Марина Белкина очень торопилась домой. Заведующая столовой, где женщина работает поваром, устроила собрание после рабочей смены, которое слишком уж затянулось. А дома еще дел полно.
Хорошо еще, что мама Марины - Светлана Петровна забрала из детского сада пятилетнюю Леночку, но ведь нужно еще ужин приготовить, проверить уроки у старшего сына — четырнадцатилетнего Виктора, и рубашки мужа погладить.
Супруг Марины - 35-летний Геннадий работает водителем. Но не простым. Геннадий - личный водитель директора завода. По требованию шефа - Бориса Леонидовича Красовского, Гена должен являться на работу в костюме или в рубашке и классических брюках. Никакой другой одежды не допускается.
Поэтому Марине приходится ежедневно отглаживать брюки, рубашки. В жаркие дни, Гена по две рубашки за день меняет. Такие уж требования.
Не замечая ничего вокруг, Марина, с сумками наперевес, бежала через двор. В этот момент она заметила свою близкую подругу - Людмилу Кондратьеву, которая вместе с мужем и сыном куда-то собрались.
— Привет, Кондратьевы, куда это вы на ночь глядя собрались, в ресторан что ли? – улыбнулась Марина. Мысли о ресторане навеял внешний вид семейства. Людмила была в вечернем платье и лодочках на каблуках. Подруга сделала прическу, нацепила украшения и аккуратно, чтобы не помять платье, садилась в машину. Увидев свою закадычную подругу и одноклассницу - Маринку Чумакову, Людмила сразу же помахала рукой, отошла от машины мужа и направилась к приятельнице:
— В театр едем, – похвасталась Людмила, — московские артисты с постановкой приехали. Билеты дорогущие - ужас, но как же я мечтала побывать….
— Откуда же деньги? Ты же только неделю назад плакалась, что кредит нечем заплатить, – ухмыльнулась Марина.
— Так зарплату на заводе подняли Мишке, вот и решили сходить. Как будто ты не знаешь, — подмигнула подруге Людмила, – Генке ведь, тоже, поднял директор зарплату. Вчера видела как он тебе букет цветов покупал.
— Ах, да, точно, забыла совсем, – засмеялась Марина и попрощавшись с Кондратьевыми пошла в сторону подъезда. Едва женщина зашла в подъезд, улыбка пропада с ее лица. Какие еще цветы? Геннадий не дарил ей цветов уже несколько лет, даже, на день рождения.
После того, как купили квартиру, приходится экономить каждую копейку. Еще бы. Так повезло! В том же доме, где жили родители Марины и Гены, там, где и сами супруги Белкины прожили, почти, всю жизнь, продавалась отличная трешка, да только денег не было.
Выручил Белкиных директор завода - Борис Леонидович. Очень хороший человек. Красовский одолжил денег Геннадию без каких либо процентов. Марина чуть рассудка не лишилась от радости Еще бы! Удалось купить хорошую трехкомнатную квартиру недорого, а долг, которые предстоит отдать - это не банковский кредит. Сколько взяли у Красовского, столько и отдадут.
Причем, Борис Леонидович не торопит. Он сказал, что отдавать можно по мере возможности. Но затягивать слишком уж не хочется, поэтому Белкины стараются побыстрее отдать - экономят каждую копейку.
Марина давно не покупала себе обновок, единственные туфли уже дважды побывали в ремонте, а маникюр и педикюр женщина делает дома сама. Даже продукты некоторые приносит домой с работы.
Вот и сейчас тащит за собой трехлитровую банку рассольника, судок с котлетами, сдобные булочки и две бутылки компота. Ну, а чего добру пропадать? Это же не объедки, а хорошие, свежие, качественные продукты. Просто, остались после сегодняшнего рабочего дня.
Марина зашла в лифт, поставила сумки в угол и с грустью посмотрела на свои ладони, покрасневшие от тяжестей.
— Значит, цветы покупаешь в цветочном магазине? Ну, ладно, Гена, посмотрим, — сквозь зубы прошептала Марина и нажала на кнопку лифта.
Едва Марина зашла в квартиру, услышала как мама ругается со старшим сыном Белкиных. Женщина тяжело вздохнула и села на пуфик. Решила отдышаться. Конфликт между бабушкой и Витей только разгорался:
— Что это за музыка такая: бах-бах, бух-бух. Ничего не понятно, только на мозги давит. Витя, выключи сейчас же.
— Бабушка, выйди, пожалуйста, из моей комнаты. Это мое личное дело какую музыку я слушаю.
— Свет включи. Чего в темноте сидишь? Потом зрение плохое. Во времена моей молодости никто очки не носил, кроме стариков. А сейчас смотришь в школе, половина детей в очках. Это все компьютеры ваши, — погрозила пальцем бабушка, – еще и сидишь в темноте. Шторы то открой.
— Мам, ну скажи ей, – из комнаты выскочил 14-летний Витя, – что она лезет все время ко мне.
