Глава 291: В другую эпоху
— Алекс! — кричала Лили.
Сердце колотилось где-то в горле, а мир вокруг вдруг стал странно вязким и густым, словно воздух превратился в воду. Всё происходило будто в замедленной съёмке. В такие моменты время перестаёт течь нормально, и одна секунда растягивается в целую вечность.
Я видел лица мужчин, их тяжёлые, непроницаемые взгляды. Видел, как ветер качает широкие листья банановых деревьев. Слышал собственное дыхание — тяжёлое, рваное, словно лёгкие внезапно забыли, как нужно работать.
Мне стало по-настоящему страшно.
Не так, как бывает страшно перед экзаменом или важными переговорами. Это был совсем другой страх — древний, первобытный, живущий где-то глубоко внутри каждого человека. Страх, который приходит тогда, когда понимаешь, что мир не обязан быть добрым. Что рядом нет полиции, нет друзей, нет никого, кто сможет помочь. Есть только ты и неизвестность.
Я смотрел на приближающихся мужчин и впервые за долгое время чувствовал себя совершенно беззащитным.
И вдруг над долиной раздался резкий свист.
Короткий. Пронзительный. Словно кто-то острым ножом разрезал тишину.
Мужчины сразу остановились и одновременно повернули головы в сторону реки. Я тоже обернулся.
По тропинке быстрым шагом шёл дядя Рамило.
Он двигался спокойно, но в его походке было что-то такое, что невозможно объяснить словами. Уверенность человека, который находится на своей земле. Человека, которого здесь знают и уважают. Человека, который знает каждую тропинку, каждое дерево и почти каждого жителя этих мест.
Подойдя ближе, он начал что-то говорить на незнакомом мне диалекте. Мужчины внимательно слушали, а я стоял и понимал, что сейчас моя судьба зависит от разговора, смысла которого я даже не могу понять.
Наверное, никогда раньше я не чувствовал себя настолько чужим. Настолько далёким от дома, от привычного мира, от всего, что всегда казалось надёжным и понятным.
Прошла минута. Может быть, две.
А потом мужчины начали уходить.
Без криков. Без угроз. Без объяснений.
Они просто развернулись и один за другим исчезли среди густой зелени банановой фермы, словно джунгли забрали их обратно.
Только тогда я понял, что всё это время стоял, сжав кулаки до боли. Пальцы дрожали, по спине стекал холодный пот, а сердце всё ещё билось где-то в горле.
Дядя Рамило подошёл ко мне, положил руку на плечо и спокойно улыбнулся.
— Всё хорошо, Алекс.
И именно после этих слов напряжение внутри меня наконец рухнуло. Словно кто-то снял с груди огромный камень, который всё это время не давал нормально дышать.
Мы направились обратно к реке.
И там я увидел Лили.
Я до сих пор помню её глаза.
В них стояли слёзы.
Не слёзы обиды или слабости. Это были слёзы человека, который только что пережил настоящий страх.
Она бросилась ко мне и крепко обняла. Так крепко, словно хотела убедиться, что я действительно рядом. Что всё закончилось. Что меня не увели в джунгли. Что я жив.
Я почувствовал, как дрожат её руки.
— Любимый... пожалуйста, не отходи больше от нас...
И в этот момент меня пронзило сильнее, чем весь пережитый страх.
Все это время, она думала только обо мне.
Она действительно боялась меня потерять.
Не машину.
Не деньги.
Не планы на будущее.
Меня.
Просто меня.
Я осторожно прижал её к себе. Она уткнулась лицом мне в грудь, и я почувствовал, как дрожат её плечи.
— Никогда больше так не делай, — прошептала она.
В её голосе было столько боли, что у меня защемило сердце.
Именно тогда мне стало по-настоящему страшно.
Не там, среди незнакомых мужчин.
Не тогда, когда я остался один среди банановых деревьев.
А сейчас.
Потому что я впервые ясно представил мир без неё.
Мир, в котором нет её улыбки.
Нет её голоса.
Нет её руки в моей руке.
Нет её рядом.
И от одной этой мысли внутри всё холодело.
Я осторожно поднял её лицо за подбородок и поцеловал.
— Прости меня, любовь моя.
Она ничего не ответила. Только крепче прижалась ко мне.
