Восемнадцатое марта тысяча пятьсот восемьдесят четвертого года выдалось в Москве на редкость ясным. Солнце, казалось, с особым рвением плавило последние сугробы, и в воздухе пахло влажной землей и пробуждающейся жизнью. Но за толстыми стенами Кремля, в душных и темных покоях, пахло совсем иначе: удушливой смесью ладана, немытых тел, лекарственных трав и приближающейся смерти. Здесь, на своем жестком ложе, умирал первый русский царь, Иван Васильевич, которого народ уже давно в страхе и трепете именовал Грозным.
Ему было всего пятьдесят три года. По меркам XVI века — не глубокая старость. Но тело этого человека было изношено до предела, иссушено яростью, опаляющим гневом и тяжелейшими недугами. Современные исследования его останков расскажут потомкам страшную правду: позвоночник государя был изуродован чудовищными остеофитами, костными наростами, которые превращали каждое движение в пытку. Он не мог ходить, не мог сидеть без боли. К этому букету добавлялись последствия, как принято считать, дурной болезни, которую лечили тогда втиранием ртутных мазей, и многолетнее пьянство. Организм царя был отравлен не только зельем, но и самим образом жизни. Казалось бы, ответ лежит на поверхности: смерть пришла как избавление от мук. Но так ли это?
Слухи поползли по Москве в тот же час. Говорили разное. Одни шептали о том, что государь, чувствуя приближение конца, велел принести скипетр и державу, чтобы передать их сыну Федору. Другие утверждали, что он играл в шахматы с Богданом Бельским, своим любимцем, и вдруг повалился навзничь. Но была и третья молва — страшная, темная молва об убийстве.
Согласно этим рассказам, царь в тот день внезапно почувствовал себя дурно после бани. Он прилег, но затем резко поднялся на постели, словно желая отдать какое-то повеление или подозвав к себе верных слуг. В этот миг в опочивальне оказались Бельский и Годунов. И тут же, по словам летописцев и иностранных послов вроде Джерома Горсея, произошло непоправимое. На грудь царю навалились, а сверху положили тяжелые подушки. Борьба была недолгой. Могучий еще недавно правитель оказался бессилен перед грубой физической силой своих «верных» псов. Он задохнулся под периной, так и не успев издать предсмертного крика или проклятия.
Мотив? Он был у многих. В последние месяцы жизни Иван Грозный находился во власти параноидального бреда. Ему повсюду мерещились заговоры. Он уже казнил многих знатнейших боярских родов и теперь мог обратить свой взор на тех, кто стоял ближе всего к трону — на тот же круг Годуновых и Бельских. Борис Годунов, чья звезда стремительно всходила при слабовольном царевиче Федоре, имел все основания опасаться гнева непредсказуемого отца. Одно слово царя — и его голова покатилась бы с плахи. Удушение стало актом самосохранения дворцовых элит.
Но была и другая версия, которая спустя столетия получила научное подтверждение и превратила эту историю из дворцовой сплетни в настоящий исторический детектив.
В 1963 году специальная комиссия вскрыла гробницы в Архангельском соборе Кремля. Когда ученые получили доступ к останкам Ивана Грозного, они обнаружили в них аномально высокое содержание ртути — в десятки раз превышающее норму. Аналогичные показатели были найдены и в волосах его первой жены Анастасии, и в останках царевича Ивана, убитого отцом в порыве гнева. Ртуть — яд медленный и коварный. Она не убивает мгновенно, как цианид или мышьяк (который тоже был обнаружен в костях), а разрушает организм постепенно: вызывает параличи, судороги, безумие и невыносимые боли.
Это открытие породило две равновероятные гипотезы. Первая: царь на протяжении многих лет лечился от сифилиса препаратами на основе ртути («пил таблетки до одури», как писал один из лекарей), и именно они свели его в могилу. Вторая: он был отравлен. Дозы яда вводились систематически на протяжении долгого времени, подтачивая его здоровье и рассудок, а финальный удар мог быть нанесен более сильным токсином или тем самым удушением.
Так что же убило Ивана Грозного? Был ли он задушен подушками верными опричниками во главе с Годуновым? Или же пал жертвой многолетнего отравления? А может, его сердце просто не выдержало груза грехов и болезней? Истина скрыта от нас за семью печатями времени.
Но одно остается несомненным: как бы ни оборвалась его жизнь — от яда ли, от чужой руки или от немощи собственной плоти — эта смерть стала выстрелом в тишине перед бурей. Со смертью последнего Рюриковича пресеклась древняя династия. На престол взошел слабый Федор Иоаннович под неусыпным надзором Бориса Годунова. И этот надлом государственности стал прологом к самой страшной эпохе в истории России — Смутному времени. Смерть тирана не принесла стране покоя; она лишь открыла врата хаосу.
И спустя четыреста лет мы смотрим на посмертную маску этого человека с его искаженным страданием лицом и задаем себе все тот же вопрос: что это было? Естественный финал кровавой эпохи или жестокое убийство? Ответ каждый волен искать сам среди пыльных страниц летописей и сухих строк криминалистических экспертиз.
Друзья, представьте, что вы — криминалист, получивший дело о смерти царя 400 лет спустя. Какая из трёх версий (отравление, удушение, естественная смерть) кажется вам наиболее убедительной на основе приведённых в статье фактов? Какая улика является для вас главной?
Если отбросить мораль и судить исключительно с точки зрения политики, было ли устранение Ивана Грозного «необходимым злом» для спасения государства от его дальнейших безумств? Или это было банальное преступление ради захвата власти?
Как вы думаете, мог ли сам Иван Грозный, будучи параноиком, тайно принимать яды малыми дозами, чтобы выработать иммунитет к отравлению, и в итоге случайно отравить сам себя? Насколько он был способен на такой изощрённый план?
Иван Грозный — фигура абсолютно демоническая в массовом сознании. Но если представить его не как историческую личность, а как персонажа книги или фильма, был бы он главным злодеем или трагическим антигероем, жертвой собственных страхов и окружения?
Спасибо, что стали нашими подписчиками!