Иран был готов пригласить Россию к участию в переговорах об урегулировании конфликта на Ближнем Востоке, но США в этом не заинтересованы, заявил «Известиям» посол Исламской Республики в Москве Казем Джалали. По его словам, Вашингтон не готов привлечь и своих европейских союзников, которые участвовали в предыдущей ядерной сделке 2015 года. При этом Тегеран не обязан давать гарантии отказа от создания ядерного оружия, поскольку не ставит перед собой такой задачи, подчеркнул Джалали. Дипломат отметил: новый верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи полностью здоров и управляет страной. О перспективах расширения безвиза с РФ и будущем Ормузского пролива — в эксклюзивном интервью посла Ирана в России «Известиям».
«Ядерное мирное сотрудничество между Ираном и Россией продолжается»
— На прошлой неделе завершился ПМЭФ, где обсуждались многие практические вопросы. Интеграция наших платежных систем «Мир» и «Шетаб» сейчас буксует из-за санкционных рисков. Какое альтернативное техническое решение готовят центробанки России и Ирана?
— Я могу сказать, что ирано-российские отношения в сфере банковских взаимодействий находятся на очень хорошем уровне. Мы работаем — покупаем и торгуем — в национальных валютах. Мне кажется, что сейчас мы наблюдаем лучшую ситуацию в течение истории наших отношений в сфере банковских взаимодействий. Конечно же, нам нужно устранить определенные барьеры и ускорить этот процесс.
— Планируют ли Россия и Иран ввести безвизовый режим для индивидуальных путешественников?
— Что касается позиции Исламской Республики Иран, мы, конечно же, заинтересованы в безвизовом режиме. Мы предлагали свои варианты решения этого вопроса российским коллегам. Это уже зависит от их решения. Иран полностью готов открыть страну для российских граждан.
— Говоря о развитии российско-иранских отношений, нельзя не отметить, что Тегеран допустил мониторинговую миссию МАГАТЭ на АЭС «Бушер», которая строится при участии «Росатома». Стала ли эта инспекция частью каких-то дополнительных уступок на переговорах с США?
— Мирное ядерное сотрудничество между Ираном и РФ идет давно. Мы благодарны российским коллегам за помощь в этой сфере. Первый блок АЭС «Бушер» уже запущен, давно вырабатывает электроэнергию. Российские подрядчики сейчас строят второй и третий блоки станции. И в прошлом году мы подписали контракт на $25 млрд, иранская частная компания выразила готовность построить АЭС «Хормоз». Еще мы работаем над созданием маломощных АЭС во всей нашей стране. Ядерное мирное сотрудничество между Ираном и Россией продолжается.
«Этот пролив будет открыт, но с новыми условиями»
— Иран предлагает управление Ормузским проливом по типу Суэцкого канала. Какие именно страны помимо Омана Тегеран видит в совместном управлении этим проливом?
— Ормузский пролив принадлежит двум сторонам — Исламской Республике Иран, а также султанату Оман. С оманскими друзьями мы ведем переговоры, с тем чтобы разработать механизм управления этим проливом. Вы знаете, что за последние несколько десятилетий он был открыт для всех судов, и Исламская Республика Иран никогда не использовала этот пролив как рычаг давления.
Но, к большому сожалению, американцы и израильтяне провели агрессию против нас, развязали войну против нас, и в результате Ормузский пролив был закрыт. Наша страна не заинтересована, чтобы он был закрыт и в дальнейшем. Но мы понимаем, что появились совершенно новые условия в регионе. И с учетом этого мы принимаем должное решение. Что касается судьбы этого пролива, она только в руках оманских и иранских руководителей.
— Иран также предлагал ввести оплату за проход судов, но США категорически отвергают эту идею. Согласен ли Тегеран пойти на уступки для того, чтобы полностью разблокировать Ормузский пролив и обеспечить свободу навигации?
— Дело не в уступках. Мы хотим решить проблему. Это американцы и израильтяне, агрессоры, создали эту проблему. Естественно, этот пролив будет открыт, но с новыми условиями, которые определят иранские и оманские власти. Это то, что сейчас обсуждается. Мы понимаем, что Иран и Оман оказывают определенные услуги в рамках этого пролива. И за оказание этих услуг будут взимать определенную плату. Мы посмотрим, поймем в будущем, какой будет судьба этого пролива.
«Мы никогда не стремились к созданию ядерного оружия»
— Удовлетворен ли Тегеран посредническими услугами Пакистана? Рассматривает ли Иран привлечение других стран к урегулированию конфликта на Ближнем Востоке?