Марина не успела ничего ответить, как послышался из комнаты сына голос бабушки:
— Боже мой, а это что? Витя, иди сюда, ты почему упаковки от чипсов не выбрасываешь, а банки от воды трудно до мусорного ведра донести. Мариночка, ты в комнату сына заглядываешь? Господи, что же это такое, – причитала бабушка.
— Мама, пусть она сюда не приходит. Я сам буду забирать Ленку из сада, – со слезами на глазах произнес подросток.
— Что же ты предлагаешь, не пускать бабушку к нам в дом? – устало произнесла Марина.
— Лучше бы вы на Марсе квартиру купили, – психанул сын, – сейчас еще дед припрется.
В этот момент раздался звонок. Марина открыла дверь и увидела на пороге родителей Геннадия. Без всякого приглашения, свекор и свекровь зашли в квартиру и затащили мешок:
— Марина, тут картошка с прошлого года осталась и морковь. Лука пакет. С дачи привезли. Это вам, – серьезно сказала Тамара Михайловна, но тут же заметила Витю, – ой, внучек, иди бабушка тебя поцелует.
— Не надо меня целовать. Вот, сейчас баба Света из моей комнаты выйдет, с ней и целуйтесь, — Виктор надел кроссовки и выскочил из квартиры, крикнул на ходу, – мам, я к Ромке Гаврилову.
— А чего это он? — растерялась свекровь.
— Я не знаю, Тамара Михайловна, не знаю, – раздраженно произнесла Марина, — наверное, потому, что вы все ему надоели. Как и мне, впрочем, – вздохнула невестка, но мать Геннадия уже ее не слышала.
— Ой, сватья, здравствуй, дорогая, — засмеялась мама Гены.
— И вам не хворать, давно не виделись, – засмеялась в ответ Светлана Петровна.
Отец Геннадия потащил мешок на кухню, а женщины пошли следом за ним, бурча что-то себе под нос. Марина вздохнула, поднялась и пошла в свою комнату. По дороге заглянула в детскую, поцеловала дочь:
— Леночка, там бабушки пришли и дед.
Пятилетняя Лена обрадовалась и побежала к бабулям, а Марина зашла в спальню, закрыла дверь изнутри, легла на кровать и поджала под себя ноги. По щеке потекла слеза. Как же ей надоело все. Бьешься, тянешься, стараешься, а толку - ноль. Мужу увеличили зарплату, а он промолчал. Это как же называется? Она всю свою зарплату в общий бюджет, даже на работу пешком начала ходить, а он?
— Кому же ты, Гена цветы покупал? – подумала женщина и моментально села на кровати. Взгляд ее скользнул по столу, где стоял ноутбук мужа.
Марина быстро поднялась, подошла к ноутбуку и включила его, не задумываясь. Лучше горькая, но правда, – решила Марина.
Едва Марина открыла ноутбук, как он включился. Повезло так повезло! Муж забыл выключить его и на экране появилась сразу же его переписка с кем-то. Супруга Геннадия взяла гаджет и села с ним на кровать.
Сначала женщина сделала скрины переписки, затем начала читать. Марину чуть не стошнило. И чем дальше она читала, тем противнее ей становилось:
— Пик-пик, цыпочка. Это я - твоя цыпленочек.
— Генаша, ты не цыпленочек, а мой маленький крокодильчик.
Марина начала пропускать подобную пошлость и прочла только основное. Из переписки она поняла, что у женщины, тоже, есть семья. Детей, вроде бы, нет. Видимо, любовница Геннадия слишком молода и детей, пока, не имеет.
В самом конце переписки, Марина увидела фото. В кадре огромный букет роз и подпись:
“Спасибо, любимый, за прекрасный вечер. Цветы оставлю в гараже, чтобы Он не заметил и не начал задавать вопросы”.
Щеки Марины вспыхнули огнем. Такой букет стоит уйму денег. Да за эти деньги Марина могла бы себе новые туфли купить. Женщине стало обидно до слез. На солько же мужу подняли зарплату, если он позволяет себе покупать такие букеты?
— Ну, что же, Гена, посмотрим, – произнесла вслух супруга Геннадия и добавила, – я тебе устрою, любовничек.
Марина захлопнула ноутбук и открыла шифоньер. Женщина перерыла все, облазила каждый угол комнаты, но никаких улик не нашла. Теперь, основной задачей была задача попасть в гараж мужа, проследить за ним, выяснить с кем он встречается и подать на развод.
Правда, требовалось отдать еще половину стоимости квартиры, но тут уж, пусть он сам рассчитывается с долгами. Нужно же как-то его наказать.
— Полетит у меня из квартиры на все четыре стороны, – злилась супруга, – дети здесь прописаны. Мы здесь и будем жить, а он пусть катится к своей любовнице. Но, для начала нужно было выяснить кто же она.
