В российских детективах следователь часто изображен эдаким супергероем, который допрашивает свидетелей, ездит на задержания и первым врывается в квартиру преступника. Еще он, разумеется, настолько увлечен работой, что трудится без отдыха и еды, а начальники ему не указ — он и сам отлично справляется. Реальная система устроена иначе, но многие штампы появились не из-за того, что сценаристы плохо изучили матчасть, а потому что без них кино перестанет быть интересным. Во время работы над новым сериалом онлайн-платформы Wink «После Фишера. Инквизитор» создатели консультировались с бывшим сотрудником уголовного розыска — подполковником милиции Александром Зарубовым. В разговоре с Кино-Театр.Ру он объяснил, где заканчивается правда и начинается кинематограф.
«Следователь — кабинетный работник. Оперативник — полевой»
Самый распространенный штамп, раздражающий людей из системы, когда путают следователей и оперативников. По словам Александра, и зрители, и сами кинопроизводители постоянно смешивают эти профессии в одну. Хотя в реальности это разные специализации.
«Следователи — это кабинетные работники, а оперативники действуют в полях», — объясняет он. Оперативники первыми получают информацию о преступлении, ищут свидетелей, выезжают на место событий, устраивают засады и ловят подозреваемых. Следователи появляются позже — когда уже собран материал и есть подозреваемый: «После того, как преступника поймали, материалы дела передают следователю. Он приводит документы в порядок, «окультуривает» их и передает в суд».
Сами сотрудники полиции уже смирились с тем, что в массовом сознании все они «следователи»: «Даже заявители упорно называли нас следователями. И после десятого объяснения всё равно продолжали».
В сериале «После Фишера. Инквизитор» мы увидим сразу пару детективов: героиню Юлии Снигирь и персонажа Александра Петрова.
Почему в кино из следователей делают супергероев
Специалисты признают: если показывать работу полиции с документальной точностью, смотреть будет скучно. Настоящее расследование — это не погони и перестрелки, а бесконечная работа с документами, запросы и разговоры: «Процентов на 80 — это кабинетная текучка, перекладывание бумаг, подготовка запросов. И только 15-20% — то, что показывают в кино».
Именно поэтому сценаристы вынуждены нарушать правила системы. «Какие-то вещи приходится давать на откуп ради кино, ради зрелищности», — признает Александр.
Так и рождается привычный экранный образ: следователь, который одновременно и аналитик, и боец, и психолог, и оперативник.
Двое против преступников — это не киношный бред
Устойчивый штамп, который неожиданно оказался правдой, — сцены, когда на опасное задание едут всего один-два человека. Это максимально близко к реальности. «Нет в полиции столько народа. Как правило, идут один-два человека, попадают в передрягу и только потом вызывают подмогу».
По словам Александра, массовые штурмы с десятками бойцов — скорее исключение. Такое бывает во время особо опасных операций, а в обычных районных отделах всё проще: нехватка людей, маленькие группы и постоянная работа «на земле».
Женщины в уголовном розыске: романтика заканчивается быстро
Уверены, что одним из самых обсуждаемых персонажей сериала «После Фишера. Инквизитор» станет Белова — женщина-оперуполномоченный уголовного розыска в исполнении Юлии Снигирь.
Красивая, жесткая, почти бесстрашная руководительница уголовного розыска — образ, который многие зрители поначалу воспринимают как чисто сценарный. Но консультант уверяет: такие леди действительно существуют. «Они выезжают на задержания вместе с мужчинами. Мы даже использовали их как подсадных уток».
Правда, реалии профессии быстро разрушают семейную жизнь. «У нормального оперативника фактически нет выходных. Бывает, что по трое-четверо суток не выходят с работы. Из-за такого графика семьи часто разваливаются — разводов много».
Большинство женщин уходит из уголовного розыска после рождения детей. Те, что остаются, действительно начинают жить почти так, как Белова в третьем сезоне «Фишера».
Почему в маленьких городах все всех знают
Еще один любимый штамп детективных сериалов — маленький город, где полицейские знают буквально каждого жителя. В этом случае кино оказалось близко к правде. Александр вспоминает, что после нескольких лет работы участковым мог раскрывать преступления, почти не выходя из кабинета: «Мне говорили, что произошло, и я уже знал, кто это сделал, куда побежал и где сейчас находится».
Всё просто: в небольших городах полиция постоянно контактирует с одним и тем же кругом людей и прекрасно их знает. «Полицейские с нормальными людьми почти не общаются. А преступники, как правило, это одни и те же товарищи».
Настоящие оперативники не смотрят детективы
Самое неожиданное признание — сотрудники уголовного розыска почти не смотрят фильмы и сериалы про полицию. «Хочется плакать и смеяться», — говорит Александр.
Даже культовые современные детективы редко проходят тест на достоверность. Исключения — исторические проекты вроде «Ликвидации» или «Места встречи изменить нельзя». Там профессиональная дистанция уже не так режет глаз.
Правда ли, что тру-крайм романтизирует маньяков?
Главный спор вокруг жанра идет много лет: не превращают ли сериалы преступников в рок-звезд? Сам консультант считает, что эффект скорее обратный: «Нормального человека такие фильмы пугают, к ним возникает отвращение». По его мнению, кино не способно «создать» преступника: «Если человек больной — ему без разницы, посмотрит он сериал или безобидную сказку про Золушку».
И о самых страшных преступниках. Это вовсе не бытовые убийцы и даже не киллеры. «Маньяк всегда страшнее, потому что убивает ради удовольствия». Возможно, именно поэтому зрители продолжают смотреть тру-крайм. Не из любви к насилию, а в попытках понять то, что в нормальной человеческой логике вообще не должно существовать.
Источник: Кино-Театр.РУ
Рубрика Это интересно, выпуск 2
Если Вам понравилась наша статья, то подписывайтесь и ставьте лайк!