Воспитание - это вообще довольно амбициозный проект. По задумке предполагается, что взрослый знает, куда идёт, ребёнок ещё не знает, и первый аккуратно показывает дорогу второму. Что-то вроде передачи эстафеты. Или карты местности. Или хотя бы инструкции по эксплуатации жизни, пусть слегка помятой и залитой кофе.
Но тут возникла небольшая проблема. Чтобы передавать опыт, нужно верить, что этот опыт чего-то стоит.
А мы открываем семейный архив и обнаруживаем, что половина прошлого состоит из войн, кризисов, финансовых пирамид, моды на ковры на стенах и людей, которые искренне считали, что курение полезно для нервов.
- Дедушка, а как вы справлялись с трудностями?
- Ну, сначала была одна катастрофа, потом другая катастрофа, потом мы привыкли.
Очень вдохновляюще. Раньше взрослые хотя бы могли сказать:
- Учись хорошо, получишь профессию.
Теперь это звучит как историческая реконструкция.
- Учись хорошо.
- Зачем?
- Не знаю. Мы проверяем гипотезу.
Потому что мир меняется быстрее, чем успевают печатать учебники. Половины профессий через двадцать лет может не существовать. Вторую половину, возможно, будут выполнять алгоритмы. А оставшиеся окажутся чем-то средним между психологом, оператором дрона и специалистом по разведению микрозелени на Марсе.
И вот в этой ситуации взрослый и ребёнок смотрят друг на друга с одинаковым выражением лица. Оба хотели бы получить инструкции. Оба подозревают, что инструкций нет. Оба надеются, что второй знает немного больше. Самое смешное, что дети довольно быстро это замечают. Они видят, что взрослые больше не являются загадочными хранителями великой истины. Взрослые просто раньше родились и накопили чуть больше паролей.
Поэтому современное воспитание всё меньше напоминает передачу знаний и всё больше - совместное прохождение квеста, правила которого никто не дочитал.
- А что будет дальше?
- Отличный вопрос. Мы как раз собирались задать его тебе.
- А кем мне стать?
- Если узнаешь первым, пожалуйста, сообщи родителям.
Иногда кажется, что сегодня главное качество хорошего родителя - не мудрость, а способность честно признаться:
- Понятия не имею.
И это неожиданно работает лучше многих лекций. Потому что ребёнок видит не всезнающего пророка, а человека. Того самого человека, который тоже пытается понять, что происходит, почему обновления жизни выходят без инструкции и кто вообще утвердил этот интерфейс. Так что, возможно, мы действительно воспитываемся совместным недоумением.
Не старшие учат младших жить в понятном мире. А группа слегка растерянных людей разных возрастов собирается за одним столом и коллективно пытается выяснить, что означают последние новости, зачем нужна ещё одна подписка и почему после сорока болит колено, а после двенадцати лет - душа.
И если раньше семья была местом передачи знаний, то теперь она всё больше напоминает исследовательскую экспедицию. Никто не знает точного маршрута. Карты устарели. Компас периодически показывает рекламу. Но мы всё равно идём вместе.
И, возможно, именно это и осталось от воспитания - неспособность показать правильный путь, а готовность честно разделить чужое недоумение своим собственным. Иногда это намного ценнее, чем уверенность человека, который уверенно ведет всех не туда.