Дороти Паркер умерла в июне 1967 года. Завещание она составила незадолго до смерти — и оставила всё своё имущество и авторские права Мартину Лютеру Кингу. Когда Кинг был убит в 1968 году, права автоматически перешли НААCP — такая оговорка была в документе.
Многие биографы трактуют это как политический жест. Это точно, но не полностью.
В тридцатые годы Паркер была одной из немногих белых знаменитостей, открыто поддерживавших движение за гражданские права и посещавших смешанные собрания в то время, когда это стоило репутации. В 1949 году именно за это — за участие в антирасистских организациях — её внесли в голливудский чёрный список. Она потеряла контракты. Потеряла доход. Не отреклась.
К концу жизни она жила в одном гостиничном номере, почти без денег, почти без заказов. Авторские права на её произведения были единственным активом, который у неё оставался.
Она могла оставить их литературным организациям, университетам, старым друзьям. Выбрала НААCP.
Её спрашивали в интервью, почему именно туда. Она не объясняла развёрнуто. Один раз сказала коротко: «Потому что это важнее меня».
НААCP получает отчисления с её произведений каждый год. В год протестов 2020-го продажи её книг выросли на сорок процентов — деньги снова пошли туда же.
Острота была её инструментом. Завещание было чем-то другим — поступком без аудитории, без аплодисментов, без возможности услышать реакцию. Именно поэтому ему можно верить.