— Ну и зачем ты меня выдернула в такую рань? У меня смена в салоне через час начинается.
Я отодвинула липкое меню с заляпанными страницами.
— Отменяй смену, Зинаида. Разговор есть. Серьезный.
Оксана сидела напротив, развалившись на дермантиновом диване нашей районной чебуречной. На ней была новая леопардовая блузка, акриловые ногти заточены под пики, на шее поблескивала массивная золотая цепь. Явно не на зарплату администратора из фитнес-зала куплено.
— Давай, вещай, пока я кофе не заказала. А то за этот растворимый суррогат из пакетика сто рублей отдавать жалко.
Оксана молча полезла в свою лаковую сумку, достала глянцевый прямоугольник и положила прямо на пластиковую салфетницу.
— Смотри.
Я прищурилась. Черно-белый снимок. УЗИ.
— Поздравляю. В положении? От кого? От того тренера с животиком, который у вас на ресепшене трется?
Подруга посмотрела на меня в упор, победоносно ухмыляясь.
— От Валеры.
— От какого еще Валеры?
— От твоего мужа, Зина. От главы района Валерия Николаевича. Срок десять недель. Генетический тест по крови уже всё подтвердил: у нас будет мальчик. Так что давай, освобождай жилплощадь.
Я усмехнулась, уверенная, что это какая-то глупая шутка.
— Ты берега попутала, подруга? Сказки мне тут рассказываешь. Мой Валера из администрации до ночи не вылезает, какие ему походы налево.
— Сама посмотри.
Она достала телефон с треснутым защитным стеклом, нажала на экран и пододвинула ко мне.
На видео знакомая обстановка: баня за городом, куда Валера ездит с чиновниками каждые выходные. В кадре Оксана в одном полотенце сидела на коленях у моего мужа, а тот кормил ее виноградом с пластиковой тарелки. Валера смеялся, обнимама за талию и что-то шептал на ухо.
— У меня полная галерея такого кино. Мы с ним уже полгода вместе. Так что, Зинаида, твое время вышло. Он меня любит. Я ему наследника рожу, а от тебя толку ноль.
У меня в ушах зашумело от злости. Я резко поднялась из-за стола, едва не опрокинув хлипкий столик.
— Губу закатай, рожалка нашлась! Я из него человека сделала! Мы с ним с нуля начинали, когда он еще бумажки в архиве перебирал!
— Начинали вместе, а продолжит он со мной. Валера статус сменил, ему теперь молодая нужна, чтобы перед людьми не стыдно было появиться. А не торговка с рынка.
Я развернулась и стремительно пошла к выходу. Запрыгнула в подошедший ржавый трамвай, который со скрежетом тащился по рельсам в сторону администрации.
Внутри все кипело. Да как он посмел? Я ему всю молодость отдала, борщи варила в коммуналке, рубашки наглаживала, пока он по карьерной лестнице карабкался. А теперь, когда он в кресло главы района уселся, я ему не пара стала?
Трамвай затормозил у серого здания с колоннами. Я вылетела на улицу, перепрыгнула через лужи на разбитом асфальте и ворвалась в холл. Охранник на вахте даже не пытался меня остановить — знал в лицо.
Я поднялась на третий этаж и толкнула массивную дубовую дверь приемной.
— Зинаида Петровна, к Валерию Николаевичу нельзя, у него совещание!
Секретарша Танечка подпрыгнула, роняя папку с документами.
— Я сама ему сейчас совещание устрою!
Распахнула дверь кабинета. Валера сидел за длинным столом из дешевого шпона. Никакого совещания не было. Он просто ел шаурму из бумажного пакета, стряхивая капусту на официальные бланки.
— Ты совсем страх потерял, Валера? Я тебе кто, прислуга бесплатная?
Муж вздрогнул, из шаурмы на стол посыпалась начинка, а его лицо мгновенно налилось краской. Он вскочил, упираясь ладонями в столешницу.
