Второй день фестиваля «Интонация» в Белгороде. «Мастер и Маргарита» на щепкинской сцене — смелая постановка, о библейской вечности и любви, ради которой не страшно заключить сделку с дьяволом. Журналистка Бел.Ру о том, почему Маргарита выбрала ад и как выстоял Мастер.
Цена трусости в раскалённом Ершалаиме
Спектакль открывается раскалённым солнцем Иудеи. Перед зрителями разворачивается библейская драма: бродячий философ Иешуа Га-Ноцри (Илья Васильев) предстаёт перед прокуратором Понтием Пилатом. Васильев играет Иешуа, безоружного человека, чья единственная сила — в словах о том, что «всякая власть является насилием над людьми».
В роли Понтия Пилата на сцену вышел худрук Щепкинского театра, заслуженный артист РФ Виталий Бгавин. Его игемон — это трагедия сильного человека, запертого в тиски долга. Зритель почти физически чувствует его мигрень и ещё более невыносимую боль совести, когда он, пытаясь спасти «безумного философа», в итоге трусливо подписывает смертный приговор.
А где-то в тени, между колоннами дворца, мелькает фигура Иуды из Кириафа. В этой постановке он не просто библейский злодей, а воплощение мелкой, корыстной низости. Он не ищет истины, он ищет выгоду. Его предательство — «удачная сделка» за тридцать тетрадрахм. Булгаковский Иуда страшен именно своей обыденностью: сегодня он подставляет Иешуа под удар, а завтра идёт тратить свои кровавые деньги.
«Она несла жёлтые цветы»
Когда действие переносится в Москву 30-х годов, театральный зал словно замирает. Наступает время самой тихой и одновременно самой громкой темы романа. Маргарита в исполнении Вероники Васильевой — это женщина, у которой было всё: муж, богатство, дом, но не было смысла просыпаться по утрам. Булгаков писал, что она «несла в руках отвратительные жёлтые цветы», и несла их только для того, чтобы её, наконец, нашёл тот единственный.
И он нашёл. Мастер (Роман Рощин) — человек, отказавшийся от имени ради истины, увидел её в пустом переулке, и «любовь выскочила перед ними, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила обоих сразу». Рощин играет Мастера не просто как писателя, а как человека, чья душа оголена до предела. Его роман о Понтии Пилате стал для него и крыльями, и проклятием.
Когда советская литературная «массовость» (все эти критики и доносчики) начала планомерно уничтожать его за «пилатчину», Мастер сломался. В порыве отчаяния он бросает рукопись в огонь (ведь «рукописи не горят» только в метафизическом смысле, в реальности они превращаются в пепел) и уходит в клинику для душевнобольных. Он делает это из страшной, вывернутой наизнанку любви: чтобы не тянуть Маргариту за собой в бездну, чтобы дать ей шанс на «нормальную» жизнь без него. Но он не учёл одного: для неё жизнь без него и есть самая страшная бездна. Их встреча на сцене — столкновение двух миров, которые могут существовать только в соприкосновении друг с другом.
Почему Маргарита выбрала ад
Когда Мастер исчезает, Маргарита превращается в живое воплощение скорби. В романе она говорит: «Я стала ведьмой от горя и бедствий, поразивших меня». И в спектакле этот переход ощущается почти физически. Почему она соглашается на сделку с дьяволом? Ответ прост и страшен: для неё ад — это не бал у Сатаны, ад — это мир, где нет Мастера.
Вероника Васильева играет этот момент на разрыв. Когда Азазелло передаёт ей баночку с кремом, Маргарита не просто меняет внешность, а сбрасывает с себя оковы земных условностей. Она выбирает Тьму не ради власти или зла, а ради единственного шанса, узнать хоть что-то о судьбе любимого. Её любовь настолько отчаянная, что она готова лететь на метле над ночной Москвой, громить квартиру критика Латунского и, наконец, войти в зал, где её ждут убийцы и висельники всех времён.