Вечером Геннадий вернулся с работы позже обычного. Марина сделала вид, что ничего не происходит. Женщина молча подала ужин к столу, позвала детей и вся семья, словно с рекламной картинки, села за стол. Улыбнулись друг другу:
— Приятного аппетита, дети. Приятного аппетита, любимый, — с улыбкой произнесла Марина.
— Спасибо, Мариночка, да что-то не хочется, – вздохнул муж.
— Где же это тебя накормили? — засмеялась жена.
— Да, какой там. Если бы накормили, – махнул рукой супруг, – устал как собака. Борис Леонидович то и дело гоняет по своим делам. Производство расширяет. Дел уйма.
— Ой, как хорошо. Может быть и зарплату, наконец-то, повысит? — взволнованно спросила женщина.
— Даже не надейся, – вздохнул супруг, — хотя, может быть, но не сразу. Сейчас все деньги уходят на организацию рабочего процесса, – деловито, со знанием дела сказал Гена Белкин.
— Да? А вот Мише Кондратьеву подняли зарплату. Сегодня Людмилу видела. В театр поехали всей семьей, – с некой завистью произнесла жена.
— Мишка на производстве работает - в цеху. Рабочим, пивоварам Леонидович добавил, а нас и административный корпус, просил подождать. Что поделаешь, приходится, – вздохнул супруг и как будто бы вспомнил, – кстати, я на следующей неделе в командировку еду с Борисом Леонидовичем. Предупреждаю заранее.
Марина только кивнула. Муж давно работает водителем директора, но раньше, в столь длительные командировки никогда не ездил. Максимум - на один день. Это если директор ездил на своем служебном автомобиле в областной центр.
Но в последние полтора года командировки участились. Причем, они могли длиться несколько дней. Марина не понимала, куда Геннадий ездит с директором, зачем? Сказано - по делам да и все.
Ну, что же, надо так надо. Уже когда супруги ложились спать, Марина задумалась: а что, если Геннадий врет? Может быть он с любовницей отдыхать ездит? От этих мыслей у женщины даже сердце учащенно начало биться. Что же делать?
До полночи Марина крутилась в кровати, но так ничего и не придумала. А на следующий день, когда Белкина готовила суп - харчо в огромной кастрюле, к ней подошла подруга - Лида Макарова, которая в прошлом году развелась с мужем как раз по причине его измен:
— Подруга, ты чего такая грустная Вот - вот в суп слеза упадет, – шепотом спросила Лида.
Когда Лидия была в процессе развода, именно Марина поддержала подругу, поэтому сейчас не стала ничего скрывать от Макаровой. Марине срочно требовалось с кем-то поговорить, но с кем? Макарова показалась наилучшей кандидатурой на роль жилетки:
— У Генки моего любовница появилась. Вчера переписку их прочла. Вот, думаю, что делать. За квартиру еще половину долга не выплатили. Сам он не потянет, а выезжать из квартиры мне, ох, как не хочется. С двумя детьми к матери - нет это не вариант.
— Пусть сам катится из квартиры, — сразу же отреагировала подруга, – ну, или подожди, долг выплатите, тогда и на развод подавай, и на раздел.
— Еще несколько лет терпеть изменника в доме? – испугалась Марина.
— Да, ты права. Тоже, не вариант, – задумалась подруга.
— Он ведь у директора своего деньги одолжил. Без процентов. Идеальный вариант, да только гадом мой муженек оказался, предателем. Измену я прощать не собираюсь.
— А с кем Генка твой шашни крутит? – тут же спросила Лидия, — может ты знакома с разлучницей? Поймаем, ноги из… выдернем, чтобы с женатыми мужчинами не связывалась, а? – предложила свой вариант подруга.
— Нет, зачем? С Генкой я все равно жить не собираюсь.
— Ну, и глупая, – встряла в разговор тетя Нина, — хороший мужик - он на дороге не валяется. А Вы, сверестелки, только бы развестись скорее. Разобраться сначала надо, чтобы потом локти не кусать.
Марина совершенно запуталась, но согласилась с тетей Ниной. Нужно выяснить все от начала до конца и обдумать: как не остаться с детьми на улице.
По совету своей подруги, Марина принялась за дело с главного: записалась на прием к директору завода - Борису Леонидовичу Красовскому. Раз в неделю, руководитель принимал граждан по личным вопросам. Встречался он с каждым человеком по мере возможности. Времени уделял не много, поскольку желающих встретиться было огромное количество, но тем не менее.
Далеко не каждый поступал так, как Красовский. Перенаправят человека к своим помощникам, администраторам, а сами до простого народа и не снизойдут. А вот директор местного пивоваренного завода был человеком широкой души. О своих сотрудниках переживал как отец родной.
Красовского все любили и уважали, а он отвечал каждому сотруднику тем же. День для встречи с директором подобрался замечательный. Во-первых, у Марины был выходной, во-вторых, Геннадий поехал с детьми к своей матери на дачу, поскольку директорская машина была на плановом техосмотре.
