состоящих в нем, посредством выборов. За членство требовалось уплачивать определенный денежный взнос, если же он не вносился, то членство данного лица приостанавливалось вплоть до уплаты долга. Членами не могли стать женщины и несовершеннолетние, за исключением лиц, имеющих классные чины; воспитанники учебных заведений, нижние воинские чины и юнкера; члены, раз исключенные из собрания на основании устава, а также подвергшиеся ограничению прав по суду. Члены клуба могли приглашать гостей. Такая система отбора допускала в собрание только представителей лаишевского высшего общества. Даже на благотворительные вечера требовалась плата за вход, но вырученные деньги шли на помощь нуждающимся.
Танцевальные, музыкальные, драматические и литературные вечера начинались не ранее семи часов вечера, а заканчивались в три часа ночи. Само помещение открывалось в полдень, чтобы дать возможность приезжим членам пользоваться кухней, читальней. Таким образом, в собрании можно было проводить практически весь день, ограничения в посещении действовали только на Страстной неделе, Пасхе и в Рождество. Кроме культурного досуга, в собрании допускались карточные и иные игры, за исключением азартных и запрещенных правительством.
Средства, собиравшиеся с мероприятий, шли на благотворительность или позволяли развивать само общество. Так, деньги, полученные со спектакля «Сорванец» были отданы погорельцам села Мансурово. Средства от другого спектакля пошли в пользу самого клуба.
Следует отметить, что даже сами корреспонденты из Лаишева, писавшие заметки в газеты, называли свой город захолустьем. До 80-х годов 19 века он немногим отличался от села. И даже затем образовавшиеся библиотека и клуб удовлетворяли в культурном плане лишь не очень требовательную публику. Посети Промотовы Лаишев и в начале 20 века, он показался бы им не отличающимся от того, что описан в повести. Но недаром интеллигенция стремилась жить в столицах или хотя бы в губернских городах. Уездные центры существовали совершенно в других условиях, они выполняли административные функции для окружающей их сельской местности, служили торговыми пунктами. И для населяющих их жителей тот досуг, который предлагали местные библиотека и клуб, нес просветительскую и культурную функции, развивая не только сам Лаишев, но и округу.