Закулисье реальности
Я бы назвал этот фильм «Закулисье Оскара» или даже «Закулисье Каннского фестиваля», только с одним уточнением: это закулисье откровенного провала. В центре истории — абсолютно невзрачный персонаж (язык не поворачивается назвать его главным героем), который бесконечно ноет и обвиняет в своих неудачах всех вокруг, кроме себя.
Актерская игра
Актерская игра всех участников этого «антишедевра» — на уровне школьного прогона на роль дерева. Это тот случай, когда честная оценка — 1 из 10, а если быть совсем точным, то где‑то 0(1)/10: они всё‑таки называют друг друга по именам персонажей, а значит формально выполняют базовый минимум. Ни одной живой эмоции, ни одного по‑настоящему точного жеста или взгляда — только реплики, произнесенные по бумажке.
Сценарий и смысл
Сценарий — отдельная боль. Это унижение умственных способностей зрителя, твёрдая 0 из 10. Попытка найти в картине глубокий смысл через связки «вещественное — невещественное», «сознательное — бессознательное» или «дверь в подсознание» обречена на провал: чем больше ищешь, тем сильнее ощущение, что сценарист — племянник друга режиссера, которого просто нельзя было обидеть. Все пробелы, дыры и логику нам великодушно оставили «на подумать», ведь во главе картины якобы стоят две сломанные жизни — на этом оправдание заканчивается.
Картинка, костюмы и оформление
По части визуала все примерно так же. Сначала кажется: «О, неплохая идея, интересно придумали», но очень быстро вспоминается с десяток таких же решений из других фильмов. Костюмы, спецэффекты, оформление — тихий ужас, без намёка на оригинальность или стиль. Это тот случай, когда глаз не радуется, а цепляется за штампы, которые вы уже видели сотню раз.
Сравнение с «Выход 8»
Если ставить этот фильм рядом с японским «Выход 8», его конкурент только выигрывает. «Выход 8» сразу поднимается в глазах на пару баллов по всем фронтам: там есть и актерская игра, и продуманные до мелочей декорации, и цельная, работающая атмосфера психологического триллера. На фоне этого соседства рассматриваемая картина окончательно рассыпается.
Послевкусие
Какое послевкусие остается? Как будто вы съели посредственный бургер в придорожной забегаловке, а потом увидели, как повар плюёт еще кому‑то в еду — и начинаете задумываться: «А это точно был соус?». Никаких откровений, никаких выводов, только привкус испорченного вечера и испорченного воздуха.