(В поисковиках фильм называется «КолУмбус», хотя более правильно читать «КолАмбус». Фильм буду называть через «у», город – через «а»).
Население города Коламбус, штат Индиана, немногим превышает 50 т. человек (чтоб Вы понимали: это меньше, чем население нашего Кунгура, с его 60 т.). Тем не менее, не смотря на свои более, чем скромные размеры, городок этот по праву считается своеобразной архитектурной меккой США. Некоторые его даже называют «Афинами прерий», и всё благодаря богатейшему архитектурному наследию. Конечно, никто не стал бы набивать просто так, за даром, провинциальный городок шедеврами архитектуры и паблик-арта. Секрет изобилия прост: в Коламбусе располагается штаб-квартира транснациональной компании Cummins Inc., крупнейшего производителя дизельных двигателей, и владельцы компании не жалели денег на привлечение в город лучших архитекторов своего времени. Здесь успели поработать: Ээро Сааринен и его отец Элиэль Сааринен (родившийся, между прочим, в Российской Империи, ещё до обретения независимости Финляндией), Иео Мин Пей, Роберт Вентури, Сезар Пелли и Ричард Мейер. Среди важнейших достопримечательностей Коламбуса обычно упоминают здания Первой баптистской церкви и Первой христианской церкви, дом Миллера (вместе с садом!), Северную христианскую церковь, начальную школу Мэйбл Макдауэлл, здание банка Ирвин Юнион, мост Роберта Н. Стюарта, здание мэрии Коламбуса и здание суда округа Бартоломью. И это, поверьте, ещё не всё! При таком количестве сокровищ, странно, что до 2016 года у нас не было фильма, действие которого происходило бы в столь замечательных декорациях (тем более, что у корпорации Cummins деньги на подобные проекты однозначно водились). Но вот в 2016 году выходец из Южной Кореи, режиссёр Когонада исправил ситуацию и снял такой фильм. Фильм, в котором главной героиней оказывается Архитектура, а люди, истории жизни которых нам показывают - всего лишь статисты.
Сюжет фильма таков: кореец Джин (Джон Чо) вынужден бросить все свои дела в Сеуле и экстренно примчаться в США, в крохотный городок Коламбус, что в Индиане. Дело в том, что с отцом Джина, известным историком архитектуры, случилась беда (подробностей мы не знаем, но почтенный профессор в коме, наверное, инсульт). Оказавшись в городе, Джин знакомится с местной девчушкой Кейси (Хейли Лу Ричардсон), талантливой фанаткой архитектуры, отказывающейся от собственной жизни ради заботы о матери, бывшей наркоманке. Джин, всю жизнь не ладивший с отцом и которому не терпится поскорее убраться из Коламбуса, и Кейси, боящаяся оставить мать без присмотра, за полтора часа экранного времени проделают существенную эволюцию: первый – осознает, что у него нет выбора, кроме как остаться в этом городке на другой стороне планеты, и ждать разрешения ситуации с отцом (улучшения состояния либо смерти), вторая – что она не властна над судьбой матери и не может опекать её бесконечно, забивая на обязательства перед самой собой. На пути к этим озарениям Джин и Кейси бродят по городу, рассматривают его достопримечательности, разговаривают об архитектуре и о том, что она – архитектура – для них значит. Всё.
Есть такие вещи… Одежда, например. Еда. Дома, в которых мы живём. Эти вещи, по сути, сугубо прикладные: натянул штаны и футболку, сунул в рот бутер с колбасой, запил чашкой чая, убедился, что краны перекрыты, свет выключен, закрыл дверь на ключ – и отправился жить. Всё важное – где-то там, в стороне от этих обыденных прикладных вещей. Но временами что-то происходит и самые простые предметы, самые привычные объекты вдруг перерастают сами себя и, неожиданно, мы узнаём в них самые настоящие произведения искусства. И тогда простая одежда вдруг вырастает до Высокой Моды. Еда – до Высокой Кухни, а вместо обычных хрущёвок перед нами возникают образцы Высокой Архитектуры, в которой нет вообще ничего «обычного». И зачастую эти образчики Красоты, эти эталоны гармонии вовсе не находятся где-то там, вдали, за тридевять земель. Зачастую они здесь рядом, только мы с вами по привычке их не замечали, проходили мимо, погружённые в свои мысли, занятые сами собой. А потом кто-нибудь вдруг возьмёт и заметит, и покажет нам, и жизнь наша необратимо меняется.
