Более ста лет эти фотографии пролежали в газетах, цирковых архивах и забытых коллекциях.
Каждый человек, которого вы сейчас увидите, был реальным.
Кого-то эксплуатировали. Кто-то стал звездой. Некоторых из них публика воспринимала скорее как животных, чем как людей. А за афишами и продажей билетов скрывались истории гораздо мрачнее, чем когда-либо подозревали зрители.
Один из этих артистов был настолько страшен в реальной жизни, что даже его собственная семья хотела его смерти.
Лобстер-бой. Убийство в трейлере
Ночью 29 ноября 1992 года наёмный убийца постучал в дверь трейлера в Гибсоне, штат Флорида. Он выстрелил Грейди Стайлсу-младшему дважды в затылок. Убийце заплатили пятьсот долларов.
Заказчицей была его собственная жена Тереза.
Грейди Стайлс-младший родился в 1937 году с эктродактилией. Генетическое заболевание срастило кости его рук и ног, превратив их в удлинённые когтеобразные придатки. Цирковые афиши называли их «лобстеровыми клешнями».
Он происходил из семьи с тем же заболеванием, уходившим корнями на несколько поколений. Все они были артистами. Сам он выходил на сцену с семи лет.
Он не мог ходить. Он передвигался на руках и культях предплечий с такой скоростью, что наблюдатели неизменно описывали её как поразительную.
В 1978 году он застрелил жениха своей дочери в ночь перед свадьбой. Ему не нравился этот брак. Его признали виновным в убийстве третьей степени. Ни одна тюрьма не согласилась его принять — его состояние требовало медицинского ухода, который, по их словам, они не могли обеспечить.
Он получил пятнадцать лет условно и вернулся на гастроли.
К моменту, когда Тереза организовала его убийство, она уже решила, что система, не сумевшая его посадить, не сможет защитить и её.
Присяжные, выслушав полный рассказ о жизни в том трейлере, рекомендовали снисхождение для Терезы.
Эко и Эко. Тринадцать лет рабства
Где-то около 1914 года на табачном поле за маленьким городком Тру-Вайн, штат Вирджиния, цирковой антрепренёр по имени Джеймс Шелтон подошёл к двум молодым чернокожим мальчикам, работавшим в поле, и предложил им конфет.
Джордж и Вилли Мьюз были внуками бывших рабов. Оба родились с альбинизмом. Их кожа была бледной, а волосы росли длинными белыми дредами. Цирковое начальство годами придумывало для них всё более изощрённые вымышленные биографии.
Им сказали, что они будут выступать несколько дней. Они не вернулись домой тринадцать лет.
Братьев продавали под разными именами. «Белые эквадорские каннибалы». «Люди с бараньими головами». А затем, уже в смокингах, — «послы с Марса». Им не платили ничего, кроме еды и жилья. Когда они плакали по матери, им говорили, что она умерла.
Она не умерла.
Гарриет Мьюз тринадцать лет боролась со всеми институциями, к которым могла обратиться: полицией, Обществом защиты животных Вирджинии, любым, кто готов был её слушать. Никто ей не помог.
Осенью 1927 года братья Ринглинг приехали в Роанок. Гарриет Мьюз сначала увидела это во сне, а затем подтвердила по газете. Она была у циркового шатра до его открытия. Она нашла своих сыновей за занавесом.
Она подала в суд на братьев Ринглинг за невыплаченную зарплату и выиграла дело. Братья получили возможность продолжать выступления — на этот раз на своих условиях и за настоящую плату.
Вилли Мьюз умер в 2001 году в возрасте ста восьми лет. Он пережил всех.
Женщина-медведь. Смерть в Москве и выставление напоказ
В 1857 году лондонская аудитория слушала, как Джулия Пастрана поёт оперные арии на испанском, английском и французском языках. Затем зал замер в тишине, прежде чем разразиться аплодисментами.
У неё был гипертрихоз терминалис — густые тёмные волосы покрывали её лицо, уши и тело. В сочетании с гиперплазией дёсен, из-за которой её дёсны нарастали на зубы и меняли структуру рта.
Её промоутеры выставляли её как гибрид человека и животного.
Она была обученной певицей и танцовщицей, говорившей на нескольких языках. Но эти факты никогда не появлялись ни в одном рекламном материале о ней.
Она умерла в 1860 году после родов в Москве. Ребёнок, унаследовавший то же состояние, прожил всего три дня. Её муж и менеджер Теодор Лент продал тело Джулии и тело её младенца профессору анатомии Московского университета. Тот приказал мумифицировать их и выставить на всеобщее обозрение.
Останки Джулии выставлялись в балаганах более ста пятидесяти лет. Их дважды крали. Дважды находили. Над ними надругались так, как не предотвращал никакой закон, потому что никто не пытался их защитить.