И в третьих, в приемной было не много народа, среди которого не было ни одного знакомого. Это было большой удаче й, поскольку многие соседи Белкиных работали на пивоваренном заводе. Кого угодно можно было в приемной директора встретить. А потом и объясняй: что жена Гены Белкина делала в приемной?
Наконец-то, подошла очередь Марины и она быстро нырнула в кабинет директора. Женщина уверенно подошла к столу и громко сказала:
— Здравствуйте, Борис Леонидович, я жена Гены Белкина - Марина, тоже, Белкина.
Директор, который что-то писал в журнале, поднял глаза на гражданку Белкину. Марина увидела ясные глаза, спокойный, уверенный взгляд и ей стало легче. Директора пивоваренного завода Белкина никогда не видела так близко. Она знала Бориса Леонидовича только по фотографиям и видео.
Директор завода был достаточно молодым мужчиной. Наверное, ему было лет 50, но выглядел он значительно моложе. Красивое, мужественное лицо, волосы с проседью и отличная спортивная фигура - так выглядел шеф Гены Белкина.
– Девушка, не волнуйтесь. Я не кусаюсь, – улыбнулся Борис Леонидович, — присаживайтесь, успокойтесь. Может быть воды?
— Лучше кофе, — сказала Марина, а директор тихонько засмеялся. Марина не понимала, почему он смеется. Она ранее никогда не бывала в кабинете директора завода и как вести себя - не понимала.
— Хорошо, как скажете, Марина….
— Эдуардовна, – подсказала работница столовой.
— Алла, принесите, пожалуйста кофе. И шоколад. У нас с Мариной Эдуардовной будет серьезный разговор, попрошу нам не мешать, — все с такой же улыбкой произнес директор завода.
Марина поняла, что секретарь директора, почему-то, очень удивилась, но почему - не понятно. Секретарь тут же взяла себя в руки и коротко ответила:
— Слушаюсь, Борис Леонидович.
Как только женщина в строгом деловом костюме принесла поднос, поставила его на столик и удалилась, Борис Леонидович стал серьезен и спросил:
— Ну-с, слушаю Вас, Марина, тоже, Белкина. По какому вопросу Вы?
— А, да. Я вот по какому делу, – Марина привстала, словно ученик на уроке, но Борис Леонидович кивнул и женщина тут же села, — понимаете, мой муж - Гена Белкин, он давно у Вас работает, и раньше никаких длительных командировок у вас не было, а теперь они очень часто бывают, — Марина откашлялась.
— Я Вас не понимаю, – нахмурился директор.
— Ну, командировки. Куда Вы с Геной ездите по три дня. Вот снова на следующей неделе.
— Какие командировки, Марина Эдуардовна? – растерялся директор.
— А разве, нет? —- Марина вдруг начала нервничать. Женщина попыталась поставить чашку с кофе на блюдце, но рука ее дрожала так, что никак не получалось. Борис Леонидович взял чашку из рук Марины и аккуратно поставил ее на блюдце:
— Успокойтесь, бояться не нужно. Объясните все с самого начала. Уверяю Вас, я не отнимаю Вашего мужа у семьи. Да, я езжу в командировки, но один. Геннадий в эти дни получает выходные дни, которые, к тому же, оплачиваются.
Белкина внимательно посмотрела на директора и вдруг расплакалась, Она поняла, что все эти командировки были обманом, вероятно он проводил эти дни с любовницей. А Марина, как глупая тетёха, пекла мужу в дорогу пирожки, готовила бутерброды, чай в термосе. Выделяла немного денег из скудного бюджета. Вот, уж, наверное, муж с любовницей смеялись над ней.
— Ой, Марина, Вы плачете? – испугался Борис Леонидович, – только этого не хватало. Прекратите, я не выношу женских слез. Что такое? Что случилось?
Марина начала рыдать еще громче. В этот момент в кабинет заглянула секретарь. Брови женщины были, буквально, на лбу от удивления. Борис Леонидович махнул рукой и секретарь тут же исчезла.
— Ну, что мне сделать, чтобы Вы не плакали? Что? — взволнованно произнес директор.
— Вы извините меня, – приложила ладони к сердцу жена Белкина, — не говорите, пожалуйста, Геннадию, что я приходила. Вы мне очень помогли, Борис Леонидович. Очень. Я пойду, спасибо.
Женщина поднялась и пошатываясь пошла к двери.
— Чем же я Вам помог? Странная Вы, ей Богу, – развел руками Борис Леонидович, который впервые видел такую посетительницу: пришла, задала вопрос, выпила кофе, поплакала и ушла.
*****
Марина сидела на остановке в совершеннейшей прострации. Что делать, она, даже, не представляла. Целый полтора года муж ездит в какие-то командировки, в которые директор его не приглашает. Все это время Геннадий получал выходные дни от руководителя завода и проводил их вне дома. С любовницей.
