Наверное, впервые за всю жизнь именно в это время я осознал такое выражение, как война миров, противостояние миров. Ведь раньше мир для меня был один, и было убеждение, что должно быть именно так, как у нас.
Забор должен быть прямым, как нитка, дома — одинаковыми, грядки — по шаблону, а высокие деревья вообще лишние, так как в них может ударить молния. В праве собственности на землю выяснилось, что старый домик бабульки был построен с пятидесятипроцентным самозахватом государственной земли, а точнее — земли муниципалитета. Отхожее место и вовсе находилось на соседнем участке под предлогом, что там всё равно никто не живёт.
Единственное, на что я сразу согласился и не стал оспаривать, — это участок внизу перед ручьём, который хоть и не принадлежал нам по документам, но формально был в полном нашем распоряжении.
Итак, началась война миров. Где-то — палки в колёса, а где-то, напротив, огромная помощь от людей.
При начале закупок стройматериалов я сразу понял, что в Таиланде огромная конкуренция в любой сфере. Цены опущены до минимума, и парадоксально то, что, например, ехать или заказывать что-то из Москвы в Архангельск здесь не имеет никакого экономического смысла. Цены повсеместно одни и те же, а мелкое производство стройматериалов есть в каждой деревне.
Как помните, после свадьбы мы остались жить в старом доме. Он был через дорогу, метрах в семидесяти. Именно это небольшое расстояние и было огромной ошибкой, о которой я тогда знать не мог, а моя девочка осознала это лишь спустя годы.
На неё тогда шло огромное давление. Причём давление не со стороны чужих людей, а именно от родственников.
Главной тварью была и остаётся для меня по сей день, не поверите кто, — её родная младшая сестра.
У нас, в нашем славянском мире, такие люди долго не живут. Но тут Таиланд. Они так воспринимают жизнь. Они не упрекают человека в зависти, алчности, лени или других, как мы считаем, грехах. Они воспринимают это как данность: такой человек рождён, так ему нравится жить, именно так он поступает.
Важно для них другое — семья и родство. И вот борьба именно с этим фактически невозможна. Никак. Фаранги откупаются, смиряются, большинство сдаются и уходят.
Через годы я понял и осознал слова тётки, жены родного дядьки, которая до свадьбы ежедневно приезжала к нам и спрашивала, уверен ли я, может, не нужно пока.
Тогда её сомнения, а скорее предостережения, были мне непонятны.
Шантаж и боязнь потерять контроль начали проявляться именно у самых близких людей. Все резко полюбили детей, стали переживать за них, а главное — проявлять до этого невиданную заботу.
— Хочешь новую футболку? Конечно, поехали.
И сестра везла на шопинг.
— Телефон старый? Мама не хочет покупать? Давай я тебе куплю.
— Может, школу выбрать получше? Не вопрос.
Безусловно, так можно купить не только ребёнка, но и большинство взрослых фарангов, особенно мужчин.
Так в итоге и произошло. Пока мы круглосуточно строились, сутками месили бетон, а с меня от жары буквально сползала кожа, старший уже продался с потрохами и фактически у нас не появлялся.
Шантаж этот был логичен и примитивен до ужаса.
Арабское финансирование. Думаю, вы помните.
Давайте расскажу подробнее.
Моя тогда работала в отеле на Пхукете. Там же и родился младший сын.
Если вы бывали на Патонге, то однозначно видели эти несколько красивых и больших отелей, которые принадлежали как раз отцу ребёнка.
Богатые люди, богатые забавы.
Вернувшись раньше с работы, моя застала гарем в квартире, где они жили. Забрала ребёнка и ушла.
В то время как раз именно сестра приехала помочь и оказать моральную поддержку.
Открыли лавку, продавали выпечку, торты и прочее. Аренда, как по классике жанра, сжирала всё. Она сжирает всегда всё, у всех и во все времена. Так это работает.
С арабом сестру как раз и познакомила моя жена.
Она тогда была убеждена, что никаких отношений в жизни ни с кем и никогда ей больше не надо.
Помните про договорняки? Так и здесь. Наше общество их осуждает, но по факту какое всем дело, как живут и на каких условиях люди?
Все мы заложники системы, предрассудков и ограничений.
Если они решили и договорились так, если их это устраивает, то кому какое дело?
Он ей построил дом, купил машину, ежемесячно высылает деньги. Кому какая разница, если это не касается твоей жизни?
Вот нашей жизни это как раз коснулось.
Чужих детей не бывает, как и не бывает лишней графы финансирования на них. Именно так тогда и порешали в кулуарах, получив ежемесячное дополнительное арабское пособие.
Те времена уже забыты, не актуальны в двадцать шестом году, но тогда жизни многих были разрушены.
В ковид я также потерял свой источник дохода, банки заблокировали карты, и началось веселье.
Массовое возвращение тайцев с побережья.
Они не просто возвращались — они выводили оттуда все свои средства. Продавали недвижимость, бизнес, оставляли прежнюю жизнь.