Только в 2013 году её наконец вернули в Мексику и похоронили в родном штате Синалоа. Церемония, на которую ушло сто пятьдесят три года.
Сёстры Хилтон. Проданные при рождении
Дейзи и Вайолет Хилтон родились в Брайтоне, Англия, в 1907 году. Сросшиеся бёдрами — полосой общей тазовой ткани, которая давала каждой полные ощущения в собственном теле и частичные — в теле сестры.
Их мать, незамужняя барменша, продала их при рождении своей акушерке Мэри Хилтон за нераскрытую сумму. Мэри Хилтон выставляла их как диковинку, забирала все доходы, контролировала каждый аспект их жизни. Когда она умерла, она оставила их как собственность своей дочери и зятю.
Они не были свободны. Им не платили. Им не разрешали разговаривать с незнакомцами без разрешения.
Они выступали на сцене с младенчества и никогда не знали другой жизни. К 1920-м годам они уже появлялись в водевилях по всей Америке и стали достаточно известными, чтобы сыграть самих себя в фильме 1932 года «Уродцы» режиссёра Тода Браунинга.
В 1931 году они подали в суд за свою свободу в суде Техаса. Судья её присудил. Они не получили никакой компенсации за два десятилетия заработанных денег.
Они пытались сделать карьеру в ночных клубах. Гастролировали, пока не закончились контракты. В январе 1969 года их нашли мёртвыми в их квартире в Шарлотте, Северная Каролина. Обе умерли с разницей в несколько дней от гонконгского гриппа.
В продуктовом магазине, где они работали, заметили, что они не пришли. Больше никто не проверял.
То, что никто не проверил, — самое точное резюме того, что индустрия чувствовала к ним, когда деньги от билетов закончились.
Человек-слон. Четыре года покоя
Ночью 11 апреля 1890 года Джозеф Меррик был найден мёртвым в своей комнате в Лондонском госпитале. Он сидел прямо, пытаясь, видимо, спать лёжа. Его голова, имевшая 91 сантиметр в окружности и весившая около пяти килограммов, не могла поддерживаться шеей в любом наклонном положении без закупорки дыхательных путей.
Коронер вынес вердикт: случайная асфиксия. Ему было двадцать семь лет.
Меррик родился в Лестере в 1862 году и с раннего детства начал развивать сильные разрастания костей и кожи, которые изменили всё его лицо, череп и правую сторону тела. Заболевание сейчас приписывают синдрому Протея — редкому генетическому расстройству, вызывающему чрезмерный рост тканей.
Его выставляли в лондонских лавках диковинок с позднего подросткового возраста. Затем он переехал в континентальную Европу. Его спас Фредерик Тривз, хирург из Лондонского госпиталя, который обеспечил ему постоянное жильё в больнице на последние четыре года жизни.
В эти четыре года он получал визиты от актрисы миссис Кендалл, письма от принцессы Александры и ежегодный рождественский поход в театр на пантомиму. В свободное время он делал замысловатые картонные модели церквей и дарил их. Модель церкви Святого Филиппа в Бетнал-Грин стояла в его комнате в момент смерти.
Самое точное описание того, чем он занимался в эти четыре года: он практиковался быть человеком среди людей, которые относились к нему как к человеку. И это заняло четыре года, потому что до Тривза у него было мало таких возможностей.
Близнецы Банкер. Двадцать один ребёнок и смерть, которую нельзя было предотвратить
Чанг и Энг Банкер родились в 1811 году в Сиаме (ныне Таиланд). Сросшиеся грудиной — полосой хрящевой ткани длиной около тринадцати сантиметров, содержавшей общую долю печени.
Шотландский купец Роберт Хантер обнаружил их, привёз в США в 1829 году и выставлял через Финеаса Тейлора Барнума, который придумал термин «сиамские близнецы» и применил его к двум мужчинам, у которых была страна, имена и язык, не имевшие к этому ярлыку никакого отношения.
В конце концов они получили право владеть своими контрактами, поселились в Уилксборо, Северная Каролина, купили плантацию и в 1843 году женились на двух сёстрах — Аделаиде и Саре Йейтс. Свадьба вызвала освещение в прессе по всей стране. Они держали два отдельных дома и чередовали трёхдневные визиты — бытовое устройство, требовавшее постоянных переговоров между двумя мужчинами, у которых не было выбора, кроме как делить всё остальное.
Между ними они зачали двадцать одного ребёнка.
У Чанга развилась серьёзная проблема с алкоголем, и в 1870 году он перенёс инсульт, значительно ослабивший его. Энг оставался в лучшем здоровье. В январе 1874 года Чанг умер ночью. Энг, соединённый с ним и неспособный двигаться, предположительно пережил смерть брата на несколько часов. Он знал, что случилось, и не мог ничего изменить.
Вскрытие показало: печёночный мост между ними можно было безопасно разделить практически в любой момент их жизни. Ни один хирург никогда не пытался.
