День 22. Осталось 69 дней.
Я стал вспоминать свои смерти. Я однажды уже писал, что я, скорее всего, в симуляции. Сегодня утром был сон. Мир распадается, а я бегу к границе города. Подбегаю, а там край земли. Переступая границу Челябинска, я падаю. Во сне всё выглядит, будто земля плоская, только граница. Это мой город. Я теперь понимаю, что мои сны — это не бред сумасшедшего. Это воспоминания. В ближайшие дни съезжу на границу города обязательно.
На улице теперь я хожу в своих очках с переводом. Я понимаю многие слова.
Начали пропадать люди кроме Марка. За последние семь дней я вам же ради любопытства сходил в университет. Половину моих однокурсников не было, и никто их не помнит. Я думаю, все люди — NPC, то есть эмуляция поведения, но они не настоящие.
У нас есть во дворе женщина Мария. У неё синдром Плюшкина. Она собирает всякий мусор со всей улицы и утверждает, что это для коллекции и для какого-то проекта. Семь дней назад она тащила со свалки стул с красным деревом. И последний день она его тащит и повторяет одни и те же слова. Однажды я на неё посмотрел. Она сказала:
— Для коллекции..
---
Теперь я буду записывать, сколько осталось до 3 декабря. 69 дней.
Сегодня Луна в той же фазе, только за последние несколько дней она стала чуть меньше. Примерно 20 процентов Луны уже нет.
Я смотрю на неё и понимаю: она убывает. Медленно, но убывает. Как и моё время.
День 23.
Сегодня опять был гул. С конца города, откуда-то далеко, похожий на стук сердца. Поэтому я решил узнать, что там происходит, и съездить туда, и выяснить. Я возьму с собой оружие. Я еду на границу, не знаю, чего там ожидать.
Время 15:40. Собираюсь до вечера просто узнать, а что же там происходит. Я залез на велосипед и еду. Ехал я, кажется, часа два. К 17:59 я был на месте.
Я смотрю на город, на надпись «Добро пожаловать в Челябинск», и иду медленно, надеюсь, я не провалюсь, как во сне. Когда я подошёл к границе города Челябинск, я обо что-то стукнулся головой. Об что-то невидимое. Я отошёл, постучал по воздуху. Там ничего нет, но рука что-то щупает. Я буквально стучу по пустоте. Я не могу пройти сквозь этот барьер. Здесь невидимая стена.
Разозлившись, я нашёл бутылку стеклянной воды от какого-то пива, которую бросил, вероятно, какой-нибудь пьяница, и швырнул в барьер
Она ударилась о невидимую стену и разлетелась вдребезги, но осколки не упали на землю. Они зависли в воздухе, дрожа, будто попали в желе. А потом по стене пошла рябь. Как круги по воде от брошенного камня.
Прозрачность исчезала медленно, словно с реальности сдирали кожу. То, что секунду назад было лесом и дорогой, свернулось, как старая фотография, и исчезло. За барьером открылся космос.
Тысячи звëзд прямо перед мной в паре метров о меня.
. И замер, раскрыв рот. Стена больше не была прозрачной. Прозрачность ушла, и вместо леса на конце города я увидел космос. Звёзды, которые были прямо за границей моего города. От изумления я выронил пластиковую бутылку.
Я посмотрел на верх барьера и увидел звёзды. Не настоящие. Купол был прозрачный, полностью и закрывал весь город. В самом верху купола были звёзды — просто тусклые точки, на верхушке барьера закреплённые там. Я увидел и Луну, которая была в небе над куполом, но она была чем-то закреплена, чем-то гигантским, что шло чем-то похожим на провода. Я провода.
И Луна. Моя Луна, на которую я смотрел каждую ночь в телескоп. Она висела прямо надо мной, но теперь я видел правду. Это был не спутник. Это был шар из матового стекла, закреплённый на гигантской конструкции
Я был ошарашен. Я стоял на границе России, города, а за ним — космос и звёзды. Но я был не один. В паре сотен метров от меня был такой же купол, в котором, вероятно, был тоже человек. Я посмотрел далеко от меня — были тысячи таких же куполов.
