Он ушёл за хлебом в половине седьмого.
Вера даже не посмотрела на часы — просто услышала, как хлопнула дверь. Продолжала резать лук. Суп кипел, окна запотели, в квартире пахло едой и обычным вечером.
Через сорок минут она сняла суп с огня.
Андрея не было.
Сначала подумала — очередь. Или встретил кого-то из знакомых, заговорился. Андрей умел заговариваться — мог стоять у подъезда полчаса, обсуждая футбол с соседом.
Позвонила в восемь.
Телефон был недоступен.
Позвонила в девять. Потом в десять.
Недоступен. Недоступен. Недоступен.
Лена с третьего этажа пришла сама — услышала, как Вера ходит над головой.
— Случилось что?
— Андрей ушёл за хлебом. Три часа назад.
Лена помолчала. Зашла. Поставила чайник.
Они сидели на кухне и ждали. Вера смотрела на телефон. Лена смотрела на Веру.
— Может, скорую вызвать? — сказала Лена наконец.
— Подожду ещё немного.
В полночь Вера позвонила в полицию.
Там объяснили — взрослый человек, прошло меньше суток. Посоветовали ждать.
Она ждала.
В три ночи легла, не раздеваясь. Телефон держала в руке.
В шесть утра он позвонил сам.
— Вера.
— Ты где?
Пауза.
— Я у Светы.
Вера знала Свету. Работали вместе два года назад. Андрей говорил — просто коллега.
— Ты за хлебом ушёл, — сказала Вера.
— Вера, я...
— Хлеб купил?
Он не ответил.
Андрей вернулся днём. Позвонил снизу — спросил, можно ли подняться.
Вера открыла дверь. Посмотрела на него.
Хлеба у него не было.
— Заходи, — сказала она. — Суп остался. Холодный уже.
Андрей зашёл. Сел. Смотрел в стол.
Вера поставила тарелку перед ним. Села напротив.
— Рассказывай, — сказала она спокойно. — Всё.
За окном был обычный день. Среда.