Джойс Хет. Рабыня, которую купил Барнум
В 1835 году Финеасу Тейлору Барнуму было двадцать пять лет. Он ещё не стал тем Барнумом, которого знает история. Тем, кто сделал его, была покупка женщины.
Джойс Хет была порабощённой чернокожей женщиной. Слепая. Парализованная. Почти беззубая. Её выставляли как 161-летнюю, утверждая, что она была няней младенца Джорджа Вашингтона. Её зубы удалили перед выставкой, чтобы она выглядела древнее.
Барнум заплатил тысячу долларов за исключительное право выставлять её. Он возил её по Новой Англии восемь месяцев, взимая по двадцать пять центов с человека. Он создал достаточно газетного шума, чтобы сделать своё имя узнаваемым в рекламном бизнесе.
Она умерла в феврале 1836 года.
Затем Барнум сделал нечто, определившее всю его карьеру. Он продал билеты на публичное вскрытие. Хирург проводил его перед полутора тысячами зрителей, чтобы разрешить вопрос: была ли она действительно такой старой, как утверждалось.
Вскрытие показало, что ей было около восьмидесяти лет — вдвое моложе рекламируемого возраста.
Реакция Барнума заключалась в том, чтобы предложить прессе: возможно, умерла другая женщина, а настоящая Джойс Хет жива где-то ещё. Ему было двадцать шесть лет, и он только что понял: разоблачение лжи может быть монетизировано как самостоятельное событие.
Вся архитектура американского развлечения на следующие шестьдесят лет опиралась на это открытие.
Женщина с четырьмя ногами из Техаса
У неё было четыре ноги, пятеро детей, и она позволяла фотографиям говорить за себя.
Джозефина Миртл Корбин родилась в округе Линкольн, штат Теннесси, в 1868 году с дипизусом — формой частичного сращения, которая произвела второй полностью развитый таз, прикреплённый между её внешними ногами. Он включал две дополнительные внутренние ноги, полностью сформированные, но слишком слабые, чтобы выдерживать вес.
Документированный медицинский факт: у неё действительно было четыре ноги.
Она начала выступать в тринадцать лет. К концу 1880-х годов она зарабатывала 250 долларов в неделю — сумма, ставившая её намного выше большинства профессиональных работников в Америке того времени.
Она вышла замуж в восемнадцать лет за врача по имени Клинтон Бикнелл. У них родилось пятеро детей. Медицинские отчёты врачей, осматривавших её позже, предполагали, что троих детей она выносила в собственной матке, а двоих — во вторичной репродуктивной системе, меньшего размера.
Она ушла из выступлений, чтобы растить семью в Клиберне, штат Техас, и умерла в 1909 году в возрасте сорока лет.
Фотографии пережили всё остальное более чем на столетие. Они до сих пор первое, с чем сталкиваются люди, когда ищут её имя. Как она и хотела — она предпочитала, когда это возможно, позволять физическому факту своего тела говорить за себя, вместо того чтобы позволять промоутеру говорить за неё.
Леопольд, человек с лицом льва
Стефан Бибровский родился в Польше в 1891 году с гипертрихозом универсалисом — длинные тонкие волосы покрывали всё его лицо и тело. Вокруг головы волосы достигали пятнадцати сантиметров, и его промоутеры укладывали их так, чтобы они напоминали львиную гриву.
Его мать, в акте, который многое говорит о понимании медицины той эпохи, сказала промоутерам, что верит: его состояние вызвано тем, что во время беременности она стала свидетелем нападения льва. История была биологически неправдоподобна и коммерчески полезна. Она появлялась в рекламных материалах следующие тридцать лет.
Его забрали из семьи немецким импресарио в детстве. Он выступал по всей Европе и в конце концов попал в Барнум и Бейли, где стал одним из самых узнаваемых артистов в Америке.
Он говорил на пяти языках. Журналисты, бравшие у него интервью, неизменно описывали вдумчивого, тихого человека, чей темперамент был во всех отношениях полной противоположностью дикой личности, созданной вокруг него.
Его номер включал представление в клетке. Затем он говорил, рассуждал и обсуждал текущие события на нескольких языках. Аудитория обрабатывала расстояние между тем, к чему её подготовила афиша, и тем, что она видела на самом деле.
Он ушёл из выступлений в Германию в 1920-х годах и умер там в 1932 году в возрасте сорока лет.
Человек с тремя ногами
Франческо Лентини родился в Розалини, Сицилия, в 1889 году. Паразитический близнец прикрепился к его нижнему позвоночнику, образовав функциональную третью ногу, четвёртую ступню и шестнадцать пальцев.
Он иммигрировал в США в восемь лет и начал выступать в течение года. Он научился использовать третью ногу как табурет, как реквизит и как ударный механизм. Его коронным трюком был удар по футбольному мячу через сцену этой ногой, стоя на двух других. Трюк требовал баланса, который он вырабатывал намеренно годами практики.