Как минимум, полтора года муж обманывает ее. Живет на две семьи, можно сказать. На плечах семьи висит огромный долг за квартиру. Витька совершенно от рук отбился, Леночке скоро в школу. Столовую, где работает Марина собираются закрывать. В общем, голова кругом.
Женщина понимала, что продолжать жить с мужем она не сможет, а значит, вскоре придется переехать к маме. Витя с бабушкой постоянно ссорится, да и Леночка злится. Мама Марины - Светлана Петровна из тех, кто постоянно суют нос, любят поучать. Бабушка может на ровном месте скандал устроить и довести человека до белого каления.
После смерти отца Марины, ее мама много лет живет одна. И не потому, что ей так хочется, а потому, что ни с кем не уживается. Не может найти общий язык. Переезжать жить в квартиру матери, Марине очень не хотелось, но другого выхода не было. Оплачивать аренду квартиры, даже с учетом алиментов, она не сможет.
Марина вздохнула и подняла глаза. От остановки отъехал автобус. Женщина уже пропустила третий. И снова уехал, а на улице скоро начнет темнеть. Белкина смахнула слезу, достала платок и хорошенько вытерла лицо, по которому потекла тушь.
В этот момент напротив остановки остановился автомобиль. Раздался сигнал и Марина оглянулась по сторонам. Рядом никого не было. Кому же сигналит водитель автомобиля? У Белкиной никогда в жизни не было таких знакомых, кто ездил бы на дорогущих машинах.
Женщина почувствовала себя неловко. Машина не собиралась отъезжать и стояла прямо напротив Марины. Белкина открыла сумку и начала делать вид, что ищет что-то. Вдруг прямо над головой раздался знакомый голос:
— Ну, что же Вы, Марина Белкина, я Вам сигналю - сигналю.
Перед ней стоял директор завода Борис Красовский:
— Ой, я не подумала даже, что Вы мне сигналите. У меня нет знакомых на таких машинах.
— Получается, что есть, — развел руками Красовский, — мы же с Вами знакомы.
— Да, действительно, — смущенно улыбнулась Марина и посмотрела на мужчину.
— Что же Вы здесь сидите? Ждете кого-то? — спросил Борис Леонидович, — из моего кабинета Вы вышли часа два назад. Может быть что-то случилось? Я могу Вам помочь.
— Нет, не можете, – тяжело вздохнула женщина, – мне никто не может помочь теперь, – ухмыльнулась она.
Борис Красовский присел рядом с Мариной:
— Так не бывает, чтобы никто в целом мире не мог помочь. Вот что у Вас случилось, расскажите и мы вместе найдем выход. Может быть Вашей семье деньги нужны?
— Нет, не нужны. Вернее, мы еще с прошлым долгом не рассчитались с Вами, — Марина еще раз вытерла лицо носовым платком.
— С каким долгом? – улыбнулся директор.
Белкина посмотрела на мужчину и от удивления раскрыла рот:
— Как это с каким? Вы Геннадию одолжили денег на покупку квартиры - шесть миллионов. Четыре мы отдали, а два еще осталось. Разве, нет?
— Нет, – покачал головой директор, – Гена одалживал у меня недостающие деньги - три миллиона, но уже отдал. Рассчитались вы уже, не переживайте, – улыбнулся директор и подмигнул, – давайте - как я Вас до дома подброшу, а то темнеет.
— Подождите. То есть, как это три миллиона? Наша квартира шесть миллионов стоит и никаких денег у нас с мужем не было. Где же он по вашему еще три взял? И потом, если он Вам три отдал, то куда дел еще один? У меня все записано, все подсчитано. Четыре миллиона долга мы отдали. Четыре, а не три, – повысила голос Белкина.
— Да не кричите Вы на меня, – растерялся Борис Леонидович, — у меня есть документ, заверенный нотариально. Я одолжил три, три и получил. А что у Вас там в семье происходит, куда ваши миллионы уходят - это мне неизвестно.
Марина снова заплакала. Мало того, что Гена ей изменяет, еще и обманывает в делах семейного бюджета. Борис Леонидович рассердился:
— Так, ну - ка, давай, в машину, быстренько. Сейчас разберемся. Нечего здесь сидеть. Ночь скоро. Господи Боже мой, за что мне это все, – бурчал директор, – было - было, но такого еще не было.
Борис усадил Марину на переднее сидение, завел машину и голосом, не терпящим возражений, произнес:
— Сейчас поедем поужинаем и Вы мне расскажете все. Я голоден как черт. И вытрите, наконец-то лицо, – директор открыл бардачок, достал оттуда пачку влажных салфеток и бросил Марине на колени.
Женщина посмотрела в зеркало и ужаснулась. Тушь была размазана по всему лицу. Тем не менее, Красовский даже виду не подал, что на лице Марины черные потеки.
Борис завернул за угол, затем поехал вниз к набережной и остановился возле тихого, уютного ресторанчика.