Мы ещё долго стояли возле реки. Ветер перебирал её волосы, солнце рассыпало золотые блики по воде, где-то вдалеке кричали птицы, а течение тихо несло свои воды между камней.
Я смотрел на горы вдали и чувствовал огромную благодарность.
За то, что всё закончилось именно так.
За то, что могу держать её за руку.
За то, что могу слышать её голос.
А я стоял и понимал:
ещё несколько минут назад я смотрел в глаза опасности.
Но сейчас больше всего на свете боялся потерять женщину, которую люблю.
Не как в красивых фильмах.
Не как в романах.
А по-настоящему.
До боли.
До дрожи.
До желания защищать её всю оставшуюся жизнь.
Иногда человеку достаточно одного короткого взгляда в лицо опасности, чтобы по-настоящему понять цену жизни.
И цену любви.
Мы подошли к самому краю реки.
Перед нами открывался такой вид, что слова становились бессильны.
Изумрудные горы уходили к горизонту. Серебристая лента реки извивалась между огромных валунов. Белые облака лениво цеплялись за вершины холмов, а ветер приносил запах воды, травы и нагретой солнцем земли.
Я смотрел на эту красоту и вдруг почувствовал, как глаза становятся влажными.
Потому что счастье оказалось совсем не таким, каким я представлял его всю жизнь.
Оно не пряталось в деньгах.
Не измерялось успехом.
Не покупалось дорогими машинами.
Счастье стояло рядом со мной.
Держало меня за руку.
И смотрело на меня глазами женщины, которая только что плакала от страха потерять любимого человека.
И в тот момент я был самым богатым человеком на земле.
— Любимый, ты был в большой опасности, — тихо сказала Лили, всё ещё не отпуская мою руку.
Я посмотрел на неё и увидел, что тревога в её глазах ещё не исчезла.
— Не отставай больше от нас, пожалуйста, — попросила она.
— Хорошо, обещаю, — ответил я. — Но что это вообще было?
Лили тяжело вздохнула.
— Мы как раз говорили об этом, когда ехали сюда. Это одно из племён, которые живут в этих местах. Некоторые из них до сих пор ведут очень простой образ жизни и почти не поддерживают связь с внешним миром. Они редко общаются с людьми из других деревень и практически не контактируют с теми, кто живёт за пределами их территории.
Она указала рукой в сторону банановой фермы.
— Посмотри туда. Видишь в глубине?
Я прищурился и всмотрелся между рядами банановых деревьев. Вдалеке действительно виднелись небольшие хижины.
— Вижу, — ответил я.
Домики были совсем маленькими. Их стены были сделаны из бамбука, а крыши покрыты широкими банановыми листьями.
— Там они и живут, — сказала Лили.
— А чем они питаются?
— Бананами, кокосами, рыбой, охотой. Собирают всё, что даёт им природа.
Я ещё раз посмотрел в сторону поселения.
— А они опасные?
Лили на секунду задумалась.
— Не знаю, любимый. Для своих, возможно, нет. Но для иностранцев здесь быть очень опасно.
— В каком смысле?
— Бывали случаи, когда иностранцев похищали и потом требовали выкуп. А иногда всё заканчивалось гораздо хуже.
От её слов мне стало не по себе.
Я невольно вспомнил тяжёлые взгляды мужчин и почувствовал неприятный холодок внутри.
— В племенах действуют свои законы, — продолжила Лили. — Совсем не такие, как в городе.
— Например?
Она слегка улыбнулась.
— К примеру, если какой-нибудь девушке понравится мужчина, она может рассказать об этом старейшине, — сказала Лили. — А дальше всё будут решать уже старшие.
— И что потом? — с недоверием спросил я.
Лили пожала плечами.
— Если они сочтут, что так будет правильно, тебя могут просто забрать в племя. Без твоего согласия. Для них мнение общины важнее желания одного человека.
Я удивлённо посмотрел на неё.
— Подожди... Ты хочешь сказать, что меня могут похитить?
— Именно, — спокойно ответила она. — Приведут в деревню, познакомят с семьёй девушки и объявят её будущим мужем. И никто там не увидит в этом ничего необычного. Для них это часть традиций, которым уже много поколений.
— Звучит как сюжет приключенческого фильма.