Он говорил на четырёх языках. Он женился и имел четверых детей. Своё неизменно весёлое расположение духа он приписывал единственному визиту в начале карьеры в школу для детей с тяжёлыми формами инвалидности. Он сказал после этого, что никогда больше не жаловался на своё положение, потому что всегда есть кто-то, чьи обстоятельства измеримо тяжелее.
Он гастролировал более пятидесяти лет, выступал до шестидесяти с лишним лет и умер во Флориде в 1966 году. Он пережил Барнума, пережил водевиль, пережил золотой век самого балагана и всё ещё выступал, когда его сердце наконец сдало.
Последний из ацтеков. Шлитци
Человек, известный как Шлитци, вероятно, родился как Саймон Метц, вероятно, в Бронксе, вероятно, около 1890 года, с микроцефалией — состоянием, при котором мозг и череп не развиваются до полного размера. Его интеллектуальные способности, по оценкам всех, кто его наблюдал, были примерно на уровне трёхлетнего ребёнка.
Его социальная теплота, по тем же оценкам, была безграничной.
Его промоутеры одевали его в платья и называли его женскими местоимениями, потому что они обнаружили, что публика более восприимчива к «девушке с булавочной головой». Его выставляли как выжившего ацтека, как древнее пещерное существо, как образец вида, отличного от современных людей. Всё это была полная выдумка.
Он появляется в фильме Тода Браунинга «Уродцы» 1932 года. Он самое убедительное присутствие в нём — не потому, что кто-то режиссировал его так, а потому что он искренне наслаждался людьми. Это видно в каждом кадре.
Что его ситуация раскрывает об экономике балагана, так это её особую жестокость по отношению к тем, кто не мог прочитать контракт, дать согласие на интервью или понять, что с ними делают.
Он пережил эту эпоху исключительно потому, что другие артисты заботились о нём. Сеть защиты, созданная из человеческого достоинства в отсутствие какого-либо институционального эквивалента.
Он умер в Лос-Анджелесе в 1971 году в доме престарелых. Пережив водевиль, пережив балаган и почти всех, кто когда-либо выставлял его.
Человек-торс. Принц Рэндиан
Рождённый в Британской Гайане в 1871 году с синдромом полной тетраамелии — состояние, при котором конечности не развиваются во время беременности. Он был привезён в США Барнумом в 1892 году и выступал непрерывно следующие сорок пять лет.
Он научился бриться, рисовать, писать, сворачивать и зажигать сигареты, используя только рот, зубы и подбородок. Серия со сворачиванием сигареты, которая появляется в фильме 1932 года «Уродцы», остаётся самым документированным свидетельством его ловкости. Она показывает точность, которая явно была продуктом многих лет практики.
Он говорил на четырёх языках. Его жена путешествовала с ним десятилетиями. Он сам вёл переговоры об афишах и выражал чёткие предпочтения относительно того, как его номер должен быть представлен.
Он умер в 1952 году в возрасте восьмидесяти лет. Что для человека без конечностей, получавшего медицинскую помощь, доступную в первой половине двадцатого века, представляет собой конституционную силу, не имеющую ничего общего с тем зрелищем, которое продавали его промоутеры.
Зрелище было реальным. Оно было просто наименее интересной вещью в нём.
Генерал Том-Там. Звезда при королевском дворе
В январе 1844 года пятилетний мальчик из Бриджпорта, штат Коннектикут, ростом шестьдесят три сантиметра и весом семь килограммов, был представлен королеве Виктории в Букингемском дворце. Он выступал для неё. Изображал Наполеона. Танцевал. Пел. И, по сообщениям, рассмешил её так громко, что это удивило её придворных.
Его звали Чарльз Шервуд Страттон.
Барнум нашёл его за год до этого и сразу понял: перед ним не просто маленький ребёнок, а прирождённый артист. Он потратил двенадцать месяцев, обучая его петь, танцевать и изображать других, прежде чем представить публике, которая немедленно и полностью обожала его.
Он вырос до окончательного роста в чуть более метра. Он трижды гастролировал по Европе и выступал перед королевскими особами по всему континенту. В 1863 году он женился на другой женщине маленького роста, Лавинии Уоррен. С точки зрения общественного внимания, это было грандиозно.
Их свадебную фотографию, сделанную Мэтью Брэди, продали тиражом, ставшим одним из самых успешных десятилетия.
Он умер в 1883 году в возрасте сорока пяти лет. Богатым человеком, который провёл всю свою взрослую жизнь как один из самых узнаваемых артистов на земле и, по оценкам большинства знавших его, искренне наслаждался этим.
Человек-подушка для булавок
23 мая 1947 года в Цюрихе, в аудитории, голландский артист Арнольд Геррит Хенскенс, называвший себя Мирандо дель Рей, позволил ассистенту протолкнуть полую стальную спицу целиком через свой торс. Вход под левым плечом. Выход под правым. Пронзив то, что должно было быть несколькими органами.