Тогда я понял, что мир изменился навсегда и это только начало. Что никакого туризма больше в том виде не будет. Что все наши законы жизни, по которым мы жили, планировали и на которые опирались, также ушли в никуда.
В мире началась вакханалия, и что делать — было непонятно.
Было непонятно, как зарабатывать, чем платить по счетам, что завтра есть.
Именно этим тогда воспользовались близкие жены, описав ситуацию арабу как катастрофическую и забрав старшего.
Младший же, надо отдать парню должное, — пацан с характером. Его не купить ни за что.
Помню, даже в его день рождения родной отец ему позвонил, предлагал вернуться, предлагал деньги, но тот отказался, сказав, что у него новая семья.
Это дорогого стоило в те времена, когда в местной лавке я отоваривался под запись, когда мою клевали со всех сторон.
Согласитесь, думаю, большинство из вас было бы куплено с потрохами, и вы уже бежали бы на Патонг ради денег, VIP-казино и вида с высоты птичьего полёта.
Побежали бы?
А мои нет.
Так кто ради денег на всё готов?
Не делайте никогда выводов о людях. Вы их не знаете. А тем более тайцев.
Потихоньку мы начали выкарабкиваться. Я начал зарабатывать копейку онлайн.
Люди выясняли, чем я занимался в России, чем планирую заняться здесь.
Моя версия их радовала, так как, имея ранее автосервис, понятное дело, что в технике фаранг должен соображать.
Первой в руки попала бензопила.
Валялась она, без сомнений, в нерабочем состоянии не один год.
Диагноз ей ставить долго не пришлось. Выкинув высохший карбюратор и плеснув в цилиндр бензина, она зарычала.
Сосед убежал довольный, ну и мне было приятно, что кому-то это помогло.
Потом вновь начались, по моему фаранговскому мнению, «разводы».
Из соседней деревни пригнали «Мерседес» 1996 года выпуска.
Цену, за которую его предлагали купить, я уже не помню. Мол, продашь потом в разы дороже.
Настаивали, чтобы я всё же проехал на нём, так как, с их слов, состояние автомобиля было лучше нового.
Я сел тогда, двумя руками удерживая баранку, иначе утащило бы в кювет. Подвески, по понятным причинам, уже не было, да и машина на автомате с пробегом далеко за двести тысяч.
Потом был восстановлен байк, за который тут же предложили двадцать тысяч бат. Но нет, такая корова нужна самому. Это был Маддос.
Вообще пришло понимание, чем тут ещё можно заниматься.
Техники вокруг тьма, до ближайшего сервиса пятнадцать километров, а отбоя от просьб помочь и посмотреть не было.
В течение пары месяцев, начиная от полицейского с кипящим радиатором на «Хонде» и заканчивая местными строителями с дрелью, народ подходил постоянно.
Если кто-то ещё не понял, то это были всего лишь проверки на то, правду ли говорит фаранг и является ли он тем, кем себя представляет.
До сих пор думаете, что тайцы деревянные?
Чем же закончилось это противостояние миров, спросите?
Жизнь такая — сломать можно любого.
Мою девочку тогда сломали.
Она любит своих детей, любила и старшего и очень хотела его вернуть.
Я понимал и говорил, что деньгами это делать бесполезно. Тем более борьба эта была бы заранее проиграна.
У нас нет столько денег.
Но она рискнула.
Я тогда ездил на ферму за бамбуком или ещё чем-то.
Возвращаюсь — они все в сборе. Ужин серьёзный готовится. Старший с младшим кроссовки примеряют.
— Всё в порядке, — говорит. — Он решил остаться с нами. Завтра после школы перевезёт вещи.
Настало завтра.
Школьный автобус подъезжает. Младший домой, а старшего нет.
Моя чернее тучи, уже всё понимает.
У младшего тоже слёзы вот-вот покатятся.
Темень.
И видим — через дорогу вернулся «Форд» сестры. Припарковались во дворе.
Весёлое обсуждение и смех старшего.
Спать легли мы тогда все в полном молчании.
Полночи она лежала и плакала.
Потом заговорила:
— Я всё для него. Всегда сыт, обут. Вчера байк заложила. Купила всё для него. Комнату ему первому сделаем. Мотоцикл потом купим.
Мы тогда сильно поругались.
Я понимал и говорил, что нельзя этого делать никогда. Это бесполезно.
Она другого выхода не видела. Считала, что это был шанс.
Поругались сильно.
Я ждал и даже провоцировал её, потому что устал морально от этой канители.
Я добился своего.
Она сказала, что вернётся к семье, а я как хочу.
Я ушёл с тем, с чем пришёл.
До города меня подобрал какой-то фермер.
Я купил подержанный байк и поехал.
Сунулся в какой-то резорт, включил кондиционер и вырубился.
В Дзен появилась функция донаты. Если вам нравится наш рассказ, наша история то лучшим стимулом продолжать будет ваша реакция и стимулирование