Маргарита проходит через «крещение» балом: она терпит невыносимую тяжесть стального колье, подставляет колено для поцелуев сотням мертвецов, задыхается от запаха серы и крови.
Но самый сильный момент — когда Воланд предлагает ей награду. Маргарита просила: «Я хочу, чтобы мне сейчас же, сию секунду, вернули моего любимого человека». В этом выборе — вся суть женщины, которая не побоялась чёрта, потому что её любовь оказалась сильнее любого страха перед преисподней.
Свита Воланда: шуты преисподней в поисках человеческой совести
Воланд (Андрей Манохин) — центр чёрного циклона, а его свита — это сам ураган, сносящий на своём пути всё фальшивое. Зачем Булгакову понадобились эти гротескные фигуры в Москве 30-х? Чтобы показать: настоящая «чертовщина» творится не в подвале ведьмы, а в кабинетах взяточников, в пустых душах карьеристов и в очередях за «бесплатным» счастьем.
Коровьев-Фагот (Сергей Денисов) — этот «бывший регент» в треснувшем пенсне, главный дирижёр московского хаоса. В спектакле он виртуозно меняет маски: от подобострастного помощника до беспощадного обличителя. Он здесь, чтобы доказать: люди не изменились, их только «квартирный вопрос испортил».
Кот Бегемот (Дмитрий Бундиряков) — самый обаятельный и опасный член банды, воплощение хаоса. Бегемот заставляет зрителя смеяться там, где на самом деле должно быть страшно. Вместе с мрачным Азазелло (Алексей Колчев), который отвечает за «силовые операции» и прямолинейное насилие, они создают тот самый контраст, на котором держится спектакль. Азазелло — это кулак Воланда, тот, кто выкидывает Лиходеева в Ялту и даёт Маргарите яд, ставший для неё пропуском в вечность.
Гелла (Валерия Ерошенко) — безупречная и пугающая в своей наготе рыжая служанка, напоминающая о том, что у смерти красивое, но мёртвое лицо.
Зачем они здесь? В романе и на сцене эта нечисть выполняет парадоксальную функцию: они наказывают зло злом. Они раздевают алчных дам в варьете, подбрасывают валюту взяточникам и сжигают «Грибоедов», где вместо творчества царит обжорство. Они уходят в финале в бездну, забирая с собой всю городскую грязь, чтобы оставить Мастеру и Маргарите чистое пространство для их вечного покоя. Как говорил сам Воланд:
«Что бы делало твоё добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с неё исчезли тени?»
Вечный покой
Финал расставляет всё по местам. Вся «чернь» исчезает в суете. Для главных героев нет места в ослепительном «свете». Они слишком много страдали и слишком сильно выгорели. Поэтому Воланд дарует им покой. Тот самый дом с венецианскими окнами и свечами, где больше никто не постучит в дверь с доносом. Это их право на тишину после долгого земного ада.
«За квартиру Пушкин платить будет?»: булгаковские параллели
6 июня, в Пушкинский день, фестиваль заговорил о связи двух гениев. Днём на малой сцене театровед Дарья Васильева провела лекцию «Михаил Булгаков и Александр Пушкин».
Дарья напомнила, как часто «солнце русской поэзии» незримо присутствует в романе. Мы все помним сатирическую линию с Никанором Ивановичем Босым и его бытовую фразу: «За квартиру Пушкин платить будет?».
Особенно глубоко Дарья разобрала эпизод с литератором Рюхиным. Глядя на памятник Пушкину, он сгорает от зависти, понимая, что его стихи — проходная «массовость», а строки Александра Сергеевича — недостижимое мастерство. Булгаков писал роман в 1937 году, когда в СССР пышно праздновали 100-летие гибели Пушкина.
Фестиваль «Интонация» в Белгороде: почему на спектакле губкинцев плакал весь зал?