Крови не было.
Изображения были опубликованы. Никакого приемлемого медицинского объяснения не было предложено тогда. Не предложено и с тех пор.
Существующие теории включают годы постепенной внутренней перестройки органов через намеренную практику и необычную степень образования рубцовой ткани вдоль пути повторного проникновения.
Швейцарские власти запретили ему выступать в стране после демонстрации 1947 года, потому что это было слишком опасно.
Вскоре после этого он проглотил стальную иглу. Рентгеновские снимки показали, что она движется через его пищеварительную систему без видимого вреда.
В мае 1949 года, через два года после Цюриха, он умер от разрыва аорты в швейцарском санатории. Причина не была формально связана с его номерами.
Сроки были отмечены в каждой медицинской статье, написанной о нём с тех пор.
Бородатая женщина. Борьба за человеческое достоинство
Энни Джонс родилась в Вирджинии в 1865 году с тяжёлым гирсутизмом, который к её подростковым годам дал полную бороду и усы, свисавшие на несколько сантиметров с подбородка.
Финеас Барнум нашёл её, когда ей было девять месяцев. Её обедневшие родители согласились, чтобы её выставляли. Её сфотографировали с Барнумом в возрасте двух лет — уже афишировали как «младенца Исава». С этого момента она была в разъездах почти непрерывно до конца детства и ранней взрослости.
Она выросла человеком с собственным мнением.
Будучи взрослой, она вела неформальную кампанию среди цирковых артистов за удаление слова «урод» из рекламы балаганов. Она утверждала — за десятилетия до того, как возник язык прав инвалидов, — что это слово неточно и дегуманизирует человека.
Кампания имела ограниченный практический эффект. Она всё равно вела её.
Она выходила замуж дважды. Развелась с первым мужем — своим менеджером. Пережила второго. Она давала интервью, в которых описывала своё цирковое детство как, по её словам, «не полностью неприятное, но не та жизнь, которую я бы выбрала».
Она умерла в 1902 году в возрасте тридцати семи лет.
В последних программах, напечатанных для её выступлений, её описывали просто как «женщину с бородой». Потому что она потратила двадцать лет, настаивая на том, что это единственная по-настоящему правдивая вещь о ней. И продолжала настаивать, пока люди, писавшие рекламный текст, не начали слушать.
Безногий акробат. Шестьдесят семь лет на манеже
Эли Боуэн родился в Огайо в 1844 году с фокомелией — нарушением развития конечностей, при котором у него не было ног, а к бедрам были прикреплены маленькие рудиментарные ступни.
Он научился передвигаться на руках с раннего детства. Он развил силу верхней части тела в подростковые годы, что в итоге позволило ему выполнять акробатические номера на шесте, стойки на руках и гимнастические упражнения, которые были бы физически сложны для любого артиста.
Он присоединился к своему первому цирку в тринадцать лет. Он выступал шестьдесят лет. Он женился в 1879 году, имел четырёх сыновей — все родились с полноценными конечностями, — и вырастил их в цирковом мире и вокруг него. Он никогда не уходил.
Он был одним из самых высокооплачиваемых артистов эпохи Барнума и Бейли. И он достиг этого положения не тем, что его выставляли, а тем, что разработал номер, требовавший настоящего мастерства, и продолжал совершенствовать его шесть десятилетий.
Он выступил на публике в последний раз на Панамско-Тихоокеанской международной выставке в Сан-Франциско в 1915 году в возрасте семидесяти одного года. Толпа, которая пришла, ясно показала, что шестьдесят лет не уменьшили ни номера, ни любви аудитории к человеку, исполнявшему его.
Он умер в 1924 году в возрасте восьмидесяти лет, проведя шестьдесят семь лет в цирке как артист, а не как экспонат.
Джоджо, мальчик с собачьим лицом
Между выступлениями он тихо читал и говорил на четырёх языках.
Когда поднимался занавес, он рычал.
Фёдор Евтихиев родился в Санкт-Петербурге в 1868 году. Сын Адриана Евтихиева, у которого было то же состояние и которого выставляли на европейских ярмарках десятилетиями.
Состояние было гипертрихозом. Длинные шелковистые волосы покрывали его лицо, уши и верхнюю часть тела в узоре, который его промоутеры, в частности Барнум, описывали как напоминающий шерсть скайтерьера.
Барнум приобрёл его в 1884 году, переименовал в Джоджо, придумал историю происхождения о том, как его поймали в русской глуши в диком состоянии, и требовал, чтобы он рычал, лаял и вёл себя так, будто не понимает человеческого языка.
Он говорил на четырёх языках.
Каждый закулисный отчёт описывал его как тихого, замкнутого человека, которому было глубоко неловко из-за роли, которую он был вынужден исполнять.