Я не один таких куполов в искуствной средой тысячи.
В самом центре
Была огромная лампа которая симулировала солнце
Я резко обернулся. Пьяница, шатаясь, брёл в мою сторону. Но его голова дёрнулась под неестественным углом, а кожа на лице пошла рябью, обнажая под собой не кровь и плоть, а мешанину из пикселей и чёрной пустоты.
— Тебе здесь не место, — повторил он, и его тело начало расти, вытягиваться, ломаться, превращаясь в нечто с восемью конечностями.
Чëрт возьми.
Я побежал. Сердце колотилось где-то в горле. За спиной раздался скрежет. Я не оборачивался. Я просто бежал,
Я бегу, кажется, эта тварь подпрыгивает и скоро меня догонит, я понимаю, что сейчас умру от этого дерьма. Вот и всё, мне кранты.
Я уже жду смерти, как из-за угла выезжает грузовик и летит прямо на меня и на эту тварь.
Я отскакиваю, а этот паук не успевает, его ко всему чертям раздавливает и размазывает этот грузовик.
Во всю улицу хлестнуло зеленой кровью, и запачкали моё лицо.
Паук сдох. Его тело лежало размазанным на дороге.
Из грузовика вылез мужчина и сказал:
— Это опасная зона.
— Ты не НПС? — спросил я его.
— Нет. Видишь символ надо мной? — он показал пальцем вверх.
— Всё, кто не НПС, я надеюсь, ты это знаешь, раз дошёл до сюда.
— Я думал, я один в этом куполе. Не НПС? — сказал он.
— Сюда лучше не ходить без оружия, ты чуть не умер.
— Я не знал.
— Я тебе объясню, кто я.
На мужчине была надета винтовка и револьвер
Он явно бывалый
Он оценивающе на меня посмотрел.
— Я думаю, ты ведь знаешь, раз ты сюда дошёл, что с миром что-то не так, — сказал он, усмехнувшись.
— Конечно. Я думаю, мы в симуляции.
— Тогда нам есть о чем поговорить.
Мы отъехали от мёртвых остатков паука.
— Я надеюсь, тебе понятна механика симуляции? — спросил он.
— Ну, я, кажется, понял, что каждые 90 дней всё перезагружается, что нас оцифровали пришельцы, и вот всё, что мне известно. И что я здесь 6096 циклов, только я всё забываю.
— В общем, основы тебе известны, — сказал он. — Я здесь три цикла. Я нашёл способ сохранять память.
— Как?
— Есть баганая зона. В ней ничего не удаляется, и в ней можно сохранить память. Я там живу. Вот уже новый цикл идёт, 23 дня.
— Меня Илья зовут. Я инженером был, точнее, мой оригинал, которого оцифровали. И здесь я тоже.
— Многие новички умирают на границе. Тебе повезло. Я собирался поехать к куполу, к ядру.
— Что такое ядро?
— Ядро питает все купола. Оно в самом центре. Если его отключить, вся симуляция отключится. Ядро питает всё. Оно в этом космосе. Я собираюсь в этом цикле попробовать его отрубить. Ещё не пробовал выходить в межкупольное пространство. Я хочу его отключить, чтобы освободить всех пленников от этой симуляции, удалить всех, чтобы люди не мучились тысячи циклов. В том числе хочу и себя удалить.
— Илья... что это было? Вот этот паук? Кто это был?
граница города — это не просто стена. Это шов. Здесь система нестабильна, и сюда выплёскивается весь её мусор. Пауки, глюки, люди-тени. Они не охраняют купол. Они — ошибки, которые система не успела исправить.
— Откуда ты это знаешь?
— Я проверял, — он усмехнулся. — Три цикла проверял. Каждый раз я доходил до границы, и каждый раз меня убивали. Но я запоминал. И теперь я знаю, как выжить здесь.
И знаешь что... Помнишь этого пьяницу? Он тоже был человеком когда-то. Эти монстры — они тоже люди.
— В смысле?
