Ольга Борисовна в некотором смысле была легендой и холдинга, и офиса. Одна из очень немногих в этой жизни, кому даже Баронов, периодически «тыкавший» губернатору, неизменно говорил «Вы». Никто в здравом уме не назвал бы эту ухоженную, дорого выглядевшую, подтянутую и дьявольски умную женщину предпенсионеркой. Более всего она походила на почившую английскую королеву: и внешне, и по сути – будучи руководителем кадровой службы всего холдинга она имела отдельный просторный кабинет, двух расторопных помощниц и держала в своих, с виду хрупких, ручках, пожалуй, все тайные и явные нити, которые, в случае чего, можно было бы и затянуть… Баронов считал, что этот случай наступил. До совещания оставалось еще почти 20 минут, когда Ольга Борисовна вошла в кабинет начальника. Вадим Алексеевич подхватился навстречу, но услышал небрежное «да, сиди ты, чего вскочил», опустился в кресло. Женщина, не торопясь, отодвинула себе тяжелый стул, села наискосок от хозяина кабинета и принялась молча его разглядывать.
- сдал ты, Вадим Алексеевич. Прямо заметно сдал. Что врачи говорят? Или ты по врачам не ходишь?
- ничего не говорят. Не понимают.
Баронов помолчал, колеблясь, говорить ли, нет, но потом все же продолжил:
- а неврачи говорят, что остался год.
- о-хо-хох… Невеселые дела. И надежду не дают? Неужто не обещают чуда за большие деньги?
-чудес не обещают, но надежда есть.
Пару минут посидели в тишине, потом, обведя взглядом кабинет, Ольга Борисовна спросила:
- что думаешь со всем этим делать?
Вопрос был хорош. Циничный, но, по сути, честный и своевременный. Давно бы уже Баронову задуматься над ним, но страшно было до жути.
-не думал я еще.
-слышал анекдот про старуху, которая собралась помирать осенью, поэтому по весне сажать картошку не стала?
Баронов усмехнулся:
- слышал. Ну так я еще и не помираю, есть еще пространство для маневра.
-наследника – то у тебя, как я помню, нет? Кому твоя доля достанется? Жалко будет, если развалится все. Ну или приберет кто под шумок…
Баронов хотел было уже согласиться, мол, так уж вышло, нет наследника, некому передать дела и фирму, но вдруг вспомнил про дочь. Наследник – то, оказывается, есть у него. Вернее – наследница. Там, конечно, еще не известно, что за барышня, но ведь его же кровь… А с другой стороны – какое ему дело, что будет после него? Хоть потоп, как говорится. Но вслух этого не сказал.
-ты меня чего звал – то, Вадим Алексеевич?
-перестановки кадровые надумал, Ольга Борисовна.
- о, как, - за просто участливой собеседницей мгновенно материализовался жесткий профессионал. Откуда – то на столе появился ежедневник размером со школьную тетрадку, но существенно потолще, а в руках остро отточенный карандаш. – Говори.
-для начала уволить моего водителя и секретаршу.
Ольга Борисовна с интересом взглянула на своего начальника. Идеально очерченная бровь приподнялась буквально на сантиметр
-С какой формулировкой?
-захотят – по собственному. Не захотят – за утрату доверия. Вторым пунктом – Алёну.
-секретаршу Шалого? Или какую – то другую Алену?
-секретаршу.
-Олег Палыч не воспротивится?
-Олегу Палычу будет, чем заняться и без секретаря.