— Насчет участия некоторых стран — нет. Я понимаю, что вы имеете в виду роль России и Китая в этом процессе как медиаторов. Мы всегда использовали позитивную роль РФ в любых переговорных процессах. На самом деле у нас была готовность пригласить российских коллег для решения этого вопроса. Но Дональд Трамп и американцы не были заинтересованы в этом. Трамп, как эгоист, не хотел других участников, он хотел сказать, что это он — единственный, кто решает этот вопрос. Он растоптал, по сути, международное право. Он также и отказывается от роли других больших держав в разрешении международных вопросов.
— Получается, США — единственное препятствие для подключения других стран к урегулированию конфликта?
— Это так, точно.
— Замглавы МИД Ирана недавно заявил, что текст соглашения с США дорабатывается. Готов ли Тегеран предоставить Вашингтону письменные гарантии по поводу ядерной программы для того, чтобы это соглашение наконец было доработано?
— Мы не нуждаемся в том, чтобы кому-то давать гарантии. В нашей военной доктрине никаких целей по созданию ядерной бомбы не стоит. Наш покойный лидер неоднократно это подчеркивал. Он сказал: мы никогда не стремились к созданию ядерного оружия, но, если бы мы хотели, мы бы создали его давным-давно.
Дональд Трамп хочет показать всему миру, что он стал барьером для достижения Ираном ядерной бомбы. Вы видите, что он постоянно в твитах пишет, что «он решил, он не допустил». Мы изначально не хотели создания ядерного оружия. Вы видели, сколько инспекций проводилось со стороны МАГАТЭ. Есть доклады, отчеты агентства, которые говорят: нет ни единого признака того, что Иран когда-либо стремился к созданию этой грязной бомбы.
Мы понимаем, что Трамп сначала создает проблемы, а потом говорит, что решил их. И вот таким образом получает авторитет. Мы никогда не стремились к созданию ядерного оружия. И это приказ нашего покойного предыдущего верховного лидера.
«Европа сейчас не занимает никакого места в этих процессах»
— Будет ли Тегеран требовать письменных гарантий от Вашингтона или от Израиля о ненападении в будущем?
— Вопрос войны в целом — это совершенно другой вопрос. Естественно, говорят, что подобные гарантии нужны, потому что американцы и израильтяне неспровоцированно атакуют другие страны. Посмотрите, в 2025 году они атаковали нас. Мы 12 дней сопротивлялись агрессии. Стоит вопрос: почему атаковали? Они просто нанесли удар по определенным гражданским объектам и убили определенных людей.
И в феврале этого года они вновь атаковали нас. 40 дней иранский народ сопротивлялся. Стоит вопрос: зачем они нанесли удар? Они отвечают, что атаковали нас, с тем чтобы Иран не создал ядерного оружия. Трамп неоднократно заявлял, что он якобы разрушил все ядерные центры республики. Он даже утверждает, что ядерный материал Ирана закопан под грудами земли. Если он разрушил, если ядерного материала нет, зачем атаковать еще раз?
Это неспровоцированные войны. С одной стороны, они, по сути, разрушили международное право, а с другой — поставили под вопрос гуманитарную позицию мирового масштаба. Нам нужно решить эти вопросы на международном уровне. И, конечно, мы не можем мириться с тем, чтобы они получили передышку, а потом еще раз заново атаковали нас. Мы должны пресечь эту цепочку событий.
— Вы подчеркнули, что Иран не стремится к созданию ядерного оружия. При этом, согласно докладу МАГАТЭ, процент обогащенного урана выше процента, который необходим для использования в гражданских целях. Чего тогда добивается Тегеран в случае обогащения урана?
— Иран в принципе дважды повысил уровень обогащения урана, несмотря на то что до первого раза мы всегда обогащали уран до уровня меньше 5%. В первый раз, когда мы повысили уровень обогащения, причина заключалась в том, что у нас в Тегеране есть электростанция 5 МВт. Эту электростанцию построили нам американцы до Исламской революции 1979 года. Она производит определенные радиопрепараты медицинского назначения. Согласно правилам МАГАТЭ, когда заканчивается топливо для любых АЭС, члены агентства должны отправить запрос на обеспечение их топливом. И МАГАТЭ обязано предоставить возможность покупки топлива из любой другой страны.