Между выступлениями он тихо читал и нормально разговаривал с любым, кто к нему подходил, на языке, который они разделяли.
Когда поднимался занавес, он рычал.
Оплата была лучше, чем всё остальное, доступное человеку в его положении. Это самое честное объяснение того, почему большинство людей в этой индустрии оставались.
Он умер в 1894 году в Салониках в возрасте двадцати шести лет от пневмонии во время гастролей в Греции. Его отец, сделавший то же приспособление всю свою трудовую жизнь, пережил его на много лет.
Ни один из них никогда не выбирал этот номер. Но оба его всё равно отдавали.
Живой скелет. Диагноз без ответа
Исаак Спраг имел совершенно обычную внешность примерно до двенадцати лет. Затем он перестал набирать вес, продолжая расти. К позднему подростковому возрасту он весил менее двадцати семи килограммов при росте 168 сантиметров.
Многие врачи осматривали его на протяжении его жизни. Ни один не поставил окончательного диагноза. Наиболее правдоподобная современная версия — тяжёлая форма прогрессирующей мышечной атрофии, при которой мускулатура никогда не развивалась адекватно, производя крайнюю структурную худобу, отличную от голодания.
Барнум подписал с ним контракт в 1865 году. Он весил тогда девятнадцать с половиной килограммов. Он был женатым человеком с тремя детьми. Во время выступлений он непрерывно пил молоко из фляги, чтобы поддерживать энергию.
Он ушёл из выступлений в середине 1880-х годов и впал в нищету в течение года, регулярно зарабатывая, но почти ничего не откладывая. Он вернулся на гастроли в свои пятьдесят с лишним лет, потому что не было другого источника дохода.
Он умер в 1887 году в возрасте сорока шести лет. Его жена и трое детей остались без финансовой поддержки.
Его случай фигурирует в исторической медицинской литературе под заголовком «крайнее истощение», представленный как диагностическая головоломка, без сопроводительной заметки о семье, которую он оставил после того, как головоломка перестала быть актуальной.
Кукушка, девушка-птица
Мини Вулси родилась с синдромом Секкеля — редкой формой первобытного нанизма, характеризующейся крайне маленьким черепом, узким клювовидным носом, большими относительно лица глазами, отсутствием зубов и маленьким хрупким телом. Во взрослом возрасте она едва достигала 120 сантиметров.
Она выступала в балаганах с 1920-х годов под именем Кукушка, девушка-птица.
Она появилась в фильме Тода Браунинга «Уродцы» 1932 года в костюме из перьев, который явно был специально разработан вокруг её черт, а не подогнан по существующей выкройке. Эффект слишком точен, чтобы быть случайным.
Она движется в своих сценах быстрым порхающим движением, которое промоутеры в неё врепетировали. Камера ловит это где-то между намеренным выступлением и чем-то более сущностным.
Чего «Уродцы» не показывают, так это что-либо за кадром. Потому что никто этого не записал. Её фактическая дата рождения, её юридическое имя, обстоятельства её входа в индустрию балаганов, дата и обстоятельства её смерти, детали её внутренней жизни — всё это либо неопределённо, либо полностью утеряно.
Дикие люди с Борнео
Хайрем и Барни Дэвис были сыновьями фермера. Они жили совершенно обычной сельской жизнью, пока шоумен по имени Лайман Уорнер не убедил их мать позволить ему выставлять их как диких дикарей, только что пойманных в джунглях Борнео.
Они были маленькими, коренастыми и физически сильными. Способными на трюки силы и акробатические номера, которые Уорнер включил в номер, гастролировавший по Америке более шестидесяти лет.
Они не говорили ни на одном языке Борнео. Они никогда не были на Борнео. Во время выступлений они общались на быстром сценическом тарабарском языке, который их менеджмент разработал вместе с ними для поддержки вымысла о внеземном происхождении.
Демонстрации силы, в которых оба мужчины вместе поднимали и удерживали взрослых зрителей, были совершенно подлинными.
Ими управлял их брат Уильям, который путешествовал с ними как их официальный менеджер и получал за это зарплату.
Они хорошо зарабатывали и ушли на покой в Нью-Джерси, где жили тихо до конца своих дней. Хайрем умер в 1905 году, Барни — в 1912 году.
Самая характерная деталь их истории — та, которую промоутеры никогда не помещали на афишу. Двое парней с фермы из Огайо, выступавшие как каннибалы с другого континента, которые возвращались домой каждую зиму к той самой сельской американской жизни, которая у них всегда была и которую они никогда не покидали.
Джек Эрл. Великан, ставший художником
Джозеф Эрлик родился в Денвере, штат Колорадо, в 1906 году. Он достиг своего полного взрослого роста 231 сантиметр к позднему подростковому возрасту. Результат опухоли гипофиза, производящей неконтролируемый гормон роста.