— Вы идите, а я Вас здесь подожду. Покушаете, потом поговорим, – опустила голову Марина, — я не голодна.
— Э, нет. Я не могу потом еще битый час разговаривать с Вами. Вы и так у меня полдня отняли. Причем, никакой ясности в нашем с Вами разговоре. Только рыдаете - то тише, то громче.
Марине пришлось выйти из машины и пойти вместе с директором завода в ресторан. Женщине повезло. Здесь везде был приглушенный свет, а столики были расположены так, что сидящие не видели кто сидит за соседним столом.
Директор завода и обманутая жена сели за столик, расположенный в самом дальнем углу ресторана. Некоторое время Борис Леонидович общался с официантом и, наконец-то, Красовский и Марина остались наедине.
— Марина, Вы можете внятно объяснить, что у Вас произошло? Только без слез, – покачал головой мужчина.
— Да, хорошо. Гена изменяет мне, И ,как оказалось, делает он это очень давно - как минимум полтора года, – вздохнула женщина.
— Вам? Изменяет Вам? – удивился Красовский, – честно говоря, не ожидал. Вы очень красивая молодая женщина. Чего же ему еще не хватает? Может быть Вы ошибаетесь? — предположил директор завода.
— Если бы, – ухмыльнулась Марина, – я читала переписку мужа с любовницей. У меня даже скрины есть. Не может быть никакой ошибки. Все слишком уж красноречиво. Да еще и с деньгами этими, – махнула рукой Белкина.
– А что с деньгами? – удивился Красовский?
— Понимаете, мы хотели взять кредит на покупки квартиры, а потом муж сказал, что его шеф, то есть Вы, согласился помочь. Вы дали шесть миллионов. По крайней мере Геннадий так сказал. Теперь мы отдаем долги. Четыре миллиона отдали. Но сегодня Вы сказали, что…
— Да - да, Марина Эдуардовна, я все понял, – кивнул Красовский, – но, я Вас не обманываю. Хоть завтра могу показать расписки. Геннадий выплатил дол - все три миллиона.
— Борис Леонидович, мы самые обычные люди. В смысле, денег у нас нет. Откуда у моего мужа могли взять три миллиона? Это невозможно, понимаете? Легче слона научить летать, чем Гене скопить три миллиона. Где он их взял?
— Я не знаю, Марина, может быть откладывал, накопил, – предположил директор завода и посмотрел на женщину, которая раскрыв рот смотрела куда то.
— Марина, Вы чего? – прошептал Борис Леонидович.
— Тише Вы. Гена с любовницей в ресторан зашли.
Директор оглянулся и тут же снова повернулся к Марине. Белкина прикрыла лицо папкой с меню и делала вид, что читает.
— Тише, только ничего не говорите. Надеюсь, Вас Гена не заметит, — Марина выглянула из-за папки и посмотрела на директора завода, взгляд которого, буквально, остекленел, – Вы чего?
— Марина с Вашим мужем моя жена пришла, – растерянно произнес Борис Леонидович.
— Что Вы такое говорите, не может быть, – растерянно улыбнулась Марина, – она же старая. Ой, простите, я не это имела в виду. Ваша жена лет на пятнадцать старше Геннадия. Вы наверное не рассмотрели.
— Что же я по-Вашему, жены своей не узнал, которую только сегодня утром видел, – рассердился директор завода, — ну, я им сейчас.
— Постойте, остановитесь, — Марина схватила Бориса Красовского за руку, — давайте не будем торопиться, а подумаем что нам делать. Скандал в ресторане нам уж точно не нужен.
Красовский послушался Марину и устало вздохнул:
— Ах, она…. если бы Вы знали, Марина, что творится сейчас в моей душе, — покачал головой директор.
— Мне ли не знать, – усмехнулась женщина, — мой муж - альфонс. Представьте, что в моей душе творится. Лег в постель к женщине в возрасте, чтобы тянуть из нее деньги. Теперь я понимаю откуда у него появились три миллиона - любовница дала.
– Нет, Вы не понимаете, – Красовский закрыл лицо ладонями. Ужин, который принес официант давно остыл, а Марина и Борис все никак не моли прийти в себя, — Вы не понимаете, Марина, откуда у Вашего мужа три миллиона. Не от любовницы.
— А откуда же? – удивилась Белкина.
— У Эммы никогда не было личных денег, да и откуда, если она за всю жизнь ни разу не работала, – махнул рукой Борис Леонидович, — это мои деньги, Марина, мои. Получается, моя жена за мои же деньги содержит своего любовника - Вашего мужа.
— Что же нам делать теперь? – растерялась Марина Белкина.
— Не знаю, что Вы будете делать, но я подам на развод немедленно, а Вашего мужа уволю, — рассердился Борис.
— Я бы тоже хотела развестись, только мне деваться с детьми некуда. Впрочем, перееду к маме. Долги теперь не нужно отдавать, так что пусть подавится этой квартирой, – улыбнулась Марина и улыбка тут же пропала с лица, – они целуются.
