Висит в Эрмитаже парадный портрет Екатерины I — величественная, в горностаевой мантии, с державой в руке. Глядя на него, не подумаешь, что эта женщина могла перепить любого гвардейца и наутро встать к делам, будто ничего не было.
Я много лет изучаю эпоху Петра и его преемников. Больше всего меня поражает контраст между официальными церемониями и тем, что творилось за закрытыми дверями дворца. Екатерина Алексеевна умела веселиться так, что многие офицеры падали под стол раньше императрицы.
Вот что меня всегда интриговало: как она умудрялась после ночных гуляний вставать к утру бодрой? Разгадка нашлась в записках лейб-медика Блументроста. Оказывается, императрица использовала простой армейский метод, который переняла ещё в молодости.
Пётр научил жену пить по-царски
Когда Марта Скавронская впервые попала ко двору, она не представляла, что выпивка станет частью государственного этикета. Пётр считал — за рюмкой люди откровеннее, значит, можно узнать их настоящие мысли.
В архивах я наткнулся на письмо датского посла. Он описывал приём, где царь заставлял гостей пить из огромных кубков — почти по литру. Отказаться нельзя, обидишь государя. Екатерина сидела рядом с мужем и пила наравне со всеми. Не морщилась, не кривилась — улыбалась и вела беседу.
Французский дипломат Кампредон писал домой: «Государыня русская обладает здоровьем такого свойства, что может состязаться в питье с любым гренадером».
Утром, когда половина участников пира не могла встать с постели, Екатерина выглядела свежей. Иностранцы недоумевали. А секрет был прост.
Рецепт из солдатской кухни
Способ пришёл не из аптекарских лавок, а от гвардейцев Семёновского и Преображенского полков. После учений они устраивали пирушки, а наутро снова нужно строиться в ряды.
Утром, едва открыв глаза, выпивали кружку тёплого огуречного рассола с мёдом и щепоткой чёрного перца. Звучит странно? Но давайте разберёмся.
Рассол восполнял потерю солей. Мёд давал быструю энергию — глюкоза моментально всасывалась в кровь. Перец стимулировал пищеварение и помогал вывести продукты распада.
Через полчаса Екатерина съедала миску горячих щей с квашеной капустой и кусок ржаного хлеба. Никаких деликатесов — простая крестьянская пища.
Я сам попробовал этот метод после одного мероприятия, где перебрал. Работает! Современные врачи предложат что-то более научное, но в начале XVIII века такой подход был разумным.
Императрица, которая не стеснялась прошлого
Придворные дамы морщили носы, когда видели, как императрица уплетает щи. Они считали — монархиня должна питаться изысканно, пить шоколад, есть французские круассаны. Екатерина не изменяла привычкам.
Она помнила своё происхождение. Когда какая-нибудь барыня начинала кривить губы при виде рассола на царском столе, императрица отвечала просто: «Я была прачкой, стала императрицей. А вы, милочка, родились графиней и останетесь ею. Так кто из нас выше поднялся?»
Придворные быстро поняли — с этой женщиной шутки плохи. Она может быть ласковой, но стоит задеть её — получишь отпор.
Застолья, которые длились сутками
При Екатерине I гуляния превратились в испытания на выносливость. Праздники начинались после обеда и продолжались до утра. Потом перерыв — и всё заново.
Я читал дневник немецкого барона, приехавшего в Петербург с дипломатической миссией. Бедняга описывал приём во дворце. Он думал — посидят пару часов, обменяются любезностями. Как бы не так!
Застолье началось в два часа дня. К вечеру барон плохо соображал — его поили венгерским вином, французским коньяком, русской водкой. А императрица сидела, улыбалась, беседовала, будто пила воду.
К полуночи немец свалился под стол. Его вынесли слуги. Когда барон очнулся на следующий день ближе к обеду, голова раскалывалась. Он решил — больше ни ногой на русские приёмы. Через неделю его снова пригласили. И снова всё повторилось.
Екатерина на следующее утро принимала послов, подписывала указы, разбирала челобитные. Придворные шептались — уж не колдовство ли? Простая женщина не может так быстро приходить в себя.
Секрет не только в рассоле
Дело было не только в огуречном рассоле. Екатерина соблюдала ещё несколько правил.
Никогда не пила на голодный желудок. Перед празднеством обязательно съедала кусок сала или солёной рыбы. Жир обволакивал стенки желудка и замедлял всасывание спиртного.
Старалась не смешивать напитки. Если начинала вечер с вина, до конца пила только вино. Правда, при Петре это правило нарушалось — отказать мужу было нельзя.
Между тостами ела. Не сладости, а мясо, рыбу, квашеную капусту. Такая еда помогала организму справляться.
И самое главное — императрица знала свою норму. Да, она могла выпить много, но всегда чувствовала грань. Эту грань не переходила.
Гвардейцы делились опытом
Преображенцы и семёновцы знали толк не только в службе, но и в восстановлении после гуляний. Екатерина I, которая относилась к гвардии с особым уважением, переняла у них множество хитростей.
Солдаты перед застольем парились в бане. Императрица тоже любила баню и устраивала банные дни перед большими праздниками. После парилки организм легче переносил нагрузку.
Ещё один способ — квас. Не простой, а крепкий, густой, почти чёрный. Такой делали из ржаного хлеба с изюмом. Он утолял жажду и помогал желудку справиться с тяжёлой пищей.
Гвардейцы говорили Екатерине: «Матушка, не забывай про квас. Он голову прочищает и силы возвращает». Императрица слушала. Она доверяла простым людям больше, чем придворным лекарям.
Урок от первой императрицы
Меня больше всего поражает не факт, что Екатерина пила наравне с мужчинами. А то, как она сочетала разные стороны личности.
С одной стороны — самодержица, принимающая послов и решающая судьбы государства. С другой — простая женщина, которая не стеснялась происхождения и использовала народные методы.
Екатерина I доказала — можно подняться с низов и не потерять связь с корнями. Она правила огромной страной, но помнила рецепты молодости.
Тот самый рассол с мёдом и перцем — не просто способ справиться с похмельем. Это символ. Иногда самые простые решения оказываются действенными. Мудрость народа порой ценнее учёных трактатов.
Императрица правила всего два года — с 1725 по 1727-й. Но успела показать — женщина на престоле может быть сильной, мудрой и при этом оставаться собой. Она не пыталась изображать мужчину. Не стеснялась женственности. Не отказывалась от привычек, которые помогали жить.
Если бы Екатерина прожила дольше, история России могла сложиться иначе. Но даже за короткий срок она оставила след. И этот след — не только в государственных делах, но и в народной памяти о простой и великой женщине.