После смерти мужа Мария осталась в доме одна. Дети были уже взрослые, приезжали с внуками, но у них своя жизнь, а у неё одиночество. В пятьдесят шесть лет осталась одна.
Свекровь позвонила вечером.
- Маша, ты уж прости, что обращаюсь к тебе. Просила своих, но у всех дела. Надо порядок навести на могилах. Ты когда поедешь к Сашеньке? Можно с тобой?
- В субботу собиралась. Конечно можно. Я позвоню, а потом заеду.
- Спасибо, дорогая.
Со свекровью отношения у Маши были всегда хорошими. Иногда мать мужа показывала свой характер, но не Марии, а другой невестке. В Марии её устраивало всё. Иногда и сыновьям доставалось, и дочери, но всегда за дело. К Марии она не придиралась, просто подсказывала, тихо и ненавязчиво. Машу тогда надо было учить, защищать. Молодая девушка, без родителей, без опекунов и родственников, вчерашняя детдомовка. В свекрови она увидела настоящую мать. Даже называть стала мамой Катей, только обращалась на вы.
Вспомнила свою, всегда пьяную, грязную, с распухшим лицом и огромным пивным животом. Мать после очередной попойки просто не проснулась. Маше было восемь. Никто не вспомнил о ней. Все узнали о смерти её матери от директора школы. Девочка пришла и рассказала учительнице про мать. Она уже знала, что мать мертва. Не было слез, было освобождение от позора. Именно так считала Мария. Конечно она не одна такая была, у некоторых одноклассников родители тоже пили, только позором считала это Маша. Родственники девочку не взяли, побоялись – гены. А Маша была даже рада этому. Нормальных родственников, в её понимании, не было. После детского дома решила навсегда забыть о своей прошлой жизни.
После замужества ей удалось даже уехать далеко от всей родни. Муж был из другой области, за две тысячи километров. Уехала и забыла прошлое. Иногда оно всплывает в воспоминаниях, но все уже давно перегорело и ушло в прошлое.
Маша позвонила свекрови, договорились, встретились и поехали.
- Что-то вы грустная, мама Катя.
- На кладбище едем, весёлые там не к стати.
- Нет, какая-то вы не такая. Что случилось?
- Потом об этом, Машенька, потом расскажу.
Маше показалось, что свекровь смахнула слезу.
Вместе они привели в порядок могилы и поехали обратно. Свекровь попросила зайти.
- Проходи, чай будем пить. Я специально пирог испекла.
- Мам Катя, не надо было с выпечкой заморачиваться, вам больше отдыхать надо.
- Отдохну скоро. Может уже и не увидимся с тобой. Дом у меня посмотри какой. Все разваливается, умирает домик, вчера дождь был, вот и в комнате потекло. Пока Сашенька жив был, то делал, а больше никто не хочет. Мне недолго и осталось, доживу в тепле и уюте. Мне уже пансионат присмотрели. Я и на кладбище, считай, прощаться со всеми ходила.
- Пансионат? Кто присмотрел?
- Там как в доме отдыха, врачи рядом, кормят, моют, тепло. Как на курорте.
- Вы думаете это правильное решение? У вас же дети есть, внуки. Дочь могла бы взять вас, или сын.
- Дочь пансионат и нашла. А сын? Там не он главный. Не рады мне нигде. Дом и участок продают, а на эти деньги я буду жить под присмотром. Там все есть, поэтому все дорого будет. Дочь будет навещать. Думала долго, но решилась. Вот только ответ дочери осталось дать. Не грустно мне, просто задумалась. Попрощалась со всеми, вот и тебе сообщила. Ты меня прости, если когда-то была не справедлива к тебе.
- Саша не позволил бы этого! Какой ещё пансионат, где он? Про дом все ясно, восстановлению он не подлежит, но как можно мать сдать...
- Машенька, все хорошо будет. Ты же жила в детском доме, ничего тебя не испортило. А мне просто дожить в казённом учреждении, дочь оплатит всё. Не хочу им мешать.
- А им не стыдно?