— Ты как сюда вломилась! Ты кто такая, чтобы мне в кабинете истерики устраивать! А ну вышла отсюда!
— Я твоя жена! А ты с моей подружкой за моей спиной шашни крутишь и приплод ждешь! Я тебе эту шаурму сейчас на уши надену!
Валера замер. Краска сошла с его лица за секунду. Он медленно сел обратно в кожаное кресло, вытер губы бумажной салфеткой и сложил руки в замок. Его взгляд стал ледяным.
— Во-первых, не повышай на меня голос. Во-вторых, мы с тобой по паспорту никто.
— Чего ты несешь?
— Того. Вспомни прошлый год. Декларация о доходах госслужащих. Мы пошли в ЗАГС и оформили развод, чтобы мою недвижимость на тебя не светить. И мировое соглашение об отсутствии имущественных претензий ты тогда же подписала, не читая. Так что мы официально в разводе, Зина. И делить нам нечего.
— Это была фиктивная бумажка! Ты сам сказал, что так надо для комиссии!
— Бумажка настоящая. Печать стоит. Квартира оформлена на мою мать по договору дарения еще до нашего фиктивного развода, а она распоряжаться своим имуществом вольна как хочет. Дача записана на сестру. Машина — на моего водителя. У тебя нет ничего. Ты здесь прописана на птичьих правах.
Я вцепилась в край стола. Земля ушла у меня из-под ног. Я просто опешила, понимая, что он всё рассчитал. Год назад он убедил меня, что это простая формальность, чтобы избежать проблем с проверками. А сам готовил почву для отступления.
— Ты оставишь меня на улице после пятнадцати лет брака?
— Я дам тебе время собрать вещи. Можешь забрать свои платья и косметику.
— Да я на тебя в суд подам! Я в прокуратуру пойду, расскажу про все твои откаты с ремонта дорог!
Валера усмекнулся, достал из ящика стола зубочистку и начал ковыряться в зубах.
— Иди. Только кто тебе поверит? У меня везде свои люди. А тебя даже в уборщицы не возьмут, я лично распоряжусь. Но у тебя есть шанс получить от меня отступные. Скажем, миллион рублей и комната в общежитии.
— И что я должна за это сделать?
— В город приехал следователь по особо важным из области. Макаров его фамилия. Копает под мои контракты на закупку снежной техники. Он остановился в мотеле "Березка" на трассе. Завтра вечером он пойдет в местный ресторан. Ты зайдешь в его номер, благо ключи у администратора можно взять за тысячу рублей, и положишь в вентиляционную решетку вот этот сверток.
Он бросил на стол туго перемотанный скотчем пакет.
— Это деньги?
— Это не твое дело. Положишь сверток, позвонишь мне и скажешь: "Посылка доставлена". Потом туда зайдут мои люди из органов, поймают его с поличным, и Макаров уедет в наручниках. А ты получишь свой миллион.
— Ты предлагаешь мне под статью пойти? Сам свои проблемы решай! Ищи дураков в другом месте.
— Если не сделаешь, пойдешь ночевать на теплотрассу. Я тебе жизнь в этом городе перекрою так, что ты за кусок хлеба будешь драться с собаками. Выбирай, Зинаида.
Он надменно посмотрел на меня, уверенный в своей безнаказанности. Я забрала сверток со стола и спрятала его в сумку.
— Я все сделаю.
— Вот и умница. Иди, готовься.
Я вышла из кабинета, плотно закрывая за собой дверь. Внутри всё перевернулось. Он не просто меня предал — он решил вытереть об меня ноги и подставить под удар, чтобы спасти свою шкуру.
Вечером я приехала к мотелю "Березка". На обшарпанном здании у края трассы тускло светилась неоновая вывеска. Дождь барабанил по капюшону моей куртки. Я прошла мимо спящего администратора, поднялась на второй этаж и постучала в номер двенадцать.
Дверь открылась. На пороге стоял крепкий мужчина в растянутом свитере и спортивных штанах.
— Вы к кому?
