Военные следователи СКР выяснили, что группа аферистов, возглавляемая заместителем начальника штаба Северного флота ВМФ России капитаном 2-го ранга Максимом Кошкаревым, на протяжении многих лет подделывала произведения скульптора Эрнста Неизвестного, продавая их коллекционерам.
Художественная ценность и масштаб аферы
Подделки касались работ одного из самых значимых и дорогих скульпторов второй половины XX века. Эрнст Неизвестный, чьё творчество является неотъемлемой частью мирового культурного наследия, известен своим уникальным экспрессивным стилем, в котором монументальные формы сочетаются с глубоким философским и трагическим осмыслением бытия. Его работы, такие как знаменитый «Древо жизни» и мемориал «Маска Скорби» в Магадане, являются не просто предметами искусства, но и мощными символами эпохи. Именно высочайшая художественная ценность и узнаваемый почерк мастера делали его произведения желанным объектом для инвестиций, что, в свою очередь, провоцировало появление на рынке большого количества подделок.
Масштабный обман вскрылся на выставке работ мастера, приуроченной к его столетию и проходившей с конца прошлого года в Третьяковской галерее. Именно там, при подготовке к экспозиции «Эпоха Неизвестного. К 100-летию художника», эксперты и обнаружили фальсификации. Следователи Главного военного следственного управления СКР задержали афериста 28 апреля, и в тот же день решением 235-го гарнизонного военного суда Москвы он, как признавший свою вину, был отправлен на два месяца под домашний арест. Столь лёгкая мера пресечения, возможно, была вызвана биографией обвиняемого: офицер служил на тяжёлом атомном ракетном крейсере «Пётр Великий», является заслуженным военным специалистом, а также автором целого ряда научных статей и книг по проблемам Севера и Северного морского пути.
Максима Кошкарева обвиняют в незаконном использовании объектов авторского права в виде приобретения, хранения и перевозке контрафактных экземпляров произведений в целях сбыта, а также мошенничестве в особо крупном размере (п. «б», «в» ч. 3 ст. 146 и ч. 4 ст. 159 УК РФ). Для погашения ущерба у него арестовано имущество на сумму более чем 128 миллионов рублей.
По версии следствия, в 2020–2026 годах капитан Кошкарев в составе преступной группы из неустановленных лиц организовал изготовление не менее тридцати предметов искусства от имени художника и скульптора Эрнста Неизвестного без согласия правообладателей. Отлитые по формам подделки работ мастера продавались в Москве, Санкт-Петербурге, Мурманской и Московской областях, а также за пределами России. Участники преступной группы сбывали фальсифицированные картины и скульптуры частным коллекционерам, которые, согласно первичным подсчётам следствия, заплатили за них как минимум 90 миллионов рублей. О том, что они являются владельцами подделок, потерпевшие узнали лишь после того, как предоставили произведения в Государственную Третьяковскую галерею для экспертизы.
Известно, что нью-йоркские произведения Эрнста Неизвестного последние десять лет находятся под угрозой из-за споров вокруг его завещания. Художник умер в 2016 году, а его вдова Анна Грэм утверждает, что является единственной наследницей. Поскольку у неё имеются значительные долги по ипотеке, она не может официально продавать работы Неизвестного в обход других наследников. Однако не исключено, что при её участии могли отливаться новые скульптуры по авторским формам, и вдова могла подтверждать их подлинность.
Впрочем, работы Эрнста Неизвестного подделывают уже давно. Ещё в девяностые-нулевые годы на Брайтон-Бич трудилась целая бригада, которая занималась копированием его небольших статуэток и продажей их коллекционерам.
Основательница галереи «Веллум», искусствовед Любовь Агафонова заявила, что ещё два года назад говорила о недопустимости выставления копий. Кроме того, она рассказала, что ранее писала заявление на Максима Кошкарева в правоохранительные органы, поскольку «заплатила деньги за картины, которых так и не получила». После этого она стала получать письменные анонимные угрозы.
Стало известно, что куратором юбилейной экспозиции выступила научный сотрудник МГУ Елена Грибоносова-Гребнева. Она сообщила, что её привлекли лишь для составления этикетажа и экспликации. Она заявила, что экспертиза на предмет подлинности произведений никем не проводилась, с Максимом Кошкаревым она не знакома, а о расследовании узнала из СМИ. «Свою задачу я видела в том, чтобы собрать работы из разных музеев и частных коллекций... Никакими экспертными функциями меня не наделяли», — призналась она.