- Стыда у них давно нет. – почему-то сказала свекровь, отвернулась и стала убирать со стола. – Спасибо, что помогла. Мне бы одной не добраться было, да и все остальное...
Стыда нет. Пока внуки были маленькие и гостили у бабушки, то Катерина была нужна. Пока картошку мешками возили, варенье, пока деньги давали. Мария знала, что свекровь с мужем помогали всем детям. Могли и помогали. Дочери с квартирой помогли, сыну тоже. Маше с Сашей помогали в строительстве дома. А теперь получается, что заслужила свекровь только сомнительный пансионат за свои же деньги.
За окном потемнело и загремело, гроза. Маша посмотрела на не просохший потолок, на таз на полу.
- Мама Катя, поехали ко мне. Сейчас гроза и дождь будет, гремит уже. Опять все капать будет с потолка. Это что за сумка?
- Так я уже собираюсь потихоньку, вещички мои, документы, самое необходимое.
Маша подхватила сумку.
- Пирог, мы пирог не доели.
***
Через десять минут свекровь уже сидела на диване в доме Марии. За окном шёл ливень, сверкало, гремело.
- Комнат много, дети редко приезжают, а если и приедут, то места хватит всем.
- Спасибо, дочь все уладит скоро. Уеду я.
- Нет, если нет совести, то это не лечится. Комната свободна, будете жить здесь. Саша так бы и сделал. Наши дети меня поддержат. Они далеко, приезжают не часто, но они не так воспитаны. Они вас любят, и если вы окажетесь в пансионате, то я не знаю как они это воспримут.
- Не хочу никого стеснять, мешать.
- Это не обсуждается, пансионата не будет.
***
Свекровь осталась. Оказывается в ту грозу произошло замыкание в её доме. Дом не сгорел, но пострадал. Участок дочь Катерины не продала, не нашлось покупателей, а срок доверенности прошёл. Она приезжала к матери, но Катерина больше ничего не подписывала.
Потом и сын вспомнил, напомнил про участок – пустует. А потом они заметили, что на участке стройка идёт. Кто-то сообщил. Приехали выяснить.
- Стройка идёт, участок продан, а деньги не ваши. Я все потратила. У меня полный пансион, с медицинским обслуживанием, с едой, с прогулками, а ещё с заботой и любовью. Куда и сколько ушло я отчитываться не собираюсь.
Катерина прожила у Марии восемь лет, умерла почти в девяносто. До самой смерти была на своих ногах, и с головой было все в полном порядке. Маша плакала, мама Катя умерла. Снова вспомнила детство, свою мать, тогда слез не было. А тут...
***
Дети Катерины приехали на похороны.
- Надо все сразу решить с наследством. – сказала дочь. – Деньги лишними не бывают.
- Какие деньги?
- Мария, я прекрасно понимаю, у матери в этом доме должна быть доля. Когда Сашка умер, то ей была положена обязательная доля в наследстве от него. Она уже была как раз в том возрасте, когда полагается. Вот теперь мы эту долю хотим забрать. Деньгами!
- А ещё что хотите забрать?
- Мать тогда не отдала, но мы же тоже имеем право на часть от продажи её участка. Ты все её деньги получила, а ты даже не её дочь. Отдай деньги!
- Вы много хотите. Мама Катя отказалась тогда от обязательной доли. Это первое! Второе! Участок её был продан, а деньги она отдала на операцию для совершенно чужого ребёнка. Все! Вот документы, она просто попросила их сохранить, считала, что пригодятся.
- Что? У неё помешательство было? А деньги?
- Может и было, но деньги вам не вернут. Нет денег.
- Совсем нет?
- Совсем нет. Даже если искать, то их нет. Можно еще очень хорошо поискать, но их не найти, нет их. Нет обязательной доли, нет денег, и совести у вас нет. Вы мать при жизни навещали из-за денег, и после смерти приехали ради них. Вам пора. Здесь вас больше ждать никто не будет.
***
Мария снова осталась одна, дети звонят, приезжают чаще. Внуки уже со своими семьями тоже иногда приезжают. Правнуки. Своя семья.