Министр культуры России Ольга Любимова на полях Петербургского международного экономического форума заявила о необходимости четкого регулирования в сфере использования ИИ. По ее мнению, технологии ИИ должны активно применяться, однако их развитие невозможно оставлять без понятных правовых рамок. Этот тезис выглядит особенно актуальным на фоне стремительного проникновения нейросетей в сферу культуры, искусства, кинопроизводства, издательского дела и медиаконтента.
Сегодня ИИ уже способен создавать убедительные тексты, изображения, музыку, видеоролики и даже имитировать стиль известных авторов. Для культурной индустрии это открывает новые возможности. Музеи используют ИИ для анализа фондов и подготовки выставок, издательства автоматизируют часть редакционных процессов, а творческие коллективы получают инструменты для ускорения производства контента. Подобные процессы наблюдаются не только в России, но и во всем мире.
Однако вместе с преимуществами возникают и серьезные риски. Главный из них связан с авторским правом. Большинство современных генеративных моделей обучаются на огромных массивах данных, в которые входят книги, картины, фотографии, музыкальные произведения и другие объекты интеллектуальной собственности. При этом авторы далеко не всегда знают, что их работы используются для обучения нейросетей, а механизмы получения согласия и выплаты вознаграждения пока остаются недостаточно урегулированными. Об этом также говорили на ПМЭФ и даже предлагали лицензировать контент для обучения нейросетей.
Не менее важной проблемой становится вопрос авторства произведений, созданных при участии ИИ. Если текст, сценарий или музыкальная композиция были созданы нейросетью по запросу человека, возникает закономерный вопрос, а кому принадлежат права на результат? Сегодня правовые системы разных государств пока не выработали единого подхода к этой проблеме.
На мой взгляд, именно вопрос сохранения человеческого авторства должен стать центральным элементом будущего регулирования. ИИ может выступать инструментом творчества, подобно фотоаппарату или графическому редактору, но он не должен подменять собой автора как носителя уникального культурного опыта. Культура всегда строилась на личности создателя, его взгляде на мир, эмоциональном переживании и способности формировать новые смыслы. Нейросеть же работает на основе статистических закономерностей и уже существующих данных, хотя и делает это довольно качественно.
Еще один риск заключается в возможной стандартизации культурного пространства. Если значительная часть контента будет производиться алгоритмами, существует вероятность снижения разнообразия художественных форм. Уже несколько лет доля контента, созданного с участием ИИ, стремительно растет, а в перспективе алгоритмы могут участвовать в создании большинства цифровых материалов.
Особую опасность представляет возможность массового тиражирования фальсифицированного культурного контента. Технологии способны создавать убедительные изображения, аудиозаписи и видеоматериалы с участием известных деятелей искусства, исторических личностей и общественных фигур. Без механизмов маркировки и проверки происхождения такого контента общество рискует столкнуться с кризисом доверия к цифровым произведениям.
В то же время полный запрет технологий не является решением. ИИ способен стимулировать новые формы творчества и повышать эффективность интеллектуальной деятельности при грамотном использовании. Поэтому мне очевидно, что задача государства заключается не в ограничении развития технологий, а в формировании понятных правил их применения.
Именно поэтому позиция министра культуры о необходимости четкого законодательства выглядит адекватной. В ближайшие годы законодателям предстоит найти баланс между технологическим прогрессом, защитой интеллектуальной собственности и сохранением человеческого творчества как основы культурного развития. От того, насколько успешно будет найден этот баланс, зависит не только будущее креативных индустрий, но и сохранение самой природы культуры как пространства человеческого самовыражения.
А что думаете вы по поводу произведений, созданных ИИ? Есть ли им место в современной культуре?