— Возможно, — улыбнулась Лили. — Но здесь до сих пор есть места, где жизнь течёт совсем по другим законам.
Я рассмеялся.
— Нам не о чем волноваться. Мы уже женаты.
Лили покачала головой.
— Для них это не имеет значения. У них свои традиции и свои законы.
Некоторое время мы молча смотрели на банановую ферму.
Потом я вспомнил о самом главном.
— А что им сказал дядя Рамило?
— Он объяснил, что ты приехал вместе с ним. Сказал, что ты его родственник и находишься под его защитой.
Я удивлённо посмотрел в сторону реки, где дядя Рамило о чём-то разговаривал с тётей Ферлиной.
— И эти мужчины просто ушли?
— Просто дядю Рамило здесь знают почти все, — ответила Лили. — Он много лет работает в этих местах. Владеет фермой, помогает людям, поддерживает местные семьи. Его уважают.
Я посмотрел на этого невысокого спокойного человека и почувствовал ещё большую благодарность.
Если бы не он, всё могло закончиться совсем иначе.
Словно почувствовав мой взгляд, дядя Рамило обернулся и улыбнулся.
Я улыбнулся в ответ.
А затем снова посмотрел на Лили и крепче сжал её руку.
После всего произошедшего мне совершенно не хотелось отпускать её даже на шаг.
Теперь, когда опасность миновала, всё вокруг казалось совсем другим. Те самые мужчины уже не выглядели страшными. Я поймал себя на том, что несколько минут назад видел в них угрозу, а теперь видел обычных людей. Они просто жили своей жизнью, вдали от городов, интернета, торговых центров и всего того, что для нас было привычным.
— Странно всё это, — задумчиво сказал я. — Мы живём в одном мире, а кажется, будто в разных эпохах.
Лили улыбнулась.
— На Филиппинах много таких мест. Особенно в горах и на далёких островах. Некоторые люди никогда не покидали свои деревни.
Я посмотрел на реку.
Солнечные лучи играли на поверхности воды, а лёгкий ветер приносил прохладу после дневной жары.
— А ты не боялась? — спросил я.
Лили повернулась ко мне.
— Очень боялась.
Она сказала это тихо и совершенно серьёзно.
— Когда они окружили тебя, я не знала, что делать. Я звала дядю Рамило, но мне казалось, что он не успеет.
Я взял её за руку.
— Прости.
— Главное, что всё закончилось хорошо, — ответила она и слегка сжала мои пальцы.
Через несколько минут к нам подошли дядя Рамило и тётя Ферлина. На их лицах уже не было тревоги, словно всё произошедшее осталось где-то далеко позади. Мы сделали несколько фотографий на память. На снимках все улыбались, и если бы кто-то посмотрел на них со стороны, никогда бы не подумал, что ещё совсем недавно ситуация могла закончиться совсем иначе.
После этого мы решили немного прогуляться вдоль реки. Солнце стояло почти в зените и беспощадно заливало всё вокруг жарким светом. Воздух был тяжёлым и горячим. Я машинально посмотрел на часы. Было 14:40.
Мы шли по узкой тропинке. Справа от нас шумела река, сверкая серебристыми бликами на солнце, а слева тянулась бесконечная банановая ферма. Я невольно бросал взгляды в сторону деревьев. После всего произошедшего они уже не казались мне такими безобидными.
— А нам здесь безопасно? — поинтересовался я.
Все рассмеялись.
— Да, Алекс, нам нечего переживать. С нами дядя Рамило, — улыбнулась тётя Ферлина.
Я тоже улыбнулся, хотя внутри спокойствия не было. Несколько минут назад мы пережили ситуацию, которую мне совершенно не хотелось вспоминать. Иногда страх не исчезает сразу. Он ещё какое-то время живёт внутри человека, заставляя настороженно смотреть по сторонам и прислушиваться к каждому шороху.
Пройдя около пятисот метров, мы оказались возле переправы. Увиденное заставило меня остановиться.
Я ожидал увидеть что-то вроде небольшого парома или хотя бы моторной лодки. Но перед нами находился самый настоящий плот из бамбука. Простой, самодельный, построенный местным жителем.