Братья Ринглинг нашли его в семнадцать лет и подписали под именем Джек Эрл, поместив его на противоположный конец рекламного спектра от наследия Тома Тамба как доказательство того, что цирк содержит весь человеческий диапазон — от самого маленького до самого высокого.
Он был не просто высоким мужчиной, стоящим неподвижно, чтобы его измерили. Он был готовым и вовлечённым артистом, который всё время в цирке был также серьёзным работающим художником. Он писал картины. Лепил скульптуры. Писал стихи.
В 1940 году он оставил выступления, переехал в Сан-Франциско и провёл остаток жизни как продавец вин и визуальный художник, добившись скромного профессионального признания в обеих ипостасях на их собственных заслугах.
Он умер в 1952 году в возрасте сорока шести лет. Гипофизарное состояние, которое сделало его знаменитым, состарило его тело значительно быстрее, чем нормальный рост.
Его картины находятся в частных коллекциях. Он один из очень немногих людей из эпохи балаганов, кто полностью перешёл в другую жизнь и добился в ней успеха, не делая вид, что первая жизнь не существовала.
Двуголовый мексиканец
Где-то около 1917 года человек по имени Паскаль Пинон был нанят цирком Селлса для того, чтобы носить скульптурную восковую маску в форме человеческого лица, прикреплённую к макушке. Сидеть на специально построенной платформе. И быть представленным платящей публике как самое поразительное уродство природы в мире — двуголовый человек.
Вторая голова была восковым реквизитом, отлитым из формы, раскрашенной так, чтобы напоминать человеческое лицо в покое. Она была установлена на возвышенной области его черепа, которая могла быть естественным наростом, а могла быть мягкой рамой, встроенной в сам выставочный аппарат.
Цирк продвигал его как мексиканского железнодорожного рабочего, обнаруженного в полях Техаса, который всю жизнь скрывал своё второе лицо под сомбреро. Полностью выдуманная история.
Что подтверждено, так это то, что Пинон был настоящим человеком, настоящим сотрудником цирка, которому платили за исполнение этого конкретного обмана в течение нескольких лет. Который появлялся на рекламных фотографиях, широко распространявшихся в то время. А затем исчез из исторических записей так же полностью, как и вошёл в них.
Девушка-бигфут из Огайо
Фанни Миллс родилась в Англии и приехала в США ребёнком, в конце концов поселившись в Огайо. Там её нашли цирковые промоутеры, которые распознали в её состоянии нечто, что можно было продавать в массовом масштабе.
У неё была болезнь Милроя — первичная лимфедема, поражающая лимфатическую систему. В её случае состояние сконцентрировалось полностью в ступнях, которые к моменту, когда её выставляли, достигали около сорока восьми сантиметров в длину. Её туфли были специально сконструированы и выставлялись рядом с ней как реквизит.
Её афишировали как девушку-бигфут из Огайо. Она гастролировала по основным американским цирковым маршрутам в 1880-х годах.
Самым поразительным элементом её рекламной кампании было публичное предложение: пять тысяч долларов и работающая ферма в Огайо любому мужчине, готовому на ней жениться. Рекламный трюк, предназначенный для создания газетного шума. И он надёжно срабатывал в каждом новом городе, который посещал цирк.
С ней путешествовала женщина-компаньон, афишируемая как её сиделка. Её роль была отчасти логистической, отчасти перформативной — её присутствие подразумевало постоянное медицинское наблюдение, что усиливало в выставке ощущение подлинной аномалии.
Фанни Миллс в конце концов вышла замуж за мужчину по имени Генри Браун. Не через конкурс, а по своему собственному усмотрению. Она ушла из выступлений после замужества. Что случилось в последующие годы, не зафиксировано — как это типично для женщин в её положении, после того как их коммерческая ценность истекла.
Человек-сова. Шея, повёрнутая на сто восемьдесят градусов
Мартин Лорелла, родившийся как Мартин Эмерлинг в Нюрнберге, Германия, в 1886 году, мог поворачивать свою голову на сто восемьдесят градусов. Затылок оказывался на уровне плеч. При этом его тело было обращено вперёд, а лицо смотрело прямо назад.
Он не родился с состоянием, позволяющим это. Он развил это через годы намеренной практики. Феномен, который врачи, осматривавшие его, приписали прогрессивному перерастяжению передних продольных связок шейных позвонков. Связок, которые у большинства людей никогда не позволяют такого диапазона движений ни при каких обстоятельствах.
В полностью повёрнутом положении кровоток к его мозгу был нарушен, и он не мог удерживать позу в течение длительного времени без потери сознания. Он регулировал продолжительность каждого выступления, чтобы оставаться ниже этого порога.
Он курил сигарету во время номера, чтобы занять руки и рот, пока его лицо было повёрнуто назад.
Он выступал в аттракционах Рипли «Верьте или нет», на Кони-Айленде и на крупных цирковых площадках в течение тридцати лет.
