Тайна старого особняка. Часть четвёртая:
Поезд Петербург — Варшава мчался сквозь ноябрьский туман. Эраст Петрович Воронцов, устроившись у окна с чашкой чая, перечитывал письмо своего друга, Станислава Витольда:
«Дорогой Эраст Петрович, ситуация становится критической. За последние два месяца из архивов и частных коллекций исчезло пять уникальных манускриптов, связанных с историей Тевтонского ордена. Все кражи совершены с поразительной точностью — словно вор знает каждый тайник. Прошу вас приехать: только ваш острый ум может распутать этот клубок».
Встреча в Старом городе
Варшава встретила Воронцова промозглым ветром и запахом жареных каштанов. В кафе «Под орлом» его уже ждал Витольд — высокий, худощавый поляк с проницательными глазами.
— Эраст Петрович, — взволнованно начал он, — последняя кража произошла прошлой ночью. Из архива Радзивиллов исчез пергамент с печатью великого магистра Ульриха фон Юнгингена. Это ключ ко всей серии!
— Опишите подробности, — попросил Воронцов, доставая блокнот.
— Архив охраняется круглосуточно. Ночью дежурил старый сторож Янек. Он клянется, что не спал, но… вдруг почувствовал запах лаванды, а потом провалился в глубокий сон. Очнулся утром — пергамента нет.
След лаванды
Воронцов осмотрел архив. В комнате действительно витал слабый аромат лаванды. На подоконнике он заметил крошечные следы белой пудры.
— Интересно, — пробормотал Эраст Петрович. — Кто‑то использовал снотворное на основе лавандового масла и талька для маскировки следов.
Он изучил план здания:
— Окно выходит во двор, но под ним трёхметровый забор. Обычному человеку не перелезть незаметно.
Витольд хлопнул себя по лбу:
— Канализация! Под архивом проходят старые тоннели, ещё тевтонские. Я покажу.
В подземелье Воронцов обнаружил свежие следы обуви у решётки. Рядом лежал обрывок ткани с вышитой монограммой — переплетённые буквы «V» и «R».
Засада в музее
— Эта монограмма, — пояснил Витольд, — принадлежит роду Вонсовичей. Последний из них, граф Владислав, разорился и исчез пять лет назад. Говорили, он связался с тёмными личностями в Берлине.
Воронцов решил устроить ловушку. Они разместили в музее копию пергамента и организовали засаду.
Глубокой ночью Эраст Петрович заметил тень, скользящую вдоль стен. Незнакомец в чёрном костюме ловко обошёл охрану и приблизился к витрине. В тот момент, когда он достал инструмент для вскрытия стекла, Воронцов включил свет:
— Стойте, граф Вонсович! Или мне следует называть вас «Архивариус»?
Незнакомец замер, затем медленно обернулся. Перед ними стоял измождённый мужчина лет сорока с аристократическими чертами лица.
— Вы проницательны, пан Воронцов, — горько усмехнулся он. — Да, это я. Но я не вор — я спасаю историю!
Разгадка
В полицейском участке Вонсович рассказал свою историю:
— Мой род веками собирал эти манускрипты. Когда я разорился, их распродали по частям. А теперь я узнал, что все документы покупает некий «Клуб Северных древностей» из Берлина — организация, связанная с мистическими обществами. Они хотят использовать знания ордена в своих целях!
Воронцов задумался:
— Значит, вы крали, чтобы помешать им собрать полный комплект?
— Именно! — воскликнул граф. — Каждый пергамент — фрагмент карты, указывающей на тайное хранилище ордена. Если собрать все части…
Эраст Петрович переглянулся с Витольдом. Теперь мозаика сложилась.
Операция «Орден»
Они разработали план. Вонсович, якобы раскаявшийся, должен был предложить «Клубу» продать последний недостающий фрагмент. Встреча была назначена в старинной ратуше на Рыночной площади.
В день сделки Воронцов и Витольд заняли позиции у здания. Когда берлинские агенты передали графу чемодан с деньгами и получили пергамент, сыщик дал сигнал. Полицейские окружили помещение.
Среди задержанных оказался человек, которого Воронцов уже видел — секретарь австрийского посольства в Петербурге, барон фон Клинген.
— Так вот кто сливал информацию, — тихо произнёс Эраст Петрович.
Развязка
На следующий день в газетах писали: «Благодаря совместным усилиям польской и российской полиции раскрыта международная сеть контрабандистов. Все украденные манускрипты возвращены в архивы».
Граф Вонсович, учитывая его мотивы и помощь в расследовании, избежал тюрьмы. Витольд предложил ему должность хранителя в Национальном архиве.
Провожая Воронцова на вокзале, Станислав сказал:
— Вы не просто раскрыли дело, Эраст Петрович. Вы спасли часть нашей истории.
— История — хрупкая вещь, — улыбнулся Воронцов. — Её нужно беречь. А теперь мне пора в Петербург. Кажется, граф Орлов приготовил для меня новое задание…
Поезд тронулся. За окном мелькали огни Варшавы, а в голове Эраста Петровича уже складывались очертания нового приключения.