В фильме «Колумбус» показано что-то подобное. Момент узнавания. Это узнавание не возникает сразу, оно как бы постепенно проявляется, словно изображение на фотоснимке: медленно, кадр за кадром, прогулка за прогулкой, разговор за разговором, слово за словом. Джину повезло встретить Кейси – она расшевелила его, показала красоту привычных окружающих вещей (впрочем, и Кейси повезло – Джин поддержал её стремление к новой, своей собственной, полной открытий жизни). Но главное в фильме, повторюсь ещё раз, кроется отнюдь не в разговорах героев, не в историях их жизней. Это не фильм-нарратив, это – фильм-пребывание в моменте. «Главное» этого фильма – в долгих планах, в композиции кадров иногда строго симметричной, а порой, напротив - головокружительно асимметричной, в демонстрации молчаливых объектов архитектуры, в том, как здания удивлённо внимают разговорам людей и одновременно просто…существуют, пребывают в своём темпоральном измерении. Их красота, их неподвижность, пространство в них заключённое – это какой-то иной, параллельный нашему, способ бытия. Мы, люди, на их фоне – просто суетливые муравьи: бегаем, терзаемся каким-то своими неразрешимыми вопросами, к чему-то стремимся, от чего-то бежим, но стоит остановиться на миг, посмотреть незамутнённым глазом на то, что нас окружает и мы, если повезёт, увидим красоту и гармонию молчаливых линий, плоскостей и пространств. Они всегда были здесь (ну хорошо, не всегда, но уже очень и очень давно) и только и ждали, чтобы мы остановились и восприняли, узнали их. В эти мгновения узнавания они – линии, плоскости и пространства - оживают.
Я совершенно не знаток архитектуры. Я не разбираюсь в ней, у меня минимум знаний в этой области. Есть вещи, которые меня ужасают, есть архитектурные объекты, оставляющие меня равнодушным и мне требуются объяснения людей сведущих: почему это красиво и хорошо, а это – плохо и безвкусно. Между прочим, лучшему пониманию природы архитектуры мне помогла одна фраза из другого кино, из документального фильма 2024 года «Шиндлер: архитектура тишины». В этом фильме, посвящённом жизни и творчеству одного из крупнейших американских архитекторов середины 20 века, кто-то из комментаторов произносит примерно такие слова: «Нельзя почувствовать и понять в полной мере гениальность Шиндлера, рассматривая фотографии его работ, для того, чтобы ощутить воздействие архитектуры – надо оказаться внутри этих пространств, пережить на месте воздействие их геометрии, их объёмов». Вот почему «архитектура – это музыка в камне». Точно так же невозможно оценить красоту музыкального произведения, глядя на нотный лист, заполненный закорючками нот, диезов, бемолей и скрипичных ключей. Музыку нужно исполнить, для того чтобы полюбить её – музыка должна зазвучать. То же самое, кстати, касается гастрономических шедевров: можете наизусть повторять рецепт «Буйабеса» хоть тысячу раз – пока не попробуете, не будете знать, что это такое. А для того, чтобы оценить в полной мере, полюбить архитектуру какого-то здания – нужно очутиться рядом с ним, оказаться внутри него. В фильме Когонады, мне кажется, архитектурные объекты сняты с такой любовью, рассматриваются под таким ракурсом, что даже я понимаю: да, это и есть Красота, я чувствую её воздействие на меня. Даже не будучи рядом или внутри этих зданий. Хотя, всё равно это суррогат настоящего чувства.