Женщина тут же достала телефон и начала снимать видео, а Борис Леонидович не выдержал, поднялся из-за стола и подошел к своей жене и своему водителю.
Эмма Константиновна тут же вскочила из-за стола и начала успокаивать мужа, а Геннадий широко открыл глаза и начал пятиться к вазону с фикусом:
— Боря, Боречка, успокойся, мы просто случайно встретились с Геннадием Васильевичем и по-дружески решили поужинать. Между нами ничего нет. Он же мне в сыновья годится.
— Собирай свои вещи и чтобы духа твоего не было в моем доме, – тихо, но очень четко произнес мужчина.
— Боря, не надо. Я тебя прошу. Ты же знаешь, что мне некуда идти, не надо Боря, — завыла Эмма.
— Вот к своему любовнику и переедешь жить, – Борис Леонидович показал пальцем на Геннадия и добавил, – кстати, Гена, ты уволен. Можешь быть свободен. Теперь вы с Эммой вместе будете искать работу. У нее ведь, тоже, нет работы.
— Боря, не надо. Одумайся, – плакала навзрыд Эмма Константиновна.
— Да Вы что, Борис Леонидович, – отодвинул любовницу рукой Геннадий и вышел на передний план, – зачем мне Ваша жена? У меня своя есть и я ее очень люблю. Мы случайно встретились с Эммой Константиновной, между нами ничего нет, — лицо Геннадия покраснело, как и всегда, когда он врал.
— И очень сильно любишь? Надо же, – из-за спины Красовского выглянула Марина.
— А ты что здесь делаешь? – удивился Геннадий.
— А мы случайно заехали с Борисом Леонидовичем поужинать, а тут вы, — развела руками Марина, – какая неожиданность.
— А откуда ты знаешь Бориса Леонидовича? — прищурился Геннадий, – ты ведь с ним не знакома.
— Ну, сегодня познакомились, – растерялась Марина и посмотрела на начальника мужа.
Борис Леонидович, тоже, растерялся. Более нелепой ситуации трудно и придумать. Директор смотрел то на Марину, то на своего водителя и не знал, что сказать.
— А может быть, вы и есть любовники? – высказал предположение Геннадий, – а на нас с Эммой Константиновной наговариваете?
— Да как тебе не стыдно, – закричала Марина, – лучше скажи, где три миллиона взял. Я поговорила с Борисом Леонидовичем и он рассказал мне сколько денег одолжил тебе.
— Да, кстати, Гена, расскажи, откуда у тебя деньги? – Красовский пристально посмотрел на своего водителя.
Глаза Геннадия забегали. Он то и дело косился на Эмму, но жена директора завода делала вид, что она совершенно не при чем.
Так и не придумав что ответить, Гена Белкин нашел способ все объяснить - переложил всю вину на любовницу:
— Где я взял три миллиона? Эмма дала. Откуда же еще? – растерянно улыбнулся Геннадий.
Эмма посмотрела на Белкина таким взглядом, что тот чуть под землю не провалился. Геннадий втянул голову в плечи, а Борис улыбнулся:
– Откуда же у нашей Эммы деньги? Неужели из моего сейфа? – развел руками директор завода, – ну, что же, дорогие любовники, поедемте к нам домой? Поднимем записи видеокамер?
— Боря, ты мне не доверяешь? Зачем смотреть записи. Спроси у меня и я отвечу: я никогда не брала твоих денег, а где взял три миллиона твой водитель, я понятия не имею, – пожала плечами женщина, – может он сам и украл.
– Ах, ты, гадюка, – рассердился Гена Белкин, — ты же сама мне говорила, что тысячу раз брала деньги у мужа в сейфе, но этот “лох” ни разу не догадался. Мы же на деньги твоего мужа и отдыхать ездили.
Эмма схватилась за голову и твердила только одно:
– Гена, помолчи. Гена, замолчи.
Борис Леонидович засмеялся и повернулся к жене своего личного водителя:
— Ну, вот, Марина, видите. Теперь совершенно понятно, где пропадал Ваш муж в те дни, когда я предоставлял ему выходные: он отдыхал с моей женой за мои же деньги, – директор закрыл лицо ладонями и плечи его затряслись.
Марина тут же подошла поближе:
— Не плачьте, Борис Леонидович. Ну, же. Не плачьте, – женщина погладила Бориса по спине, но он в эту секунду убрал ладони и она увидела, что директор смеется.
— Вы смеетесь что ли? – растерялась женщина, – Вам смешно? Наши семьи рушатся, а он смеется. Ваша жена отсудит у Вас половину имущества, а Вам смешно?
— Никто у меня ничего не отсудит. Эмма останется ни с чем. Между мной и Эммой подписан брачный контракт. В случае развода каждый остается с тем, с чем пришел. Да, и к тому же, как я понимаю, Эмма украла у меня деньги, а это значит, что должна будет отдать.
