- Любезная госпожа Летяева, - менеджер Котикова, поняв всю невыгодность новых рокировок с поселением, с плохо скрываемой неприязнью посмотрела на представителя отдела кадров, - позвольте принести вам свои извинения за это недоразумение. Видимо, общий ажиотаж явился причиной моей социальной дезориентации.
Однако Летяева, уже представившая свою комнату без навязанной ей соседки, обманчиво мягко произнесла:
- Полно, милочка Василиса Евгеньевна! Ваши потребности вполне оправданы, не смею возражать.
Котикова, незамедлительно взъярившись на "милочку", вошла в боевую трансформацию и, стараясь придать ядовитым ноткам в своем голосе оттенки сочувствия, парировала:
- Какие могут быть сомнения, любезнейшая Анастасия Семеновна. Лишь чувство гражданского долга руководит моим решением принять крест соседства с вами. Поскольку иначе два предстоящих дня вы проведете в столь бесконечно изнуряющем вас и прежде одиночестве.
Летяева, вскинувшаяся было незамедлительно ответить дерзкой Котиковой, была, однако, опережена главбухом Ниной Искандеровной. Нина Искандеровна только сейчас осознала, что вся эта история с отказом от переселения, инициированная Котиковой, связана исключительно с тем, что этой Котиковой не понравилась идея провести с ней два дня в самом тесном соседстве.
Если совсем честно, то и Котикова никогда не нравилась главбуху Терентьевой. Но сейчас, даже на самый непритязательный взгляд, Котикова, с точки зрения главбуха, совсем перепутала берега. Не то, чтобы Терентьева была рада соседству с Котиковой, однако желание поставить на место зарвавшегося менеджера было неудержимым.
- Неловко прерывать вашу беседу, гм, барышни, - с ходу вступила в напряженную дискуссию главбух Терентьева, - однако спешу заметить, что в соответствии с принятым уставом нашего пребывания здесь...
Однако вновь громко рассмеявшийся Федоркин прервал пышущую негодованием речь главбуха.
Вслед за Федоркиным загудели уже уставшие от всех этих выяснений отношений сотрудники, а замдиректора Бесхвостиков, изо всех сил стараясь удержать свою речь в рамках приличия, рявкнул:
- Извольте, наконец, разойтись по своим покоям, господа и мамзели. Через час общий сбор на рецепшене для обсуждения досуга.
- Балы, охота? - деловито уточнил некуртуазно икнувший завскладом Пафнутьев.
Бесхвостиков, практически зарычав от ярости, сделал над собой нечеловеческое усилие и кротко пояснил:
- Крокет, гольф, верховая езда и поэтические суаре.
- Суаре, - вновь громко засмеялся Федоркин и, покачнувшись и неосторожно звянув стеклянной тарой, ухватился за крепкий торс главбуха Терентьевой.
Бесхвостиков с отчаянием окинул вверенный ему коллектив.
Федоркин и Пафнутьев еле стояли на ногах, Кислый и Сидорова беззастенчиво лобзались за стойкой регистрации, главбух, стряхнув с себя неверную руку Федоркина, активно напирала на не сдающую свои позиции менеджера Котикову, Летяева злорадно наблюдала за их перепалкой, Аллочка глупо хихикала над тем, что ей интимно нашептывал менеджер среднего звена Степиков, а все прочие сотрудники, раделившись на малые группы, что-то безостановочно и шумно обсуждали.
Бесхвостиков вздохнул. Он подозревал, что ничем хорошим идея приобщения коллектива к культуре позапрошлого века закончиться не может. С приказом директора о проведении тимбилдинга в подобном формате его смиряло лишь то обстоятельство, что комната Аллочки будет расположена в непосредственной близости от его комнаты, и он вполне бы смог предложить хорошенькой секретарше достаточно насыщенное удовольствиями совместное времяпрепровождение.
Между тем, страсти накалялись. Голоса становились громче, интонации напористей.
Бесхвостиков вздохнул еще раз. Ситуация выходила из-под контроля. И ему предстояло принять самое радикальное решение.
"Будь что будет, - решил Бесхвостиков, - с генеральным как-нибудь договорюсь".
- Так, господа, мамзели, - начал он, и тут же поправился, - коллеги, слушаем сюда! Короче...
Все присутствующие замолчали и с удивлением посмотрели на Бесхвостикова.
- Короче, - продолжил он, повысив голос, - концепция поменялась. Кидаем сумки на рецепшене, делимся на команды и берем снаряжение для пейнтбола. Игра на четыре часа. Все готовы?
Сотрудники одобрительно загудели и очень организовано, безо всякой суеты незамедлительно разделились на две группы. Первая группа, под заметным лидерством главбуха, была представлена сотрудниками бухгалтерии, отдела кадров, экономического отдела. Нина Искандеровна властной рукой удерживала слабо вырывающегося Пафнутьева, никак не выпускающего звенящий стеклом пакет, который пытался у него отжать Федоркин.
Вторая группа, под импровизированным флагом в виде розовой футболки менеджера Котиковой, воинственно поглядывала на соперников и дружно проговаривала тут же придуманную кричалку:
- Отдел продажников крутой! И он пойдет на вас стеной!
На что сотрудники администрации бойко подхватили речевку, начатую Летяевой:
- Мы администраторы, словно терминаторы, зажимаем кулачки, и порвем вас на клочки!
В ответ на это, менеджеры, недвусмысленно следуя своим намерениям, действительно плотной стеной двинулись навстречу угрожающе качнувшимся вперед административному департаменту.
Бесхвостиков, пораженный удивительными метаморфозми, настигшими коллектив, поспешил предотвратить назревающие бои без правил и энергично втиснулся между командами:
- Всем внимание! Команда менеджеров направо, администрации налево. Слушаем инструкторов, получаем аммуницию и проходим на полигон. Уважаем друг друга, не калечим, не позволяем ничего лишнего...
Когда команды, преисполненные боевого настроя, вразнобой выкрикивая свои кричалки, двинулись за инструкторами в сторону игровой площадки, заметно охрипший Бесхвостиков трясущимися руками вытащил телефон из кармана.
- Олег Сергеевич, все идет по плану. Да, сейчас крокет. А вечером суаре. Да, стихи немецких поэтов подготовил, раздал. Да, сегодня Шиллер, Гейне и Гете. Да, Федоркин наизусть читает Брехта.
Конец.
Спасибо за ваше внимание, дорогие читатели!
Друзья, буду рада видеть вас в телеграм-канале и на канале в Мах блога Семья и Психология (в МАХ канал СиП).
https://t.me/family_and_psycholog
В МАХ канал СиП