— Ядро находится за куполами. И если ты в конце цикла останешься за куполом, система начнёт лагать. И изуродует тебя во что-нибудь ужасное. В конце цикла система нестабильна, и во время перезагрузки ты можешь превратиться во что угодно.
Она
не рассчитана на то, что кто-то будет шляться снаружи. И в момент перезагрузки она переписывает тебя. Уродует. Превращает в ту тварь, что гналась за тобой. В багальщика.
— Раз это люди... мы убили его...
— Да. А что ты предлагаешь делать? Он уже не человек. Они им был. В его сознании осталась лишь каша.
Он зделал паузу и я спросил
— Это показывает, что многие уже пытались уничтожить ядро?
— Верно.
— Тогда как ты собираешься это сделать?
Все люди, у которых нету ¶ над головой, — NPC. Система делит людей на два класса: NPC и не NPC.
— А есть в нашем куполе ещё кто-то, кроме нас?
— Были. Два цикла назад. Но они как глупцы полезли в межкупольное пространство. И вот ты появился.
— Их звали Тед и Вадим. Оба подумали, что они самые умные, и полезли к ядру. Думали, что всех спасут. Но нет.
— Я тебе помогу уничтожить ядро.
Илья посмотрел на меня долгим взглядом. Он не улыбнулся, не похлопал меня по плечу. Просто кивнул.
— Тогда нам нужно подготовиться. У нас не так много времени.
Я смотрел на него и понимал: теперь я не один. Теперь у меня есть союзник. И цель
— Показать тебе Баганую зону? Я там живу.
Он завёл грузовик. Мы ехали молча, петляя по каким-то дворам, мимо заброшенных гаражей и пустырей, которых я раньше в Челябинске не замечал. Через полчаса он остановился у старого бетонного забора. За ним торчал остов недостроенной многоэтажки.
— Здесь, — сказал он. — Добро пожаловать в единственное место, где система нас не видит.
Мы прошли через пролом в заборе, спустились по лестнице в подвал. Внутри было сухо, горела тусклая лампа, прикрученная к аккумулятору. Вдоль стен стояли стеллажи, сколоченные из фанеры. На них — банки с консервами, бутылки с водой, медикаменты, свёртки с одеждой. У дальней стены — матрас, накрытый старым одеялом. Рядом — стол, на нём ноутбук и кипа исписанных листов.
Часть комнаты горела синим светом пикселей. Еда тоже была наполовину пиксельная. Рядом было ещё две кровати.
— А это чьи?
— Теда и Вадима, — холодно сказал он.
— Тебе нет смысла оставаться в городе. Можешь оставаться здесь. В городе NPC. И ещё: к 30 дню люди в городе начнут сходить с ума. Чем ближе система к 90 дням, тем больше она лагает. Я думаю, ты заметил, что чем дальше, тем хуже.
— Луна... почему она становится меньше?
— Луна играет роль вроде таймера. К концу 90 дней она исчезает. В первый день она полная. Короче, это таймер.
— А как выходить в межкупольное пространство? — спросил я.
— Чем ближе к 90 дням, а точнее к 3 декабря, тем купол становится более хрупким. К 90 дням можно ногой пнуть, и он начнёт разлетаться, как стекло. Из-за этого многие не успевают. Потому что в конце цикла есть один день, чтобы уничтожить ядро. Иначе ты станешь багом.
— Эта симуляция существует тысячелетия. Здесь были оцифрованы люди ещё десятого века, одиннадцатого... из многих эпох. Просто они пережили больше циклов. Ты понимаешь, о чём я?
— Да.
— А кто они? Кто это делает?
— На этот вопрос никто не может ответить.
— Я собираюсь ещё поискать ребят, людей. Вдвоём мы не справимся. Определённо, на весь купол есть ещё несколько людей.
И тут я понял. Марк. Он был не NPC. И я ему рассказал про Марка.
— Скорее всего, твой друг — багальщик, который смог немного продержаться в обычном теле, — сказал Илья.
И тут я понял. Значит, Марк пытался удалить систему.
Сегодня я чудом выжил. Я узнал многое. Теперь у меня есть союзник и, главное, цель.