Этот вечер окончился для Марины совсем уж плохо. К вечеру ужасно болела голова. Незадачливых любовников, Борис Красовский и Марина оставили в ресторане, а сами уехали. Директор завода отвез женщину домой.
Как только Марина вышла из машины, Красовский окликнул ее:
— Марина, можно я завтра Вам позвоню? – слегка смутился директор.
– Зачем? – растерянно спросила женщина.
— Ну, мы же с Вами, в некотором роде, друзья по несчастью - так, кажется, это называется? Значит, должны держаться вместе, – грустно улыбнулся Брис.
— Некогда мне “держаться вместе с другом по несчастью”, – махнула рукой женщина, – у меня впереди развод, масса проблем. Честное слово, не до Вас, Борис Леонидович.
— Но, все-таки, я позвоню, – улыбнулся Красовский, – быть может, Вам нужна будет помощь.
— Мне уже никто не сможет помочь, — тяжело вздохнула Марина.
— То же самое Вы говорили несколько часов назад, — засмеялся мужчина, — а теперь, смотрите ка, Вы наконец-то разобрались с мужем и скоро будете свободны.
— Да, спасибо, – Марина помахала рукой директору заводу и напоследок сказала, — но, звонить мне, все-таки, не нужно. Мы с Вами люди из разных миров. У Вас своя жизнь, у меня - своя. С разводом, я уж точно, справлюсь сама. Всего Вам хорошего, Борис Леонидович. Извините, что так все получилось.
— Вы о чем, Марина? – растерялся Красовский, – наоборот, спасибо Вам, что глаза мне открыли. Все работаю, работаю, а что происходит под носом - не вижу. Нам с Эммой давно нужно было развестись. Мы ведь совсем чужими людьми стали. Когда-то была любовь, но куда все делось? – пожал плечами Красовский, – все ушло. Осталось только сожаление.
Ни слова не говоря, Марина молча посмотрела на Бориса, развернулась и пошла домой.
Откладывать в долгий ящик женщина не стала - на следующий же день подала на развод, раздел имущества и на алименты. Марина не собиралась ни прощать, ни жалеть предателя мужа.
Квартиру Белкины продали. Свою часть денег Геннадий отдал любовнице, чтобы она вернула из бывшему мужу своему - Борису Красовскому. Камеры, установленные в доме, показали, что Эмма очень часто брала деньги из сейфа мужа.
Чтобы не раздувать скандал, договорились, что женщина отдаст три миллиона и переезжает в
однокомнатную квартиру своей бабушки, которая досталась ей по наследству.
Спустя некоторое время в эту же квартиру попытался пробраться и Гена Белкин, но понимая, что теперь у его любовницы нет ни копейки, быстро оставил эту затею. Жить у родителей было гораздо проще. Но только первое время.
Ни отец, ни мать Геннадия не одобряли то, как глупо сын потерял свою семью - свою замечательную жену Мариночку и двоих детей. Марина пока жила у своей матери, но собиралась купить квартиру в ипотеку. А первым взносом станут те самые три миллиона, которые достались ей после продажи трехкомнатной квартиры.
— Ты Генка родился бестолковым, бестолковым и помрешь. На любовницу позарился, да семью потерял. Остался теперь как старуха у разбитого корыта, – ругался на Гену отец.
— Еще и работы лишился, – поддерживала Василия Николаевича жена, – иди, Гена, падай в ноги Мариночке, да проси прощения. Она - добрая душа, может быть, простит тебя.
— Не простит, – отмахнулся отец, – и правильно сделает. Я бы его, гада, гнал от себя куда подальше.
Гена только качал головой и тяжело вздыхал. Сам то он осознал, что натворил, да поздно теперь прощения просить. Марина даже слышать о нем не хочет. Видел Геннадий недавно бывшую жену.
Марина похорошела, изменила прическу, туфли новые купила. Выглядит на все сто, а улыбается как королева. По ее счастливому виду заметно, что счастлива она без Гены. Бывший муж точно знал: раньше Марина так не улыбалась.
Геннадий был прав, да только не до конца он знал причину счастливой улыбки Марины. У нее теперь новая любовь, Ну, а что? Женщина она молодая, красивая, свободная. Почему бы и нет?
Нет такого дня, чтобы любимый человек Марине сюрпризы не устраивал - и цветы, и подарки, и сюрпризы. Женщина даже не ожидала, что между ней и Борисов Леонидовичем возможны романтические отношения. Директор завода ведь старше на шестнадцать лет.
Оказалось, возраст любви не помеха. Ее бывший муж Геннадий в свои 36 лет был большим стариком, чем Борис в пятьдесят один. Через четыре месяца после знакомства, бывшие обманутые супруги поженились. К истории Марины и Бориса, как нельзя лучше, подходит пословица: не было бы счастья, да несчастье помогло.