Малоизвестная, но глубоко символичная история произошла с молодым Свами Вивеканандой вскоре после его прибытия в Америку, когда он путешествовал, ещё не будучи знаменитым оратором. Она показывает те суровые испытания, через которые ему пришлось пройти.
Ранней осенью 1893 года, до его триумфального выступления на Парламенте религий в Чикаго. Вивекананда в своих оранжевых одеждах, которые в США воспринимались как странный костюм, оказался в Чикаго без денег, голодный и совершенно одинокий в огромном незнакомом мегаполисе. Он путешествовал экономклассом, и его скромные средства быстро иссякли.
В тот вечер, измотанный безуспешными попытками найти пристанище или кого‑то, кто мог бы ему помочь, он оказался на железнодорожных путях. Надвигалась ночь, а вместе с ней и осенний холод. Денег на ночлег не было совсем.
Отчаяние и усталость давили на него. Не зная, что делать, он увидел состав товарных вагонов, стоявший на боковом пути. Один из вагонов был открыт и наполнен углём. Не имея другого выхода, Вивекананда, который до этого никогда не сталкивался с такими суровыми физическими лишениями, решил забраться туда.
Забравшись в вагон, он обнаружил, что уголь холодный, пыльный и неровный. Вся его одежда мгновенно покрылась чёрной пылью. Но он был слишком уставшим, чтобы обращать внимание на грязь. Он свернулся, пытаясь сохранить тепло, прямо на куче угля.
Это была долгая холодная ночь. Угольная пыль лезла в нос и горло, а холод пробирал до костей. Ему не на чем было даже положить голову, кроме как на неровные глыбы. В тот момент его ум, привыкший к глубокой медитации, оказался заперт в ловушке холода и грязи. Его Веданта, его Вера казались далёкими. Он чувствовал себя самым покинутым существом в этом городе.
Но именно в этот момент, в этой темноте и грязи, произошло чудо. Его ум, отбросив все физические страдания, погрузился в глубочайшее самадхи. Все внешние раздражители — холод, уголь, одиночество — исчезли. Он увидел своего Учителя, Шри Рамакришну, который смотрел на него с бесконечной любовью и состраданием. Он понял, что все эти испытания — лишь подготовка, способ укрепить его волю и сделать его истинным инструментом божественной воли. Уголь в ту ночь стал для него священным местом, алтарём, на котором он принёс в жертву свой комфорт ради высшей цели.
Когда рассвело, Вивекананда выбрался из вагона, покрытый угольной пылью с головы до ног, но его глаза сияли. Это была не просто ночь, а инициация. Он понял, что настоящий санньясин (монах) должен быть готов ко всему и что его вера должна быть сильнее любых материальных обстоятельств. Эта ночь в вагоне с углём стала одним из самых важных уроков смирения и веры в его жизни.
Впоследствии, рассказывая об этом, он всегда подчёркивал, что именно такие испытания делают человека истинным носителем духовности.