Обычно, когда заговаривают о фильмах, посвящённых архитектуре и архитекторах, с недавних пор сначала вспоминают «Бруталиста» Брэйди Корбе. Но фильм 2024 года с Эдрианом Броуди в роли архитектора Ласло Тота – это, прежде всего, тяжёлая, даже тягостная, драма одинокого человека-творца, а ещё – обличительная отповедь звериной натуре американского капитала, забавляющегося «культурой», словно ещё одной своей дорогой игрушкой. Архитектура в «Бруталисте» неотменима и играет важнейшую, но всё-таки, второстепенную роль. Главным остаётся Человек. А в «Колумбусе» архитектура и человек вполне себе соизмеримы. Кроме того, «Колумбус» - фильм довольно-таки лёгкий, прозрачный, это всего лишь неспешная прогулка с моментами созерцания и размышлений. Никакой тяжеловесности. Ноль претензий на значительность и величие. Сейчас вдруг подумал, что «Колумбус» вполне можно сравнить с фильмом 2023 года «Рецепт любви» (режиссёра Чан Ань Хунг). В «Рецепте любви» этой медитативности, поглощённости процессом, пребывания в настоящем едва ли даже не больше. Правда речь идёт о Высокой Кухне, вот и вся разница. И опять режиссёр – азиат!
Замедленность действия, немного медитативная атмосфера фильма, источником которых, безусловно, является менталитет режиссёра делают фильм очень привлекательным. Кстати, Когонада – псевдоним, настоящее имя режиссёра Пак (ну, разумеется!) Чук-ын. Псевдоним взят в честь киносценариста Кого Ноды, работавшего с Ясудзиро Одзу. В интервью 2018 года режиссёр заявил: «Если честно, этот псевдоним подразумевал только, что я американец азиатского происхождения». А как значительно звучит!
Вообще, любопытно было бы посмотреть на результат обмена режиссёрами Азии и Америки (Азии и Европы). Что если бы азиатские режиссёры лет десять-двадцать кряду снимали фильмы с европейскими актёрами, а европейцы с азиатами? Чему бы мы научились друг у друга? Как изменилось бы само понимание кино в Европе (Америке) и Азии? А если загнать несчастных режиссёров в Африку? Представляете: Сокуров (или фон Триер!) четверть века работает в Уганде или Намибии. Могло бы получиться что-нибудь очень, очень интересное.
В заключение хочу ещё раз выразить благодарность режиссёру, актёрам и всей съёмочной команде, а читателям назвать ещё парочку фильмов, в которых Архитектура – главная героиня. Оба фильма документальные: «Архитектон» 2024 года (хм, опять 2024!) Виктора Косаковского и «Последние и первые люди» 2020 года Йохана Йоханнссона. «Архитектон» целиком я не видел (доступ к фильму для Homo Russicas, видимо, ограничен правообладателями), но, судя по отрывкам, зрелище грандиозное. Зато второй фильм есть даже на «Кинопоиске» и это, доложу я вам, страннейшее, удивительнейшее зрелище. Начнём с того, что фильм вовсе даже и не документальный. Это замысловатый аудиовизуальный опыт, художественное высказывание длительностью один час десять минут о последних днях человечества - обращение людей «последних» к людям «первым» (к нам с Вами), прочитанное голосом Тильды Суинтон под музыку режиссёра и композитора Йоханнссона (наш старый знакомец, композитор шедевральной «Мэнди», см. соответствующий пост). Но самое удивительное в фильме – не таинственная инфернальная электронная музыка, не таинственный замогильный голос Суинтон. Самое удивительное – это картины титанических архитектурных колоссов (назову их Архитектоиды!) – единственное, что осталось от Человечества на опустевшей Земле будущего – медленно сменяющие друг друга перед нашими глазами. Эти нелепые объекты сняты с самых вымороченных ракурсов, их функция невообразима, их форма – сплав сюрреализма и гигантомании. Но что ещё удивительнее, «Архитектоиды» – это реально существующие объекты паблик-арта. Это не что иное, как «споменики» - мемориальные сооружения на территории бывшей Югославии – настоящий апофеоз брутализма (Ласло Тот обрыдался бы от счастья и восторга, доведись ему хоть краешком глаза увидеть этих чудовищ). Посмотрите фильм Йоханнссона ради любопытства и незабываемого эстетического опыта, но сначала посмотрите «Колумбус», чтобы зарядиться здоровой позитивной энергией и любвью к Архитектуре. А то, боюсь, после «Последних и первых людей» вы её возненавидите (шутка).
Оценка: «Колумбус» 7,4/10 (и, на всякий случай, «Последние и первые люди», раз уж я так удачно их вспомнил, э-э-э… пусть будет 6,7/10, но это не точно).
Рекомендации к просмотру: хороший фильм, не шедевр, но мне очень понравился; подозреваю, правда, что многих он оставит равнодушными и всё же, попробуйте посмотреть.