Мы шли точно этим путем. Но ни одна страна в мире не поставляла Ирану топливо, которое нам нужно для этой АЭС. Наш народ нуждается в производстве подобных радиопрепаратов. А по вашему мнению, как мы должны были поступить? Мы решили повысить уровень обогащения урана до 20%. И быстрыми темпами смогли решить нужду этой АЭС. Это было наше право.
Почему мы второй раз повысили уровень обогащения урана? В рамках ядерных соглашений 2015 года мы договорились, но американцы взяли и вышли из этих договоренностей. Мы предложили работать и сотрудничать с европейскими участниками этой сделки. Я вам скажу: даже они не соблюдали своих обязательств. Мы повысили уровень обогащения урана в качестве реакции на несоблюдение обязательств со стороны европейцев и американцев. И мы неоднократно говорили, что не стремимся к созданию ядерного оружия.
— Допускает ли сейчас Тегеран какое-то подобие ядерной сделки, которая была заключена в 2015 году с теми же гарантами — европейцами, а также Россией?
— На самом деле Европа сейчас не занимает никакого места в этих процессах. Где Европа сейчас? Рассчитывать на них не стоит. Трамп не готов, чтобы отдать какую-либо роль своим европейским друзьям. Как я уже сказал, он не хочет допускать других участников, Трамп хочет сказать, что он единственный человек, решающий этот вопрос.
«Наш лидер жив и здоров»
— Сейчас очень активно обсуждается, что власть в Иране перешла по большей части к Корпусу стражей исламской революции. Были сообщения об отставке президента Масуда Пезешкиана, но в Тегеране это опровергли. Действительно ли это так и существует ли такая проблема?
— Это позиция тех СМИ, которые выступают против России и Ирана. Подобные слова звучат на Западе в адрес России, но на самом деле это не так. За 47 лет существования Исламской Республики были подобные голоса, но всё это слухи. Они не раз говорили, что Исламская Республика рухнет через день. На самом деле мы уже привыкли к этой ложной информации. Иран в войне показал всему миру, что и его народ, и власть едины как никогда.
Мы понимаем, что они хотят демонизировать и информационной войной достичь своих задач именно в поле, как говорится, мягкой силы. Наш новый избранный верховный лидер сильно управляет страной. Вы видели, что даже говорили, будто верховный лидер либо погиб, либо сильно ранен. Несколько дней тому назад [госсекретарь США Марко] Рубио был вынужден просто признаться в том, что верховный лидер Ирана работает и управляет страной, хотя несколько недель тому назад они заявляли, что нет в Иране никакого лидера.
Наш президент, господин Пезешкиан занимается своими делами и полностью владеет властью в стране. Во время войны наш народ никогда не чувствовал дефицита какого-либо товара. Тогда кто решает подобные вопросы? Это и есть наше правительство и руководители. Так что это слухи, которые не обоснованы. Нет никакого раскола между властями.
Вы можете посмотреть и на другой аспект. Они убили нашего лидера и думали, что Иран после этого рухнет. Но в те сложные, кризисные моменты он не рухнул. Мы одержали победу в течение этого времени. Всё состоялось, всё на месте. Сейчас в России, в Санкт-Петербурге, на форуме я с утра встречаюсь с разными людьми. Все они восхищены сопротивлением иранского народа. Они все говорят, что Иран выстоял и выдержал. Но мы понимаем, что коллективный Запад, США не могут терпеть сопротивления Ирана, и поэтому распространяют подобные слухи и дезинформацию. Не стоит им доверять.
— Нельзя не отметить, что новый лидер Ирана Моджтаба Хаменеи никогда не появляется на видео. Вы лично его видели?
— Он жив и здоров. Они убили нашего предыдущего лидера. А кто может выбрать несуществующего лидера для продолжения управления страной? У нас немало кандидатов на этот пост. Мы могли сказать, что наш верховный лидер не погиб, но в первую ночь всем официально заявили, что это так. И даже вы видели, что в течение двух недель лидерский совет, который был образован в рамках нашей Конституции, решал вопросы. Они продолжили бы этот путь. Не было никакого аргумента или причины, чтобы выбрать несуществующего человека. Так что на самом деле это необоснованные вопросы.
Наш лидер жив, здоров, занимается своими вопросами административного характера. Мы понимаем, что это враг провоцирует нас на действия, на реакцию. Но мы полностью должны обеспечить его безопасность. Подобные слухи и дезинформация не могут нас заставить принимать иное решение. Его здоровье и его безопасность — это главный вопрос для всех нас.