Он умер в 1955 году.
С медицинской точки зрения, то, что он сделал, было самопроизвольной травмой шейного отдела позвоночника, достаточно точной, чтобы выполняться по команде.
Девушка-вилли из Миннесоты
Волосы были золотистыми, мягкими и красивыми. Её промоутеры обрамляли это как ужас.
Элис Элизабет Доэрти родилась в Миннеаполисе в 1887 году с гипертрихозом ланугинозным — крайне редким состоянием, при котором тело производит тонкие пушистые лануго-волосы. Этот тип покрывает плодов и обычно выпадает до или вскоре после рождения. В её случае он покрывал всё её лицо и тело длинной мягкой золотистой шубой, которую современники описывали как красивую, но вызывающую подлинную дезориентацию. Потому что красота волос находилась в точном противоречии с ужасом, которым её промоутеры обрамляли его.
Её родители начали выставлять её в возрасте двух лет. У неё не было памяти о жизни до сцены.
Она выступала в свои подростковые годы и двадцатилетнем возрасте и ушла из выступлений в конце двадцатых, вернувшись в Миннеаполис, где жила тихо до конца жизни.
Её не обманули с заработком, как сестёр Хилтон. Её не эксплуатировали после смерти, как Джулию Пастрана. Её семья управляла её делами так, что это принесло финансовую безопасность.
Она умерла в 1933 году в возрасте сорока шести лет, оставив почти никаких личных записей, кроме фотографий для кабинетных карточек, которые продавались тысячами в годы её выступлений.
Девушка-верблюд
Элла Харпер родилась в Хендерсонвилле, штат Теннесси, в 1870 году с врождённой двусторонней рекурвацией колена. Состояние, при котором коленные суставы переразгибаются в обратную сторону. Когда она ходила на четвереньках, её ноги сгибались назад в позе задних ног верблюда.
Она могла ходить прямо шаркающей походкой, если выбирала. Она обычно предпочитала четвереньки, потому что это было быстрее и удобнее.
Цирковые промоутеры, когда нашли её, сразу recognised визуальный потенциал. К 1886 году она зарабатывала двести долларов в неделю, что ставило её в число лучше оплачиваемых артистов индустрии.
Самый важный документ во всём её деле — это текст, который она написала сама для программной карточки, продававшейся на её выступлениях. В нём она описывает своё состояние простым фактологическим языком, заявляет, что появилась в балагане, чтобы заработать деньги, а затем завершает, информируя читателя, что намерена уйти из этого бизнеса и получить образование.
Промоутер не мог этого выдумать. Голос в этом тексте — её. И намерение, стоящее за ним, было выполнено.
Она ушла из выступлений в позднем подростковом возрасте и поступила в школу. После этого она исчезает из исторических записей так полностью, что никакого брака, никакой записи о смерти, никакой взрослой биографии никогда не было окончательно установлено.
Мальчик-пони
Роберт Хаддлстон, известный в цирковом мире как Мальчик-пони, родился в конце девятнадцатого века с двусторонней рекурвацией колена, аналогичной той, что была у Эллы Харпер. Его суставы сгибались в обратную сторону. Его естественный способ передвижения на четвереньках давал походку, которую промоутеры описывали публике как лошадиную.
Он выступал непрерывно тридцать шесть лет.
Всё, что содержит историческая запись, — это его имя в цирковых списках, его присутствие на сцене на протяжении почти четырёх десятилетий. И почти ничего больше.
Он один из наименее документированных среди всех крупных артистов этой эпохи. Его личная история полностью поглощена тем номером, который он давал.
Его имя появляется в цирковых записях с начала 1900-х до 1930-х годов. А затем оно исчезает.
Артисты, разделявшие его мир в те годы, оставляли дневники, давали газетные интервью, подавали судебные иски или, как минимум, писали свой собственный рекламный текст. О Мальчике-пони ничего из этого не сохранилось. Только имя в списках и фотография, на которой он стоит на четвереньках, готовый к выходу на сцену.
Эпилог
Более ста лет эти фотографии лежали в газетах, цирковых архивах и забытых коллекциях.
Те, кого вы только что увидели, были реальными людьми. У каждого из них была семья. Детство. Мечты. Страхи.
Некоторые из них заработали состояния. Другие умерли в нищете. Кого-то похоронили с почестями. Чьи-то тела выставляли напоказ ещё десятилетия после смерти.
Их объединяло одно: все они жили в эпоху, когда человеческое тело, отличающееся от общепринятой нормы, становилось товаром. Зрелищем. Афишей.
Но за каждой афишей была жизнь.
И эти жизни заслуживают того, чтобы их помнили не только как диковинки.
Как вы думаете, изменилось ли общество? Или сегодня мы просто по-другому называем тех, кто не вписывается в «норму»?
Напишите в комментариях.