У Чарли (Роберт Паттинсон) и Эммы (Зендея) идеальная свадьба уже в эту субботу. Идеальная пара занята приятными хлопотами: участвует в фотосессиях, пишет свадебные клятвы и речи для тостов, репетирует свадебный танец, пробует тортики и вино. Во время дегустации вместе со своими свидетелями ребята играют в игру, где каждый должен рассказать о самом ужасном и отвратительном поступке в своей жизни. После рассказов своих друзей и любимого человека Эмма признаётся, что в 15 лет, будучи затравленной и озлобленной, планировала массовое убийство в своей школе, но в последний момент остановилась.
Иллюзия благополучия разрушается, и в этом заключается завязка фильма, которая по сути становится его главным твистом. После признания Эммы все последующие события так или иначе связаны с «перевариванием» шокирующей информации как героями картины, так и зрителем, мечущимся между желанием «отменить» её и попыткой понять, почувствовать её эмоциональное состояние, разобраться в причинах юношеской агрессии. Фильм не даёт однозначных ответов, но заставляет задуматься: можно ли простить непростительное, если за этим стоит детская боль и одиночество? И главное имеем ли мы право судить человека за преступление, которого он не совершил, но мог бы совершить много лет назад?
После злополучного ужина повествование меняется. Картина, изначально позиционирующая себя как романтическая комедия о счастливой паре, готовящейся к свадьбе, трансформируется в неуютную драму с элементами триллера. Жанры, которые, кажется, не должны существовать вместе, смешиваются, создавая тревожный и непредсказуемый коктейль. Но в реальности всё оказывается намного сложнее: в итоге фильм превращается в кино с острым социальным подтекстом, где сама драма подаётся через обманчиво лёгкую форму романтической комедии. Такой жанровый диссонанс заставляет зрителя постоянно менять угол зрения, не позволяя чувствовать себя в безопасности.
Мы наблюдаем сильные контрасты: в начале мы видим тёплую, остроумную химию между Зендеей и Паттинсоном, но после признания идиллия рушится, и камера словно отстраняется. Пространство вокруг Эммы становится ледяным, а её попытки объясниться натыкаются на стену непонимания. Чарли настигают призраки прошлого: он раздавлен, становится мнительным, превращается в чужого человека, разглядывающего её как под микроскопом. Вместо того чтобы спросить: «Как тебе было жить с этим всё это время?» — он спрашивает: «Знаю ли я тебя вообще?» Он зацикливается на оружии и видит его повсюду. Тревога, неуверенность в себе, состояние на грани нервного срыва. Он словно постарел и теперь иначе смотрит на свою возлюбленную. Чарли постепенно начинает сходить с ума, и это состояние Роберт Паттинсон великолепно передаёт своей актёрской игрой.
И несмотря на то, что в центре сюжета в основном находится именно его герой с биполярными расстройствами, главной героиней фильма всё же является Эмма в исполнении Зендеи. Тяжело быть честной в мире, который предпочитает красивые сладкие сказки, но Эмма находит в себе силы сказать правду - ту, которую большинство унесло бы с собой в могилу. Момент исповеди преподнесён просто мастерски: Эмма могла бы солгать или отшутиться, но перед нами человек, который хочет уничтожить последний барьер между собой и любимым. Она пугается своей юношеской тьмы не меньше, чем её жених Чарли. Но в этом страхе и есть её настоящая человечность. Роль самой Зендеи, хоть и кажется на первый взгляд эмоционально проще, исполнена не менее убедительно, и её актёрская работа держит напряжение с той же силой, что и игра Паттинсона.
Режиссёр с помощью монтажных вбросов намекает зрителю, что в какой-то момент кровавая бойня насвадьбе всё же может случиться и, кажется, случится. Но кто в итоге её устроит? Не герой ли Роберта, окончательно слетевший с катушек? Напряжение нарастает, и, учитывая, что жанровая принадлежность картины превращается в неудобоваримый коктейль, порой возникают мысли: а не закончится ли фильм в стиле Квентина Тарантино? Однако той самой большой и «яркой» кульминации, слава богу, не происходит. И в этом кроется главная смелость режиссёра: он играет с ожиданиями зрителя, дразнит его хоррор-развязкой, но в финале оставляет героев лицом к лицу в тихом кафе с возможностью вернуть прежнюю любовь и доверие.
Истинная драма в «Вот это драма» начинается не в момент убийства, которого не случается, а в момент непонимания. Откровение Эммы оборачивается изгнанием: её начинают судить за намерение, а не за поступок. Сам фильм, поднимая больную для Америки тему культуры оружия и будучи заключённым в рамки семейной драмы, в итоге оказывается историей об одиночестве человека, который совершил самый смелый поступок в своей жизни - перестал врать - и был полностью «отменён» за это. Картина задаёт зрителю мучительные вопросы: «А вы бы смогли принять такое признание?», «Смогли бы простить близкого человека за преступление, которое он не совершил?», «Готовы ли мы вообще принимать чужие тёмные стороны?» и оставляет каждого при своём мнении, потому что честного ответа, возможно, не существует.
В итоге под очень громкой премьерой с участием одних из главных звёзд и идолов своего поколения - фильмом, который маскируется под романтическую комедию, но на деле оказывается остросоциальным и провокационным экспериментом, - «Вот это драма» показывает зрителю, что любовь - это выбор принять человека целиком, со всеми его тайнами и тёмным прошлым. Долгожданное пробуждение героя Паттинсона от кошмара после его свадебной речи, и финальное решение героев действительно услышать друг друга доказывают: даже самое страшное намерение, оставшееся в прошлом, имеет право на реабилитацию.