Он спросил нахмурившись.
— К вам, товарищ следователь. Я Зинаида. Бывшая жена главы района. Меня прислали подкинуть вам взятку от Валерия Николаевича. Но у меня есть встречное предложение.
Макаров несколько секунд изучал мое лицо, затем отступил в сторону, пропуская меня в тесный номер с продавленной кроватью и ламповым телевизором. Из ванной комнаты молча вышли двое мужчин в гражданском, один из которых держал включенную видеокамеру.
— Проходи. Рассказывай. Скрывать тебе уже нечего, — произнес Макаров.
Я выложила на стол сверток.
— Здесь деньги или фальшивки, я не проверяла. Валера ждет от меня звонка, чтобы натравить на вас своих людей. Но я хочу оформить явку с повинной и сдать вам всю его схему. С адресами, паролями от его личных компьютеров и списком фирм, через которые он годами выводит бюджет.
— Зачем тебе это?
Макаров сел на край кровати.
— Он решил выкинуть меня на помойку ради молоденькой фифы. Забрал все, что мы нажили. Я хочу, чтобы он сел. Надолго.
— Ты понимаешь, что тебе придется дать официальные показания под протокол? И что в этом городе тебе оставаться будет небезопасно?
— Я в этот гадюшник возвращаться не собираюсь. Пишите протокол. Я расскажу всё от и до.
Мы сидели до глубокой ночи. Под видеозапись я рассказывала Макарову и оперативникам ФСБ все: как Валера оформлял тендеры на подставные компании, как записывал имущество на родственников, где хранит флешки с черной бухгалтерией.
Прошел почти месяц. Всё это время я жила на съемной квартире под контролем оперативников, пока команда Макарова проверяла документы, трясла администрацию и собирала улики.
И вот этот день настал. Валера с Оксаной приехали в ресторан "Империя" в центре города. Они решили отпраздновать покупку новой машины и окончание проверок, которые, как думал Валера, ему удалось замять.
Я стояла на другой стороне улицы, прислонившись к стене автобусной остановки. В руке у меня был бумажный стаканчик с дешевым кофе.
Оксана вышла из дорогого автомобиля, цокая каблуками по тротуарной плитке. Валера по-хозяйски держал ее за талию.
В этот момент со всех сторон к ресторану подлетели микроавтобусы. Люди в черной форме и масках выпрыгнули на ходу, перекрывая выходы. Макаров шел чуть позади бойцов спецназа, держа в руках постановление суда на арест.
Валера бросился обратно к машине, но его жестко уложили лицом на капот.
— Вы что творите! Вы знаете, кто я такой! Я вам всем погоны посрываю! Вы завтра на бирже труда окажетесь!
Он орал, пытаясь вырваться.
— Валерий Николаевич, вы задержаны по подозрению в хищении бюджетных средств и подставе должностного лица, — громко и четко произнес Макаров. — Ваша бывшая супруга оказалась очень словоохотливой гражданкой.
Валера замер, его лицо стало серым, как асфальт под его ногами. Оксана начала истерично визжать.
— Уберите от него руки! Я жена главы района! Я буду жаловаться прокурору области! Мой муж вас всех сгноит!
Она попыталась достать телефон из сумочки, но тот выпал из ее трясущихся рук на бетонный бордюр. Экран смартфона треснул паутиной и погас. Оксана упала на колени, в слезах пытаясь включить его, и только размазывала по лицу тушь вперемешку со слезами.
Я сделала глоток кофе. Он горчил, но сейчас это был самый приятный вкус на свете.
Я достала свой телефон, вынула сим-карту и сломала ее пополам. Бросила обломки в урну. Завтра меня ждал поезд в другой регион, где у меня не было ни прошлого, ни предателей — только чистая, новая жизнь.
А Валера пусть теперь строит свою карьеру в местах, где его связи и должности ничего не стоят. Оксана может носить ему передачи, если, конечно, не найдет себе нового спонсора до вынесения приговора.