Возле плота находился взрослый мужчина и двое мальчишек лет пяти или семи. Ребята были совершенно голыми и, кажется, чувствовали себя абсолютно счастливыми. Пока взрослый мужчина ждал мотоциклы, которые должны были заехать на плот, дети беззаботно играли. Они прыгали с плота в воду, ныряли, смеялись и снова карабкались наверх.
На плот заехали два мотоцикла. Мужчина тянул его за канат спереди, а двое этих детей помогали толкать сзади. Всё выглядело настолько необычно, что я несколько минут просто стоял и наблюдал за происходящим.
Для местных жителей это был обычный день. Обычная переправа. Обычная жизнь.
А для меня всё выглядело так, словно я случайно оказался в совершенно другом времени.
Мы сделали ещё несколько фотографий и отправились обратно к машине. До неё добрались довольно быстро, минут за пять или семь. Всю дорогу я с недоверием поглядывал на банановую ферму. Теперь она казалась мне не просто красивым местом, а настоящим лабиринтом, скрывающим десятки неизвестных историй.
Когда мы подошли к автомобилю, я ещё раз посмотрел в глубь фермы. Там, возле небольших домиков, играли дети. Кто-то бегал друг за другом, кто-то сидел возле входа в хижину, а взрослые занимались своими делами.
И почему-то именно тогда я почувствовал странное облегчение.
Совсем недавно эти места казались мне опасными и чужими. А сейчас я видел обычных людей. Таких же, как мы. Со своими семьями, заботами и мечтами.
Мы сели в машину. Развернуться привычным способом было невозможно — дорога оказалась слишком узкой. Поэтому мне пришлось долго сдавать назад. Дядя Рамило и тётя Ферлина пошли пешком вперёд, а Лили осталась рядом со мной на переднем сиденье.
Пока я медленно выезжал с фермы, мой взгляд снова и снова возвращался к деревьям. Я думал о людях, которые здесь живут. О детях, которых мы только что видели. О том, насколько разной может быть жизнь.
Через некоторое время мы добрались до небольшой деревни, где дорога стала шире. Там мне наконец удалось развернуть машину. Дядя с тётей сели в автомобиль, и мы поехали дальше.
За окнами проплывали горы, пальмы, маленькие домики и рисовые поля. А я всё никак не мог выбросить из головы тех детей.
— А что будет, если мы купим конфет и разных вкусностей и привезём их детям в это племя? — спросил я у Лили.
Она улыбнулась.
— Они будут очень счастливы и благодарны.
Потом немного помолчала и добавила:
— Знаешь, многие дети в провинции, когда им покупают бургер, не съедают его сразу. Они несут его домой родителям.
Я удивлённо посмотрел на неё.
— Правда?
— Правда. Мы с тетей иногда покупали детям еду. Многие сначала думают о своей семье.
Я снова посмотрел в окно.
Почему-то от этих слов стало тепло на душе.
— Так давай так и сделаем, — предложил я.
Но тётя Ферлина сразу покачала головой.
— Нет, Алекс. Тебе здесь небезопасно.
В её голосе не было страха. Только спокойная уверенность человека, который хорошо знает местную жизнь.
Я не стал спорить.
Мы продолжали ехать дальше и вскоре оказались возле довольно большой деревни. Но неожиданно движение остановилось. Дорога была перекрыта.
Впереди проходила фиеста.
По улице двигалась большая колонна людей в ярких костюмах. Звучала музыка, слышались голоса, смех и аплодисменты. Люди улыбались и фотографировали происходящее.
Я с интересом наблюдал за этим через лобовое стекло.
Для меня всё было новым.
Необычным.
Настоящим.
Я никогда раньше не видел ничего подобного.
Наверное, именно ради таких моментов и стоит путешествовать. Потому что они позволяют увидеть не красивые картинки из интернета, а настоящую жизнь людей.
Через несколько минут дорогу открыли, и машины снова начали движение.
Мы поехали дальше, к дому дяди Рамило и тёти Ферлины.
Я смотрел на проплывающие за окном пейзажи и чувствовал, что этот день останется в моей памяти навсегда. Слишком много событий произошло за несколько часов. Слишком много мыслей появилось в голове.
А рядом сидела Лили и держала меня за руку.
И почему-то именно это сейчас казалось самым главным.
Я ещё не знал, что этот день приготовил для нас далеко не последний сюрприз.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…